Фантастика 2025-24 - Владимир Мухин

Я поклонился, поблагодарил, а затем продолжил озвучивать все то, что посоветовала Амси:

— Говорят, что в городе призывают бить инородцев и грабить заезжих купцов. Я почти уверен, что народ «разогревают» намеренно, и считаю, что зачинщиков надо как можно быстрее отловить и разговорить!

Шандор прищурился, с интересом оглядел меня с ног до головы и повернулся к наследнику:

— Ты только слушаешь. А он и слышит, и делает правильные выводы!

Принц побагровел от злости. А Шандор продолжил, как ни в чем не бывало. Обращаясь уже ко мне:

— Парни Лайвенского Пса выискивают шептунов еще с утра. А я отправил в каждое посольство письмо с предупреждением…

Во время паузы, которую Зейн сделал после этих слов, на его лице заиграла настолько злорадная улыбка, что я не смог не доставить ему удовольствие, и задал ожидаемый вопрос:

— С каким предупреждением, ваше величество?

Король засиял:

— Я написал им, что если среди тех, кто подзуживает толпу, найдется хотя бы один их человек, то Второе Весеннее Ненастье обрушится еще на одно посольство!

— Очередная ступенька в реализации нашего плана! — удовлетворенно отметила Амси. — На твоем месте я бы обрадовалась.

Совет искина я пропустил мимо ушей, поэтому ограничился лишь вежливой улыбкой. Но Зейн ее даже не заметил, так как в этот момент перевел взгляд на моих спутниц:

— Аресса Алиенна, говорят, что вчера, в посольстве, вы сражались плечом к плечу с первой меньшицей своего мужа?

— Да, ваше величество! — не задумавшись ни на мгновение, ответила мелкая.

— А в ту ночь, когда в ваш особняк напала хейзеррская боевая звезда, вы вместе с арессой Найтирой и арессой Тинатин убивали эту пятерку?

— Да, ваше величество! — снова подтвердила девушка.

— Что ж, значит, с сегодняшнего дня можете именовать себя Алиенной ар Эвис по прозвищу Буря. А вашу мать будут называть Грозой… — сообщил король. И повернулся ко мне: — И это не обсуждается: я хочу, чтобы к лету одно упоминание о Повелителе Ненастья и его супругах вызывало у наших недоброжелателей дрожь в коленях!

— И это его желание нас устраивает… — прокомментировала хозяйка пляжного домика. А Вэйлька не преминула подколоть:

— Ну что, Аль, твоя мечта об обретении прозвища сбылась. О чем будешь мечтать дальше?

В это время подал голос принц Террейл. При этом сделал вид, что озабочен будущим королевства, хотя, на самом деле, просто плавился от зависти:

— Да, но ведь испугаются не все! Некоторые захотят проверить, насколько эти прозвища оправданы, и вызовут на поединок, например, ту, которая быстро привыкнет называть себя Грозой.

— Рискнете скрестить со мной клинок, ваше высочество? — стремительно, как вспышка молнии, отреагировала Алька. — И не летом, а прямо сейчас⁈

— А что, было бы интересно! — неприятно ухмыльнулся мужчина и, по-хозяйски оглядев девушку, вальяжно встал с кресла. — Могу дать вперед два укола из трех!

Вмешиваться в эту перепалку после того, как обе стороны изъявили желание скрестить клинки, означало бы потерять лицо, поэтому я позволил себе лишь сочувствующую усмешку. Естественно, в адрес наследника престола. И дал почувствовать мелкой, что я в нее верю.

— Вы себя переоцениваете! — холодно процедила она, одновременно полыхнув безумной радостью. Потом вышла в центр гостиной и потянула из ножен подарок Амси. А когда принц дал понять, что готов к бою, мгновенно влипла к нему в душу и тут же проскользнула под мечевой рукой за спину. После чего разорвала дистанцию и забросила меч на место: — Вы убиты. Трижды. Значит, бой закончен. Не верите — загляните в любое зеркало: капли крови вот-вот окрасят вашу рубашку…

— Да, но… — начал, было, принц, но не договорил: Зейн, увидев в глазах наследника разгорающуюся ярость и сообразив, чем это может закончиться, рявкнул на весь дворец:

— БОЙ ЗАКОНЧЕН! Вернись на место!! Немедленно!!!

А когда Террейл нехотя убрал меч и пошел к своему креслу, повернулся ко мне и склонил голову в знак признания вины:

— Арр Нейл! Прошу прощения за крайне недостойное поведение моего сына! Даю слово, что это больше не повторится!

— Повторится… — вздохнула Амси. — С этим Шандором мы точно не уживемся.

— Не уживемся… — мрачно согласилась Тина. А после короткой паузы нехорошо усмехнулась: — Дочь, ты создала нашей семье сразу две ОЧЕНЬ серьезные проблемы! На месте Нейла я бы лишила тебя права покидать дом и открывать рот в присутствии посторонних до тех пор, пока ты не поумнеешь…

…Во дворце мы проторчали почти стражу: сначала я обсуждал с Зейном то, что рекомендовала Амси. Потом, когда король ушел заниматься делами и увел с собой всех сыновей, был вынужден находиться в обществе Маниши, нескольких меньшиц короля и их свиты, слушать их болтовню и высказывать свое мнение о женском тряпье. Естественно, особой радости мне это не приносило. Равно как и не успокоили извинения королевы, заметившей мое состояние и дважды попросившей прощения за поведение сына. Не выглядели сияющими и мои спутницы: если в Розовой гостиной мелкая еще держала лицо, то сразу после того, как мы выехали из дворца, она ухнула в свои мысли и не реагировала вообще ни на что.

Увы, донельзя мрачный вид девушки и ледяные взгляды, которыми она «награждала» всех встречных и поперечных, распугивали лишь самых робких и слабохарактерных. Но желающих пообщаться с «самими ар Эвис» все равно было предостаточно, поэтому я раскланивался, отвечал на приветствия, благодарил за комплименты и злился. Особенно сильно — после того, как подключался к камере на воротах нашего особняка и увидел все разрастающееся людское море, которое она показывала.

После каждой такой вспышки мелкую захлестывало отчаяние. И Найта, пребывающая приблизительно в таком же настроении, как я, самоотверженно пыталась успокоить нас обоих. Увы, эти попытки не помогали — я улыбался шуткам Дарующей, отвечал на самые заковыристые вопросы и с радостью принимал искреннюю любовь и сочувствие, которыми она меня окутывала. Но не успокаивался. Поэтому, въехав в Служивую слободу, подхватив Дар Вэйльки и почувствовав эмоциональную бурю возле дома, чуть было не развернулся на месте и не уехал к кому-нибудь в гости. Эдак на сутки-двое.

Первая меньшица, умудряющаяся читать мою душу, как открытую книгу, «прочитала» этот порыв сразу же, как почувствовала мои эмоции. И подключилась к общему каналу:

— Не вздумай никуда уезжать: ты нам нужен здесь, и как можно скорее! И перестань