Дефицит Высоты. Человек между разрушением и созиданием - Олег Леонтьевич Поляков

генетически он другой, и достаточно того, что он родился не разрушителем, чему радоваться надо, как большой удаче. Так и «умное» общество должно уметь выявлять высоких и разрушителей независимо от их классовой принадлежности и применять к ним соответствующие меры.

Существует ошибочное представление, что теория праздного класса содержит объяснение феномена социальной стабильности. Как утверждает автор теории, в основе стабильности лежит свойственная человеку склонность к подражанию. На самом деле стабильность системе сообщает созидательность, угрожает ей разрушительность. Да, свою роль при этом играет подражание, но стабильности способствует подражание созидателям, а не разрушителям. Веблен же в своей теории доказывает, что высокое положение в обществе, административной или политической иерархии не только не является, говоря нашими словами, гарантией созидательности, но совсем наоборот. И, действительно, в СССР привилегированным классом были члены КПСС, а высшим — её номенклатура. Бездарные и беспринципные валом валили в партию с дальним прицелом на высокие посты. Стремясь поймать карьерный ветер в свои паруса, они усердно подражали тем, кто занимал высокие посты, но стабильности системе это отнюдь не прибавляло. Когда масса пустых и недалёких умом вверху превысила критическую, система рухнула. Другим образцам надо было подражать.

Общественные науки лишены понимания тонкости «человеческой материи» и того, каковы могут быть последствия этого. Порвал самые тонкие связи — распростись с совершенным обществом на столетия. Человек не может вести приличное существование без чувства собственного достоинства, а человеческая система не может быть жизнеспособной без сознания своей самоценности. С последним проблемы у России. Эти и ещё целый ряд жизненно необходимых качеств являются результатом формирования ткани тонких взаимодействий. Есть понимание, что на этот процесс оказывают существенное влияние привычки, обычаи, традиции, нормы, одежда, способы и приёмы труда, характер жилищ, форма административного управления, которые формируют определённый уклад жизни (ошибочно называемый культурой). Но каким образом всё это влияет на формирование нужных связей — этого мы не знаем. Чем сложнее система, тем в большей степени эволюционные преобразования должны превалировать над революционными. Это необходимо, чтобы избежать разрушения уже сформировавшихся тонких связей, обеспечивающих созидательный вектор деятельности.

В Японии большую роль в общественной жизни играет почитание старших, передача традиций. Есть профессиональные династии, которые сохранились на протяжении нескольких веков, в магазине, который существует более трёхсот лет, могут работать прямые наследники основателя. В России всё традиционное, укоренённое в русском народном сознании, оккупационная власть уничтожила, как якобы реакционное, так как видела в нём опасность для своего режима. Сожжено, разграблено, вывезено, разрушен уклад и в сознании людей перегажено столько, что, видимо, бесповоротно оказалась разорвана историческая связность русского бытия. У страны отрублено её прошлое, а это как у живого отрубить половину тела.

Разрушителю везде мерещатся революции. Так М. Швыдкой придумал и вёл на телеканале «Культура» передачу «Культурная революция». Представляется в высшей степени странным, что человек, долгие годы занимавший пост министра культуры, не понимает, что культура менее всего подходит в качестве поля революционной деятельности. Она тонко устроена, и от «революционного» вторжения бездарей и наглецов её тонкая структура разрушается. Хотя, скорее всего, Швыдкой, вполне понимал механику революционной разрушительности в культуре, поэтому этот процесс и запустил.

Именно в этой передаче прозвучала такая «революционная» мысль Швыдкого: «Русский фашизм страшнее немецкого». Изумлённый столь кардинальным пересмотром итогов истории С. Ямщиков, выступая на Российском телевидении, спрашивал его: «Соскучились по тёплым печкам Дахау и Освенцима? Русского фашизма, господин «соврамши», нет и не может быть. Спросите у любого немца!.. А если бы был, не было бы господина Швыдкого».

Возвращаясь к творческому наследию Маркса: надо было не ненависть сеять — это путь к деградации систем, а пробуждать всеми способами стремление расти. Как раньше говорили: просвещать народ. Такое течение в России было, многие известные учёные и общественные деятели принимали участие в этой работе, многое было сделано земством. Но разрушители взяли верх — разрушение проще, а выгода от него больше.

5.13. Уровневая модель и система знаний

Создатель квантовой теории М. Планк, являющийся одним из самых авторитетных экспертов в области науки, полагал: «Наука — единое целое. Существует единая цепь от физики к социальным наукам. Разрывает её ограниченность познавательных способностей человека». В связи с этим возникает вопрос, а может ли в принципе человек преодолеть свою ограниченность, возможен ли подлинно научный подход к проблемам человека и общества? Возможно ли в принципе создание теорий, адекватных гиперсложной реальности человеческого бытия? Естественники, верящие в безграничные возможности науки, скорее склонны считать, что — да, гуманитарии, у которых нет работающих научных методов — нет. Вполне вероятно и то, что сложности человека недостаточно для понимания своей сложности. И это делает истину о человеке секретной, если говорить словами Лао-цзы.

Но мысль человека всё равно продолжает работать. Решительный шаг по устранению разрыва в науке был сделан Чарльзом Дарвином, создавшим эволюционную теорию биологических видов. Публикация в 1859 году дарвиновского «Происхождения видов» стала истоком научного понимания феномена человека и окончательно переместила науку в центр интеллектуальной жизни западного общества. Догадка о том, что одни виды организмов могут развиваться из других, высказывалась и ранее, однако Дарвин описал механизм и нарисовал общую картину поэтапного развития всех форм жизни на Земле через последовательность преобразований, вызванных мутациями. А дальше пришло понимание, что всё, что мы видим вокруг, является продуктом эволюции. Это укрепило мнение, что всё сущее, включая саму жизнь, подчинено неким универсальным законам.

Двенадцать уровней деятельности человека в предлагаемой модели — это надстройка над теорией всеобщей эволюции, своего рода верхняя часть «айсберга» эволюции, которую, в отличие от скрытой части, мы можем наблюдать среди окружающих нас людей каждый день. Говоря словами А. Шимони, эволюционная теория позволила нам осознать «чудовищные пропасти между уровнями материи». Но самой чудовищной является разница между уровнями деятельности человека. Это становится вполне очевидным, если осознать в полной мере разницу между уровнями (6) и (–6). Поразительно, что и та и другая деятельность осуществляется существами, обладающими сознанием.

Человек оказался таким сверхсложным объектом, который, за исключением редких частных случаев, математическому описанию не поддаётся. И это поле, свободное от собственно учёных, заняло гуманитарное познание, представленное в значительной степени безответственными фантазёрами, лишёнными не только строгого научного мышления, но, сплошь и рядом, здравого смысла. Следствием явилось огромное количество ошибочных теорий и связанных с ними понятий, таких как культура, душа, пролетариат, коммунизм, мультикультурализм и т. д.

Проблема с математическим описанием механизма деятельности человека, или как принято говорить, вычислимостью, сегодня остаётся открытой. Представители своего рода «научного экстремизма» считают, что когда человечество додумается до нужных правил вычисления,