Другой Шинигами - Alchoz

— Ина Ямидзяки, — представилась девушка. Она была самой сильной среди всех этих рядовых.

— Тоумей Дузумаки, — сказал первый парень, посмотрев на меня заинтересованным взглядом.

— Чоза Нара, — представился второй парень. О-о, не из того ли он клана, что и Баклан? Интересно, интересно.

— Рад знакомству, — ответил я, поднимаясь. — Я бы хотел пообщаться с вами подольше, но нас ждет работа. Быстро назовите мне три вещи, в которых вы хорошо разбираетесь. Ина, начинайте.

— Ну-у, — начала она. — Я умею неплохо справляться с внутренними кровотечениями, а также с некоторыми повреждениями костей.

— Неплохо, Тоумей. А ты?

— Я тоже умею справляться с внутренними кровотечениями, с некоторыми повреждениями костей, а также умею сшивать поврежденные органы, — ответил парень.

— Неплохо, неплохо, — сказал я. — А ты, Чоза?

— Я только недавно пришел в четвертый отряд, так что мои навыки очень ограничены, — ответил честно Нара. — Я умею обрабатывать внешние ранения и дезинфицировать их.

— Угу, — только и протянул я. — Ну что же, с этим можно работать. Как вы, наверное, уже знаете, скоро сюда принесут первого раненого. Вы готовы?

— Так точно, старший офицер, — ответили они вместе.

Ждать пациента пришлось не очень долго. Даже не прошло и двух минут, как проход в палатку открылся, и два рядовых из одиннадцатого отряда быстро занесли носилки с телом. Ткань, которая накрывала тело, была вся пропитана кровью.

— Спасибо, парни, — сказал я рядовым, которые положили пациента на операционный стол и сложили носилки для выполнения следующей задачи.

— Хай! — ответил один из рядовых и сразу же убежал за своим товарищем. Похоже, у них и так было очень много работы.

— Начинаем, — обратился я к рядовым четвертого отряда. — Снимите ткань.

В тот критический момент, осознавая всю сложность предстоящей задачи, я осторожно натянул на свои руки стерильные перчатки, готовясь к операции. Рядовые, действуя слаженно и почти профессионально, аккуратно откинули ткань, скрывавшую тело раненого офицера. То, что открылось нашим взглядам, было далеко не для слабонервных.

Тело выглядело, будто его изувечили с невообразимой жестокостью, пропустив через мясорубку: открытые переломы, кровоточащие раны, разорванные органы. Шокирующая деталь — дыра в голове, пронзавшая череп и мозг насквозь. Невероятно, но этот офицер все еще демонстрировал признаки жизни.

Быстро обследовав его, я заметил шеврон девятого офицера одиннадцатого отряда, вплавленный прямо в кости. Это был не просто внешний атрибут, а часть самого организма, и, как я понял, избавиться от него будет чрезвычайно сложно, учитывая произошедшую духовную аномалию.

Тем не менее, несмотря на ужасающие травмы, тело продолжало бороться за жизнь. Медики, работавшие до моего прибытия, проделали невероятную работу, поддерживая жизненные функции офицера и давая ему шанс, пока более опытные врачи, такие как я, могут взяться за его восстановление.

Закончив первичную оценку состояния раненого, я перешел к более детальному обследованию с использованием артефакта. Однако я принял решение пока сдерживаться от расходования духовной энергии на вторичный анализ, так как предвидел, что впереди меня ждут еще более сложные задачи, и энергия понадобится мне для их решения. Это был момент высокой концентрации и напряжения, но я был полностью погружен в процесс и готов был действовать.

— Анализатор Дракона, — твердо и уверенно протянул я руку, давая понять, что не терпится приступить к работе.

Мои подчиненные мгновенно отреагировали, и уже через пару секунд в моих руках оказался нужный артефакт. Анализатор был тщательно выполнен в форме изящной ящерицы, покрытой тонким слоем блестящего металла. Детализация была настолько высокой, что можно было различить каждую чешуйку на его теле.

Как только я активировал артефакт, передняя часть морды ящерицы мягко раскрылась, и из нее начал изливаться мягкий, но яркий свет. Глаза, до этого представлявшие собой просто неприметные черные камушки, вдруг ожили, начав сверкать различными цветами и передавать мне ценную информацию.

— Начинаем, — твердо произнес я, обращаясь к рядовым. Они, следуя моему примеру, также надели перчатки и внимательно наблюдали за моими действиями, готовые прийти на помощь в любой момент.

Моим первым и главным приоритетом была голова пострадавшего. Я прекрасно понимал, что любые травмы головы могли оказаться критическими, и именно от их устранения зависела дальнейшая жизнь пациента. Было важно не только излечить тело, но и восстановить поврежденные участки мозга.

Операция на мозге требовала максимальной концентрации, внимания и точности. Обычные медицинские кидо в этом случае были практически бесполезны, поэтому приходилось полагаться на заклинания более высокого уровня.

Когда работа с мозгом была завершена, я аккуратно зашил череп и кожу, оставив на голове несколько заметных шрамов. Я понимал, что их можно будет убрать позже, когда пациент окрепнет. Сейчас же главной задачей было спасти его жизнь, и на второстепенные эстетические детали у меня просто не было времени и ресурсов.

— Идем дальше, — сказал я, дав себе две минуты на передышку. В этот момент я ощутил, что капитан Унохана начала двигаться куда-то, удаляясь от лагеря. Вернувшись к телу, я принялся за следующий этап лечения.

Следующий этап должен обеспечить уверенность в том, что пациент не умрет от последующих ранений. Это значит, мне нужно удостовериться, что его сердце, кровеносные сосуды и легкие будут функционировать должным образом. Сначала я взялся за поврежденное сердце, половина которого оказалась обожженной.

Как офицер продолжает жить… я не знаю, но очень хочу расспросить. Может, это какая-то особая техника?

Восстановление сердца оказалось не таким трудоемким заданием, как работа с мозгом, благодаря чему я смог значительно ускорить общий процесс лечения. Сердце, как мотор всего организма, требовало особого внимания, но его структура была проще, и я смог быстро восстановить его функциональность.

Завершив работу с сердцем, я перешел к легким, аккуратно восстанавливая их способность функционировать и обеспечивать организм кислородом. Я знал, что от их состояния зависит способность человека дышать самостоятельно, и поэтому уделял этому процессу максимум внимания.

После того как основные жизненно важные органы были восстановлены, я попытался «запустить» организм, чтобы он начал функционировать автономно, без внешней поддержки духовной энергии. Для этого мне пришлось использовать духовный физиологический раствор, который имитировал кровь, ведь в его теле было слишком мало собственной крови.

В самом операционном столе были бутыли с этим раствором, так что у меня было все необходимое под рукой. После введения раствора в организм я сфокусировал свою духовную энергию, и сердце откликнулось, начав медленно, но уверенно биться. Кровь, смешанная с духовным раствором, покатилась по венам, разнося жизнь по всему телу.

Я заранее позаботился о том, чтобы все возможные источники кровотечения были надежно закрыты, чтобы избежать любых осложнений. Вторая вспышка духовной энергии наполнила легкие воздухом, и я почувствовал,