Шерас - Стародубцев Дмитрий

ДозирЭ и Идал оказались как раз над тем участком, который был захвачен. В их галеру прибыли свежие отряды авидронов. Численность находящихся здесь воинов утроилась, а вскоре сюда спустилась внушительная группа военачальников, среди которых был красавец Ибабд и даже сам начальник дати-ассаварского гарнизона эрголий Трэминт.

Военачальники остановились неподалеку от двух друзей и принялись с жаром обсуждать сложившееся положение. В бойницы и метательные проемы то и дело влетали флатоновские стрелы, и, когда точным попаданием в сердце был убит один из телохранителей Трэминта, благородные мужи поспешили укрыться в безопасной части галереи.

— Надо опустить мосты и атаковать их врукопашную, — жарко убеждал Ибабд начальника Дати Ассавар.

— Это очень опасно — флатоны могут ворваться в башни, — задумчиво отвечал Трэминт. — Сейчас они в западне и вряд ли смогут доставить нам какие-либо неприятности, но, если ворвутся хотя бы в одну башню — наше положение станет незавидным. Тем более, как мы видим, флатоны часто побеждают в единоборстве…

— Что же мы, не сможем выбрать из девяноста тысяч человек две сотни отчаянных рубак? — упорствовал Ибабд. — В моем монолите есть «бессмертные» с золотыми платками. Десятка этих опытных жестоких убийц хватит, чтобы выкинуть мерзавцев за парапет…

Тут Ибабд заметил ДозирЭ и показал на него рукой:

— Или взять, допустим, вот этого доблестного рэма. Перед тобой знаменитый ДозирЭ — в прошлом монолитай, бывший воин Белой либеры. Тот самый…

— ДозирЭ? Что-то такое слышал, — с интересом посмотрел на молодого человека начальник гарнизона.

— Сейчас он подчиняется непосредственно Круглому Дому и не числится в наших рядах. Но думаю, не откажется возглавить атаку. Он необыкновенно храбр и обладает удивительными способностями. Я своими глазами видел его в Грономфе, на Арене, когда он один побил пятерых бедлумов. Сам Алеклия тогда отметил его мужество.

Трэминт нетерпеливым жестом подозвал воина.

— Хочешь ли ты сразиться с флатонами и прославиться на всю Дати Ассавар? — спросил он.

ДозирЭ через метательный проем осторожно выглянул наружу и цепким взглядом оценил обстановку. На уступе стены находилось не менее пятисот флатонов. Их густо обстреливали со всех сторон, и погибали они десятками, но в то же время с земли, по двум десяткам лестниц им на смену бесконечными муравьиными вереницами взбирались новые и новые воины.

— Дайте мне сотню «бессмертных» из пешего монолита Кадишской либеры, и я очищу вам эту стену, — самонадеянно ответил молодой человек.

Ибабд с улыбкой посмотрел на начальника гарнизона: я же говорил!

— Хорошо, — немного подумав, согласился Трэминт. — Если у тебя получится, я повяжу тебе белый платок и выдам щедрую награду.

Подвесной мост, отделяющий захваченный флатонами участок от одной из башен, опустился так быстро, что островитяне не успели ничего понять. В следующее мгновение на нем показались авидроны, закованные в тяжелые доспехи «бессмертных» монолитаев, и устремились в атаку. Еще несколько шагов — и произошло яростное столкновение, в ходе которого первые ряды с обеих сторон тут же пали.

ДозирЭ, прикрывшийся высоким вогнутым щитом, выступил из-за спин товарищей и первым же движением своего огромного меча проткнул насквозь набежавшего флатона. Белолицый островитянин лишь удивленно посмотрел на ужасный клинок, проткнувший легкие доспехи и почти по рукоять вошедший в его грудь.

Флатоны с остервенением бросились врукопашную. Однако, будучи низкорослыми и вооруженными короткими тонкими клинками, они едва ли могли соперничать с рослыми, сплошь закованными в железо авидронскими монолитаями с длинными мечами и нагузами в руках. Вскоре бой уже переместился на середину участка, а потом, из-за того, что флатонов стало значительно меньше, две сражающихся группы перемешались. Сраженье теперь шло везде.

Идал сражался рядом с ДозирЭ, стараясь от него не отставать. Вместе друзья заставили ступить на звездную дорогу бесчисленное количество воинов Темного океана. ДозирЭ непросто давалась каждая победа, с несколькими юркими противниками он возился довольно долго, и три раза его достаточно сильно зацепили. Истекающий кровью, он всё же продолжал наступать, бешено вращая своим чудо-мечом, от одного удара которого в щепки разлетались деревянные, обитые железом щиты флатонов. Нескольких из них он разрубил наискось от плеча до сердца.

Флатоны дрались отчаянно и умело, но ничего не могли противопоставить мощным гигантам, появившимся из башни. Вскоре последний флатон, издав предсмертный крик, безжизненно повис на парапете.

Авидроны остановились. Тяжело дыша, пошатываясь, все в крови, они огляделись. Везде лежали убитые враги, тут и там валялись их удивительные растоптанные головные уборы.

Вслед за «бессмертными» на площадке появились циниты гарнизона и быстро взяли всё в свои руки: добили раненых флатонов, скинули вниз их трупы, отбили новые атаки, обрушили сверху на поднимающихся по лестнице островитян метательные снаряды. Вскоре опасность нового захвата этой стены миновала.

Усталые «бессмертные», немного поредевшие числом, вернулись в башню, где их поджидали взволнованные Ибабд и Трэминт. Оба высказали благодарность всем участникам рукопашного боя, и начальник гарнизона тут же повязал на шею ДозирЭ белый платок. Заметив, что тот едва стоит на ногах и истекает кровью, Трэминт приказал воину немедленно отправляться в лечебницу…

Прошло три дня. Всё это время штурм не прерывался ни на мгновение. Флатоны несколько раз захватывали различные участки стены, взбирались на самый верх, даже появлялись в одной из башен. Но их попытки закрепиться оказывались тщетными: каждый раз авидроны неистовым усилием сбрасывали противника вниз. Гарнизонные военачальники смогли организовать стойкую спаянную оборону. На третий день авидроны внезапно задействовали новые камнеметы. Громадные глыбы летели на полторы тысячи шагов, часто достигая даже лагеря флатонов. Они ударялись об землю, поднимая клубы дыма, и оставляли после себя глубокие воронки. Флатоны, эти кочевники, родившиеся победителями, эти жаждущие боя воины, не знающие страха и усталости, даже они ужаснулись, увидя те разрушения, которые принесли камнеметы. Они не выдержали, их дух ослаб, и их атаки стали вялыми и однообразными.

На следующий день флатоны отступили. Крепость возликовала. Отчаянный штурм закончился ничем, посланцы Фатахиллы оставили под стенами Дати Ассавар не менее ста пятидесяти тысяч своих белолицых воинов. В Грономфу отправили голубя с сообщением о блестящей победе. В подробном отчете не забыли упомянуть и о подвиге ДозирЭ. Спустя триаду пришло послание от самого Инфекта. Он благодарил цинитов гарнизона за проявленное мужество и благословлял их на новые свершения. Кроме этого, он повелел начальнику гарнизона отлить двадцать тысяч пятиинфектных фалер и наградить ими самых мужественных. В довершение всего пришло сообщение, что Инфект выслал в Дати Ассавар существенную подмогу, сняв двадцать тысяч воинов со стен Великой Подковы. Эти гарнизонные отряды стремительным броском преодолели Междуречье и были уже на подходе к крепости.

Около месяца ДозирЭ выхаживали местные неразговорчивые лекари, а Идал и Кирикиль не отходили от его ложа. Один раз заходил Ибабд и вновь предлагал стать его первым телохранителем. На этот раз молодой человек обещал подумать.

Флатоны предприняли еще один штурм, но сразу потеряли около тридцати тысяч воинов и более попыток атаковать стены не предпринимали. Вместо этого они пригнали толпы рыболовов и земледельцев, живущих по берегам залива Обезьян, и заставили их подсыпáть землю к крепостной стене. Первые два дня авидроны щадили несчастных, но, когда увидели, что высота стены уменьшилась на две меры, вынуждены были пустить в дело лучников. Некоторые циниты гарнизона отказались стрелять в невинных людей и тут же получили «черный шнурок». В тот же день убили не меньше десяти тысяч подневольных землекопов, и работы встали.