Логово дракона. Обретенная сила - Бернхард Хеннен

Выбивая копытами искры, пегас приземлился на дорогу перед пирамидой. Гонвалон тяжело спустился со спины своего жеребца — упал! Он неловко поднялся на ноги. Нодон ринулся к мастеру Белого чертога с обнаженным мечом в руке. Три других пегаса спустились вниз. Двое всадников спешились, едва копыта их ездовых животных коснулись земли. Драконники окружили Гонвалона, прежде чем тот успел приблизиться к ним на расстояние ста шагов.

Какое-то мгновение Нандалее наблюдала за происходящим, застыв на месте. А затем она тоже бросилась к мастеру меча. Темный заметил, что рука эльфийки перестала кровоточить.

Значит, это она тоже умеет, несмотря на то что сделала это, скорее всего, неосознанно. Для того, чтобы затягивать раны, не оставляя даже шрама, нужна некоторая сноровка. Это удавалось лишь немногим чародеям. Если от нее потребовать повторить это, вероятно, она не сумеет. Темный задумался, что еще можно сделать, чтобы раскрыть ее способности. Возможно, терпение — единственный ключ к успеху.

Он соскользнул со своего места по повернутой к солнцу грани пирамиды. Его чешуя царапнула скалу. Все туже и туже смыкалось кольцо драконников вокруг Гонвалона. Нандалее прорвалась к нему и теперь, обнажив меч, стояла рядом со своим наставником.

Темный думал, вмешиваться или нет в дуэль между Нодоном и Гонвалоном. Наверняка было бы забавно понаблюдать за обоими мастерами меча во время дуэли. Но с Гонвалоном было что-то не так. Он двигался как-то странно.

Темный мысленно послал стражам приказ отступить. Нодон повиновался последним. Одетый в красное эльф с неохотой вложил меч в ножны. Однажды эти двое окажутся по разные стороны баррикад, подумал Темный. Ему было ведомо будущее, где эльф пойдет против эльфа. Будущее, где каждый небесный змей потребует верности. А Гонвалон отдал себя Золотому. Однако, возможно, подумал он, удастся предотвратить такое мрачное развитие событий.

— Кто это так обошелся с вами? — мысленно спросил он у Гонвалона. Он ясно ощущал, насколько взволнован мастер меча. Как важно для него, что он нашел Нандалее. Переживания Гонвалона вызывали интерес. Интересно, если он сумеет когда-либо прочесть мысли Нандалее, найдет ли он подобные чувства и у нее? Но внешне мастер меча оставался холодным и отстраненным. Он поистине умел мастерски скрывать свои чувства.

— Мои ноги — это цена, которую я заплатил за то, чтобы попасть сюда, — ответил Гонвалон. Темного рассердило, что эльф позволил себе ответить ему словами. Было совершенно очевидно, что Гонвалон хочет, чтобы Нандалее была свидетельницей этого разговора.

Дракон поглядел на заклинание, опутывавшее ноги эльфа. Просто произведение искусства! Сплетенное незнакомым образом, вне всякого сомнения, искусное и в то же время переполненное неимоверной злобой. Взгляд Нандалее оторвал его от размышлений. Она гневалась. На него! Это озадачило его до глубины души. Неужели она думает, что это его рук дело? Он многое готов был отдать за то, чтобы прочесть ее мысли! Четко и ясно дать ей понять, что он не имеет никакого отношения к этому несчастью, как это возможно сделать, лишь полностью открывшись мыслям другого.

— Кто тебя покалечил? — В облике дракона эльфийский язык с трудом срывался с его губ. Слова были нечеткими, искаженными из-за шипения. В нем поднялось раздражение. Если бы не Нандалее, он бы поговорил с эльфом совсем по-другому. Но перед ней ему не хотелось предстать в виде самовлюбленного тирана — и осознание этого тоже удивило его. Разве он должен отчитываться перед ней? Нет. Но ему хотелось понравиться ей. Эта мысль смутила его. Так больше продолжаться не может! Нужно освободиться от нее!

Нандалее испуганно глядела на Гонвалона. Очевидно, она еще не понимала масштабов случившегося с ее возлюбленным.

Почувствовав на себе ее взгляд, Гонвалон сдался. Он рассказал о Махте Нат, а когда закончил, Темный почувствовал, что очень сильно удивлен. Он знал, что наделенные душой деревья — могущественные создания. Однажды он целую осень болтал с молодым дубом, называвшим себя Атта Айкъярто. Приятный был разговор. Дерево оказалось поразительно умным и с чувством юмора. Под конец оно подарило ему желудь. Наделенные душой деревья были из числа ранних творений альвов. Они были немного моложе драконов и обладали глубоким пониманием мира. То, что некоторые из этих деревьев могут быть злыми, никогда не приходило ему в голову. Дерево, открывшее для себя силу магии крови... Поразительно. Но удивило его и поведение Гонвалона. Здесь он обнаружил параллели с тем, что рассказывала ему Нандалее в пещере. Гонвалон считал, что это он виноват в том, что девушка пропала, и отдался во власть дерева, чтобы найти Нандалее. Это любовь? Нет, поправился Темный. Любовь Нандалее была иной. Она ничего не хотела для себя. А Гонвалон позволил искалечить себя, потому что хотел снова увидеться с ней. Он снова вгляделся в мысли эльфа: радость, стыд, облегчение, страх, гнев и желание лечь с ней в постель и спариться. Нет, решил он. Распутыванием клубка любовных отношений он займется позже. Вместо этого он занялся изучением магического узора заклинания. Оно было вплетено в ауру эльфа. Настолько искусно, что заклинание нельзя было разорвать без того, чтобы не нанести повреждения магической ауре Гонвалона.

— Зачем ты явился сюда, Гонвалон? Ты же знаешь, что эльфам запрещено приходить в эту долину без приглашения. Даже драконникам!

— Я пришел, чтобы забрать Нандалее обратно в Белый чертог. Я ее наставник. Заботиться о моей ученице — моя обязанность, — эльф запнулся. Даже ему должно было быть ясно, насколько прозрачно его утверждение. — А еще я здесь потому, что люблю ее и не могу без нее жить.

— Ценю искренность, — он еще несколько часов назад знал, что Гонвалон придет. Еще ни разу эльф не смог приблизиться к саду Ядэ, чтобы газалы вовремя не предупредили его. Мысли его вернулись к пророчеству, которое гласило, что однажды придет эльф и убьет его. Все указывало на то, что это будет Нандалее. Он мог бы убить ее — и Гонвалона в придачу. Это было бы легко. Но он хотел завоевать Нандалее — привязать ее к себе так, чтобы подобное предательство стало немыслимым. Поэтому он решил простить Гонвалона. У Нандалее должно возникнуть чувство, что она глубоко обязана ему.

— Вы знали о запрете приходить сюда и поставили себя выше его, Гонвалон. Это немалая провинность.

Он поклонился, с трудом сохранив равновесие.

— Надеюсь на твое милосердие.

Темный выпрямился во весь рост. Он показал эльфам, насколько они маленькие и хрупкие, и не ошибся.

Нандалее выступила вперед и униженно опустилась на колени.