"Фантастика 2024-7". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Панарин Сергей Васильевич

Девушка опустилась у его ног. Отец распустил ее волосы и погрузил в них твердые пальцы, разминая подушечками кожу головы. Боль забилась в самую глубь. Джетта облегченно выдохнула, благодаря родителя за эту передышку.

— Истинные Боги — Древние Боги, — рассказывал тот неторопливо. — Самозванцы сделали всё, чтобы люди про них забыли. Но именно они, Древние Боги, дали людям силу. Сделали их равными другим магическим расам. И мы с тобой вернем их величие. Мы принесем им достойные жертвы, призовем их, и мир изменится.

— А жертвы — это обязательно?

Эта мысль была словно чужой, и боль зашевелилась в голове раненым зверем, что тщетно старается устроиться поудобней.

— Ты так говоришь, будто жертва — это плохо, — удивился отец, продолжая массировать девушке голову. — Отдать свою жизнь во имя истинных Богов — величайшая честь. Мы живем и умираем во имя Богов. Боги дают нам Силу. Ничто не может сравниться с тем пьянящим чувством, когда в момент обряда Сила вливается в тебя. И ты ощущаешь всю полноту Божественной милости.

Отголосок этого наслаждения коснулся Джетты. Как, наверное, здорово почувствовать это самой. Боль сдавила голову тугими тисками. Всё, что нужно для того, чтобы навсегда от нее избавиться — признать истинных Богов, поняла девушка. Пройти ритуал посвящения. И больше никакой боли. Никогда. Джетта станет такой же, как отец. Уверенной, спокойной, уравновешенной. Никаких сомнений. Никаких тревог.

— Ты сама можешь выбрать свою первую жертву. Первая жертва — как первая любовь. Это должен быть кто-то особенный. Чем дороже приношение, тем сильнее будет отдача, — делился отец.

Сельмо. Ее первой жертвой станет Ансельмо дель Пьёро.

— Отличный выбор, — согласился папа, и Джетта поняла, что произнесла имя вслух. — Ты говорила, он отмечен знаком Девы Ночи? Я горжусь тем, что ты — моя дочь!

Долгими одинокими ночами в монастырском приюте Джи мечтала услышать эти слова.

— Ты заслуживаешь того, чтобы весь мир лежал у твоих ног, — говорил отец.

Весь мир у ног. Да, именно это ощущала Джетта, когда в ее руках была Сфера Трансформации. Это было восхитительно!

— Моя дочь стоит этого мира. — Горячие ладони скользили по волосам, пробуждая… желание.

Девушка встряхнула головой, прогоняя наваждение, и голова вновь взорвалась болью.

— Я, пожалуй… пойду посплю, — выдохнула Джетта смущенно и поспешила встать.

— Да, да, конечно, — согласился отец со странным выражением лица. — А у меня пока есть одно важное дело.

— Теперь понятно, из-за чего весь сыр-бор, — откинувшись на спинку кресла, объявил Игрок Светлыми.

— Тебе от этого стало легче? — поинтересовался его противник.

— Легче — не легче, но предсказуемость — лучше, чем непредсказуемость.

— А управляемость — лучше, чем неуправляемость.

— Ну, ты размечтался! — рассмеялся тот, кто ходил Светлыми, пока они не начали ходить сами.

— Тебе эта фраза не кажется странной, учитывая, кто мы?

— Это там мы — боги. А тут мы — люди. И не стоит об этом забывать ни тут, ни там.

— А когда ради своего развлечения ты отправляешь человека на смерть, ты помнишь об этом? — абсолютно серьезно поинтересовался Игрок Темными, который «там» исполнял обязанности Двухцветного.

— Мир — странная штука, и даже с помощью суперкомпьютеров нельзя предсказать, как то или иное воздействие в нем отзовется. Иногда нам кажется, что мы управляем миром. Но, может, это мир управляет нами? — подмигнул тот, кто работал Пресветлым.

— Снял с себя ответственность?

— Не снял, а разделил. Ты здесь новичок. Наслушался инструктажей об исключительности нашей миссии и величайшем грузе долга. Но на самом деле всё немного не так. Ты помнишь из истории, что когда проход в жестокий мир А16m стабилизировался, наше руководство приняло решение о вмешательстве.

Пресветлый констатировал, и Игрок Темными кивнул. Разумеется, помнил. Данный факт не был известен широкой публике, но уж те, кто допускался до этой работы, были в курсе.

— Наши технологии столь разительно отличаются от этого мира, основанного на магии, что нас действительно приняли за богов, — рассказчик продолжал озвучивать известные истины. — Расчет оправдался. Основная цель была достигнута — жестокие Древние боги были свергнуты. А дальше началось удивительное. Наши решили заняться прогрессорством. Нести свет цивилизации в темный магический мир. Что только ни делали: внушали через суггесторы, устраивали божественные знамения… Все попытки с треском провалились. Мир сопротивлялся, не пуская технику дальше храмов. Типа, у себя в «посольствах» творите, что хотите, а у нас, будьте добры, следуйте местным законам. Это было первой ласточкой. Дальше было много других провалов, мелких и крупных. Мир будто сам определяет границы допустимого. Поэтому, если ты можешь что-то сделать, значит, он дал тебе разрешение, — и чуть погодя добавил: — Или, по крайней мере, не запретил.

— А почему мне об этом не рассказали?

— А чтобы не расслаблялся, — Игрок Светлыми подмигнул.

— Так, выходит, ты с самого начала знал, что эта Игра — не просто игра? — изумленно спросил Игрок Темными.

Его соперник выразительно постучал себе по лбу.

— Я же говорил: мы — обычные люди. Мы просто выполняем свою работу. Решаем межгосударственные конфликты, отвечаем на мольбы, устраиваем чудеса и оказываем божественные милости. А на судьбу мира мы обычно не влияем, — и, чуть подумав, добавил: — Так явно, во всяком случае.

— Но теперь мы обязаны вмешаться, — твердо заявил Игрок Темными.

— Обязаны, — согласился тот, кого называли Пресветлым. — Вопрос: где?

— Уже не вопрос, — возразил ему напарник и кивнул на игровую доску, где теперь лиловела Цель Черных.

ХОД ТРИДЦАТЬ ВОСЬМОЙ,

в котором становится видна Цель Черных.

Чужие: (Т)g4=(Ч) C g4

(Активация двойной карты. Поле g4 меняет цвет. Новое значение — Цель чужих)

Темные: Dj2

(Темный Дракон перемещается на поле j2)

Светлые: SN/(T)S h2

(Светлый Странник и Светлый Наемник/Темный Странник перемещаются на поле h2)

Сельмо разбудил напарника под утро. Небо заволакивало тучами, и вскоре месяц и звезды скрылись из виду. А потом посыпал снег. На западе Империи, откуда Дамиан был родом, была примета, что попасть под первый снег — это к удаче. Люди выбегали из домов, чтобы мелкая крупка первого снегопада одарила их везением. Сейчас это везение падало с неба крупными хлопьями и оседало на еще не остывшей земле полупрозрачным сероватым покрывалом. Деревья в белых накидках выглядели куда наряднее. Слишком рано для первого снега. Днем он стает. Но удача сейчас очень кстати, так что причин ругаться в адрес Богов не было. Аквилеро подкинул в костер свежих дров, и огонь с треском набросился на них. Нужно было подогреть в котелке воду.

Суета вокруг костра разбудила драконшу. Девушка села, потянулась и встряхнула огненными волосами, которые рассыпались ровной волной по плащу. На вид она казалась немного старше Джетты, но на деле могла Дамиану в бабушки годиться. Кто их, этих драконов, под гламором разберет?

— Айша, а как вы холод переносите? — полюбопытствовал Пусик. — Вы же холоднокровные.

— Тебе доказать, насколько у меня горячая кровь? — с чуть заметным вызовом ответила рыжая, глядя Дамиану прямо в глаза, и тот неожиданно смутился.

— И мне, мне доказать! — вмешался в разговор Паладин. Он зябко потер плечи, а потом протянул руки к огню.

— Ты бы уж определился, — недовольно буркнул Аквилеро. — То ты Джетте предложения делаешь, то к драконше клинья подбиваешь.

— Джи всё равно не соглашается. А тут, глядишь, чего и перепадет. — Сельмо хитро подмигнул рыжей.

— Да у вас тут прямо любовные траге-едии, — потянула Айша.

— При чем тут «любовные»? — не удержался от шпильки Пусик. — Любовь тут совсем ни при чем. Ансельмо дель Пьёро, сын Первого советника Императора, — телохранитель указал кивком на напарника на случай, если драконша не поняла, о ком речь, — сделал очередное официальное предложение Джетте. Та отказала.