Моя бесценная графиня - Кристина Холлис

Кейти разомлела от его ласк, и Джованни переполнили боровшиеся между собой мужская гордость и желание. Через несколько месяцев эта женщина подарит ему самый ценный из подарков, который только может желать мужчина. Джованни снова приказал себе не торопиться сегодня.

Кейти, протестуя, ахнула, когда он внезапно отодвинулся от нее. Она открыла глаза, желая увидеть, что происходит. Выяснилось, что он зажег небольшую тусклую лампу и теперь рассматривает Кейти. Их первая близость произошла в полной темноте, ночью, а теперь от его взгляда не могло укрыться ничто. Кейти вскрикнула и попыталась закрыться руками, потом увидела возбужденное состояние Джованни и опустила руки.

— Я хочу посмотреть на тело, которое подарит мне сына, — сказал он ей. — Я хочу видеть то, что доставляет мне удовольствие и удовлетворение.

Кейти не сопротивлялась, и Джованни снова принялся осыпать ее ласками. Она нисколько не смущалась, а только вскрикивала от невыносимого горько-сладкого желания и нежности.

Джованни чувствовал пульсацию крови в каждой своей вене. Он овладел Кейти медленно и осторожно. Она звала его по имени снова и снова, умоляя приблизить развязку. Кейти двигалась вместе с Джованни, и наконец они достигли пика наслаждения. Его восхищало то, что она страстно желает принадлежать ему, чего не наблюдалось ни с одной его прежней любовницей.

— Я и мечтать не могла, что будет так хорошо, — пробормотала Кейти, лежа в объятиях Джованни и улыбаясь в темноту. — Я так долго ждала этого, милый! Жаль, что мое счастье не будет продолжаться вечно…

Всю свою жизнь она приближалась к этому моменту. Любовь к Джованни будто переселила ее на другую планету. Она принялась поглаживать ладонью свой живот. Джованни, казалось, зацеловал и заласкал ее всю, отчего у нее голова шла кругом.

Внезапно, уже засыпая, Кейти почувствовала под пальцами какой-то неизвестный ей трепет.

— Джованни, это ребенок!

— Что?!

Он выбрался из кровати, Кейти не удалось остановить его.

— Не беспокойся… ничего плохого не произошло… Я просто почувствовала, как он толкается!

— Правда? — Джованни включил верхнее освещение, зажмурился от яркого света и вернулся к кровати. Он сосредоточенно рассматривал обнаженное тело жены, однако на этот раз испытывал совсем другие эмоции, нежели прежнюю страсть. — Я тоже хочу почувствовать его.

Кейти легла на спину, взяла руку Джованни и положила его ладонь на свой растущий животик.

Через несколько секунд его лицо озарилось улыбкой.

— Мой Донателло явно очень шустрый мальчуган — настоящий сын своего отца, — сказал он.

— Донателло? — Кейти очнулась от своих мечтаний. — Откуда ты взял это имя?

— Мой двоюродный дед спас виллу «Антико» от разрушения. Он вырастил меня как сына так как мой отец частенько был… нездоров. Я пообещал умирающему деду, что назову своего сына его именем.

Кейти не могла спорить с Джованни по этому вопросу, но все-таки решила не пускать это дело на самотек.

— Почему ты не рассказал мне раньше? — спросила она.

— В этом не было необходимости.

Кейти натянула простыню до подбородка и вызывающе посмотрела на Джованни.

— Не означает ли это, что я не стану принимать в жизни своего сына никакого участия?

Джованни невозмутимо взглянул на нее.

— Донателло прежде всего наследник семьи Амато. Ради его безопасности, невредимости и благополучия следует сделать все возможное. Именно поэтому я веду себя таким образом. К примеру, доктор Витторио уже приготовил тебе лучшую палату в частной клинике.

— Что ты сказал?!

— Ты отправишься в клинику за неделю до предполагаемой даты рождения Донателло — конечно, если тебе не потребуется более ранняя госпитализация…

— Нет. Остановись, Джованни! Ты можешь до минуты распланировать жизнь Донателло, но со мной этот номер не пройдет. Я хочу рожать ребенка дома, поэтому не поеду в клинику. Я не могу туда ехать!

— Ты должна отправиться в клинику. Это самое безопасное место для рождения ребенка. Как тебе вообще пришло в голову рожать моего сына на вилле «Антико», которая находится так далеко от врачебной помощи?

Кейти запаниковала. Ее никто не заставит отправиться в клинику! Особенно после того, что случилось с ней, когда много лет назад она попала туда. Мамочка сбежала и просто бросила ее там! А что ждет Кейти теперь? Она может лишиться ребенка… или Джованни.

— Доктор Витторио может принимать у меня роды на вилле. В конце концов, женщины тысячелетиями рожали без врачебной помощи. Это естественный процесс, а не болезнь!

Он посмотрел на нее как на умалишенную.

— У меня есть причина требовать твоей госпитализации, но я не хочу говорить тебе об этом, чтобы не беспокоить, Кейти. Сегодня у нас не ночь воспоминаний. Следует распланировать будущее Донателло.

— У меня тоже имеются свои причины, — упрямо заявила Кейти.

Джованни прилег рядом с ней и уставился в потолок. Сейчас не время что-либо объяснять, подумал он, но как ее убедить? Если не рассказать все теперь, то когда?

На Кейти снова нахлынули мрачные воспоминания. Она внезапно опять погрузилась в детство. Вот ей семь лет, она отчаянно зовет мать, которая никогда не вернется за ней, медсестры удерживают ее в кровати…

— Я не могу ехать в клинику, Джованни. Просто не могу! Неужели ты не можешь допустить мысль о том, что я стану рожать на вилле «Антико»? — она ходила вокруг да около, будто по битому стеклу.

— Естественно, я не могу этого допустить, — решительно произнес он не терпящим возражений тоном.

В оставшиеся летние месяцы Кейти вела двойной образ жизни, столь непривычный для нее. Пока Джованни был на работе, она наблюдала за тем, как работают мастера и вилла «Антико» удивительным образом преображается. Когда синьор Амато оставался дома, Кейти жила в соответствии с его графиком. Он отменил максимально возможное число встреч с иностранными партнерами, предпочитая звонить им по телефону или общаться по видеосвязи.

Джованни не позволял жене совершать длинных прогулок, что ее, собственно, и не расстроило. Все время Кейти занимала работа, а когда требовалось куда-нибудь поехать, она брала один из лимузинов, водители которых были в любой момент готовы отвезти ее туда, куда она пожелает. В те редкие часы, когда Джованни оказывался свободным от работы, он наблюдал, как Кейти плавает в бассейне, или они вместе занимались разбором важной корреспонденции, сидя в беседке, оплетенной розами и виноградом, на террасе рядом с бассейном.

До встречи с Джованни Кейти опасалась, что супружество может лишить ее независимости. Однако брак с невероятно привлекательным мужчиной и чувственность, проснувшаяся в ней в связи с беременностью, доказали, что раньше она заблуждалась.