"Современная зарубежная фантастика-3". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Кадри Ричард

– Нас ничего не связывает с ним, директор Доннер.

Несмотря на смену приоритетов, он по-прежнему был верен Морн.

– Я имею в виду, ничего личного. Мы видели его два раза. Сначала на Станции Всех Свобод. Наш корабль прилетел туда, чтобы Морн могла родить ребенка. Когда амнионы решили оставить Дэйвиса себе, Вестабул пришел вести «переговоры». В обмен нам предложили компоненты для починки тахионного двигателя. Но Морн сорвала сделку. Второй раз мы встретились с ним на Малом Танатосе. Он прилетел туда на… Как же называлось это судно?

Память предоставила ему ответ.

– Ну да! На «Штиле»! Мутант требовал вернуть им Дэйвиса. За несколько минут до взрыва Малого Танатоса с космодрома взлетел амнионский шатл. Очевидно, Вестабул покинул станцию и перебрался на «Затишье». Или на «Планер».

Вектор пожал плечами. Его упоминание о «Планере» привлекло внимание Дэйвиса. Морн заметила, что юноша с усилием преодолел обиду на Энгуса и прислушался к их разговору.

– «Планер»?- спросил капитан Юбикве. - Вы имеете в виду то судно, которое погибло, сражаясь за вас на границе астероидного роя?

Вектор кивнул.

– Этот корабль взорвал лабораторию Динера Бекмана. «Планер» хотел уничтожить и нас, но затем…

Его лицо помрачнело при воспоминании о том, что Сорас сделала с Сиро.

– Я думаю, капитан Чатлейн решила искупить одно из своих преступлений, - тихо закончил он.

Мин перевела взгляд на Морн.

– Вы знали, что «Планер» прежде назывался «Потрошителем»?

Никто из команды «Трубы» не уточнял эту деталь. Морн поморщилась, словно директор подразделения специального назначения коснулась старой раны. Мин Доннер продолжала удивлять ее. Откуда ей было известно о «Потрошителе»? И почему она завела речь о прошлом «Планера» именно сейчас?

– Нам рассказал об этом Ник, - с неохотой ответила Морн.- В битве с «Потрошителем» погибла моя мать.

Словно произнося приговор или прося о прощении, Мин заявила:

– Сорас Чатлейн совершила много преступлений. Однако в конце жизни она попыталась искупить свою вину.

Как это делали теперь Мин и Уорден Диос? Дэйвис покачал головой.

– Команда «Планера» заботилась не только об искуплении вины,- возразил он директору подразделения спецназа. - Они могли помочь «Затишью» уничтожить наш корабль. И, возможно, сделали бы это. Им требовалось противоядие, чтобы оставаться людьми. Но они поступили иначе.

Одно время он жаждал мести и хотел разрушить «Планер», не считаясь с любыми потерями. Однако последующие события заставили его пересмотреть свое отношение к команде обреченного корабля.

– Вместо рабского служения амнионам они решили спасти свои души.

Морн бросила на сына благодарный взгляд. Очевидно, она ошиблась в своей оценке. Похоже, Дэйвис стремился спасти Уордена по тем же причинам, что и она. Сын напомнил ей о правильном решении, которое удалось найти Сорас. О том, что выбор иногда мог предполагать нечто худшее, чем смерть.

Вектор печально кивнул. Мин склонила голову. Сиро, сидевший в кресле у переборки, склонился к Энгусу и что-то тихо прошептал.

– Вы меня пугаете, - проворчал капитан Юбикве. - Сказать по правде, я не знал, что у амнионов имеются такие мутагены.

– Они у них имеются, - заверил его Энгус. - И, возможно, сейчас одну из этих пилюль дают Уордену Диосу.

На мостике воцарилась гробовая тишина. Затем кто-то громко застонал. Дэйвис вздрогнул, словно его окатили кипятком.

– О Господи! - прошептал Долфин. Мин мрачно нахмурила брови.

– Морн, у нас осталось мало времени, - напомнил Вектор.

Мало времени? Черт! Возможно, они уже упустили свой шанс! Что, если Диос столкнулся с той же бедой, которая сломила дух Сиро? «Я думаю, нам нужно спасти его». Но был и вопрос Термопайла. «Ты забыла об акте преимущественного права?»

Усилием воли Морн выпрямила спину и авторитетно заявила:

– Вектор прав, директор Доннер. Ее голос дрожал от принуждения.

– Времени почти не осталось. Расскажите нам об акте преимущественного права.

Она хотела узнать отношение Мин к предательству, о котором поведал ей Энгус. И она хотела, чтобы Дэйвис услышал о том, как полиция подставила его отца. Сын придвинулся к ней и добавил:

– Директор Лебуол упомянул об акте преимущественного права. Я не понял, о чем он говорил.

Мин прикусила губу. Морщинки в уголках ее глаз намекали на боль. Но она не отвернулась. Выдержав взгляд Морн, она громко спросила:

– Сколько антенн нам доступно?

– Все зависит от того, кому мы будем отправлять сообщения, директор Доннер, - ответила Крей.

– Командному пункту полиции Концерна рудных компаний, офису Фэснера и Сака-Батору.

Крей сверилась с данными пульта.

– Извините, директор, но в этой позиции мы можем иметь только два узкополосных канала. Иначе нам придется использовать трансляцию по общему широкому лучу. Или передавать сообщения через Центр.

Немного помолчав, она добавила:

– Есть еще один вариант. Мы можем развернуться «слепым» боком к амнионам.

– Обойдемся без крайностей.

Мин Доннер строго посмотрела на Крей.

– Соедините меня со станцией полиции. Мне нужна связь с Центром. И нацельте второй луч на Сака-Батор. Я хочу знать, что там происходит. Если Фэснер решит пообщаться со мной, пусть он делает это через командный пункт.

Затем она обратилась к Дэйвису и Морн:

– Я расскажу вам об акте преимущественного права. Считайте мои слова продолжением темы об искуплении вины.

Она взглянула на капитана Юбикве.

– Долфин, не слушайте меня. Вам это не понравится.

Тот сердито поморщился.

– Мне многое в жизни не нравится. Я к этому уже привык.

На скулах Дэйвиса заиграли желваки. Мин хмуро и с вызовом смотрела на Морн. Ее пустые ладони сжимались и разжимались, тоскуя по оружию. Язвительный тон напоминал резец, которым она ваяла свой собственный образ.

– Несколько месяцев назад Руководящий Совет Земли и Космоса принял акт преимущественного права. Этот закон дал полиции Концерна юрисдикцию над всеми службами безопасности в человеческом космосе. Годами Холт Фэснер пытался получить такую власть и наконец добился своего. А удалось ему это по той причине, что полиция убедила Совет в коррупции местных служб безопасности - особенно на Рудной станции. По прямому приказу и при содействии руководства полиции Концерна известные вам Ник Саккорсо и Майлс Тэвернер подставили Энгуса под кражу припасов. Обстоятельства дела свидетельствовали о том, что он якобы имел сообщника в службе безопасности. Охрана станции была дискредитирована.

Мин вздохнула и сердито продолжила:

– Предатель действительно был, но он работал не с Энгусом, а с нами. Ник и Майлс получали приказы от Хэши. Проведение операции санкционировал Уорден. Однако заказ на нее исходил от Холта Фэснера.

Директор Доннер старалась не замечать содроганий Морн, угрюмую злость Долфина и разочарованный взгляд Дэйвиса. Она игнорировала оцепенение дежурных офицеров и свирепую усмешку Энгуса.

– Морн отдали Саккорсо, - бесстрастно сказала Мин, хотя такое признание далось ей нелегко. - Это было частью сделки. Частью нашей оплаты за выполненную работу. Ник хотел досадить Энгусу, забрав его женщину.

Она отрешенно пожала плечами.

– Теперь Фэснер жаждет вашей смерти. Он боится вас. Вы можете подтвердить невиновность Термопайла. По приказу Дракона Нику были переданы приоритетные коды Энгуса. Мы заключили с Саккорсо еще одну сделку. Холт думал, что Ник ликвидирует вас.

Волна безмолвия накрыла мостик. Корабль напевал свою тихую песню под аккомпанемент сервоприводов и очистителей воздуха. Импульсный двигатель натужно подвывал, производя торможение «Карателя». Но люди молчали.

Морн чувствовала, как в ее груди нарастало давление. Словно предвестники бури, в уме всплывали рваные фразы, и голоса ее родителей взывали о возмездии, как проклятые души. Энгус сказал ей правду. Полиция договорилась с Ником. И был предатель, который подставил Термопайл а. Фэснер добился своего… А ее родители клялись честно служить тем людям, которые продали их дочь.