Подкладка изнанки Ада! - Андрей Арсланович Мансуров

собственностью. И не является полноправной личностью, со всеми правами и полномочиями человека. Так что сохранился там в живых его «мозг», или нет – никто и ничто вам не помешает порезвиться и покопаться в обломках былой роскоши. Абсолютно, как ты отметил, законно.

– Утешила. И – что? Предлагаешь вот так, прямо через пробоину, и залетать?

– Да. Поскольку метеор очень удачно – ну, для нас! – вскрыл три слоя наружной брони, это самый простой способ добраться до его внутренних… помещений. Если можно их так назвать.

Заводя челнок спустя десяток минут в полумильный пролом с рваными краями в корпусе диаметром в добрых четыре мили, Джо не мог не поразиться. Пол, работавший с видеокамерами челнока, и вертевший ими с помощью джойстика во все стороны, вообще присвистнул, глядя на один из боковых экранов:

– О…ренеть! Три слоя! Металла! Наружный – вообще толщиной в добрый метр! И ещё прослойки из пластика, или чего там, между металлическими слоями. В добрых пять метров каждая!

– Наружный, вообще-то – в один метр и восемьдесят сантиметров, – счёл нужным уточнить Джо. – А прослойки – по девять. Масса всего этого, конечно, чудовищная. Думаю, что добрых две трети веса – как раз защитные оболочки. Мать?

– Не совсем так. Масса защитных оболочек – всего тридцать процентов общей массы корабля. До пятидесяти процентов – двигательные установки, установки гиперпереноса, и реакторы. Ну и пятнадцать – оружие.

– А где ещё пять?

– Вспомогательное оборудование. Трубопроводы, транспортёры, конвейерные ленты, кабели, ремонтные роботы. Напоминаю: он сам был должен чинить все свои неисправности и повреждения.

– Понятно. – Джо, работавший джойстиком ручного управления, хмурился, пытаясь «мягко» пришвартовать челнок, закрепив его магнитными захватами к некоей более-менее плоской поверхности чудовищного по размерам агрегата, – Вот это. То, к чему я швартуюсь – что?

– Это вспомогательный генератор. Или аварийный. Основной – вон там, справа на два часа. Он, понятное дело, в пять раз крупнее.

– Ладно. Понятно. Вспомогательный – так вспомогательный. Но… Поскольку твои зонды наверняка тут всё уже вынюхали до нас, просвети медлительных и непонятливых людишек, что здесь – и как?

Джо посмотрел на Пола. Но от комментариев воздержался. Пол и сам понял свою бестактность:

– Э-э… Мать. Извини в очередной раз. За неуместный сарказм и дурацкий юмор. Это я… Просто нервничаю!

– Очередные, пятьсот сорок восьмые, извинения приняты. – по тону Матери нельзя было сказать, что она гневается, – Объяснить, разумеется, могу. Вы из челнока выходить-то будете?

– Будем. – Джо вздохнул скорее обречённо, чем радостно. Ну вот навевало на него уныние это место, – Будем. Иначе на …рена же мы летели аж два кэмэ?

– Вот когда выйдете, всё и покажу. И расскажу.

Установка прямо над их головами, «на два часа», оказалась действительно основным генератором. Со всех сторон, ближе к центру, её окружали реакторы – таковых нашлось аж двенадцать. Правда, как сообщила Мать, последнее горючее из них исчезло ещё те же пять с небольшим миллионов лет назад – а именно столько лет «зависал» в межгалактической пустоте огромный шар.

Циклопические конструкции над их головами, с боков, а кое-где и под ногами, заставляли даже повидавшего виды Джо ёжиться, и ощущать свою ничтожность при сравнении с масштабами чьего-то инженерного искусства и мощи промышленности. Невольно он всё искал следы обычных конструкций для прохода и проживания людей, но уже в который раз одёргивал сам себя: Мать чётко сказала – «не предназначен». Собственно, именно поэтому трудно было оценить реальный масштаб сооружения – не с чем сравнить! Никаких трапов, кают, и межуровневых переходов. Ну а то, что диаметр основного генератора составлял шестьсот ярдов, ни о чём не говорило. Ведь такая цифра просто не укладывалась в голове!

Устрашающе выглядевший агрегат «на пять часов» оказался действительно – оружием. В частности, микроволновым излучателем. Его тубус подходил непосредственно к наружной броне, и закрывался в нерабочем состоянии тридцатиметровой в толщину, и стаметровой в диаметре крышкой.

– И на фига им такой мощный излучатель? Яичницу жарить?

– Нет. Если необходимо было «зачистить» от белковой жизни целую планету, они располагали корабль на расстоянии примерно трёхсот тысяч километров, и облучали её вращающуюся поверхность в течении нескольких суток. За это время всё, что имело органическое происхождение, или содержало в себе воду, нагревалось до пятиста градусов Цельсия. Даже то, что пряталось в подземных бункерах. И, разумеется, оно при этом умирало. Или разрушалось.

Даже в скафандре было заметно, что Пола передёрнуло:

– Извини в пятьсот сорок девятый раз, Мать. Я всё забываю, что перед нами настоящий корабль-убийца. Разрушитель. И уничтожитель. Монстр без страха или сожаления. Машина из легенд.

– Мать. – в дискуссию решил вклиниться Джо, – Вон та гигантская штука. На восемь часов. И – почти по центру. Это – что?

– А-а, это – основное оружие. Именно оно и требовало до восьмидесяти процентов всей мощности генераторов.

Тектонический излучатель.

– Это ещё что за зверь? – Пол приподнял брови, взглянув на Джо. Но тот и сам в первый раз слышал о таком устройстве.

– Берсерк был предназначен для уничтожения именно – жизни. На планетах. И если цивилизации, обитавшие там, могли как-то спастись от микроволнового излучения, например, эвакуировавшись временно в ближний космос, или на соседние освоенные планеты, то Берсерк просто уничтожал саму планету. И – все планеты. Системы. Чтоб им некуда было вернуться. И они просто… вымирали. Если только не достигли такого уровня, что могли бы странствовать меж звёзд. С помощью гиперпрыжков. Таких Берсерк догнать в-принципе мог. Но вот отследить – не мог. А вот обычные досветовые корабли – мог. Со всеми вытекающими последствиями. Так вот.

Этот излучатель нагревал не поверхность, а – ядро планеты. Поэтому он и мощнее в двадцать раз. И потребляет – ну, вернее, потреблял – очень много энергии и горючего из реакторов. Так что этот агрегат мозг Берсерка использовал лишь в исключительных случаях. Для обитаемых примитивных планет, и любых досветовых военных кораблей, хватало мощности и первого излучателя.

Как известно, большинство обитаемых планет, то есть – имеющих условия для возникновения и существования жизни в привычном нам понимании, имеют жидко-твёрдое металлическое ядро. И если его сильно подогреть, оно как бы – вскипает, расширяется, как умирающая звезда, и просто разрывает все наружные слои-оболочки, разнося планету по космосу. Напоминаю: большинство земных учёных считают, что именно так и погиб наш Фаэтон. Тот, что располагался между Марсом и Юпитером.

– Вот оно как. Тогда понятно, кто мог это с ним сделать. Но – зачем?!

– А вот этого, боюсь, мы никогда не узнаем. Фаэтон погиб более трёх миллиардов