В медовой ловушке - Диана Гамильтон

Еще долго Франческо стоял, не шевелясь. Его сердце настолько переполняли эмоции, что в какой-то момент ему показалось, что оно сейчас взорвется.

Это любовь к сыну. Ничего больше. Да и что еще может быть? Любовь к женщине?

Однажды Франческо любил Анну, любил вопреки всему. Но это чувство погибло в тот самый момент, когда ее отец предложил ему сделку. Да, Франческо все еще испытывал к Анне влечение и страсть. Стоило ему только взглянуть на нее, и его тело вспыхивало огнем. Но это лишь физическое желание…

Франческо вышел из тени.

– Шолто вырос за две недели, – заключил молодой отец, взяв сына на руки, улыбаясь, как последний дурак. Но он ничего не мог с собой поделать.

Наследник немедленно отозвался.

– Он улыбнулся мне! – воскликнул Франческо с энтузиазмом, на минуту позабыв о волнующем присутствии невесты. – Клянусь, так оно и было!

В таком настроении отец ее сына был невозможно прекрасен. Но ни за что Анна не позволит себе показать ему, как сильна ее любовь к нему после всех обвинений, которые он бросил в ее адрес.

Анна поднялась и отряхнула юбку, которую надела к светло-зеленому топу без рукавов.

– Не уходи! – ледяным тоном скомандовал Франческо. – Нашему сыну полезно бывать в компании обоих родителей.

– Не льсти себе. Шолто пора готовиться к вечернему купанию и кормлению, – отрезала Анна.

Ей не хотелось удовлетворять самолюбие Франческо. Не хватало только, чтобы он заметил, как она нервничает в его присутствии и сбегает от него, словно испуганный кролик.

– Можешь принести его в детскую и побыть рядом, если хочешь, – с этими словами Анна решительно зашагала в сторону дома.

Сердце ее бешено колотилось, но она гордилась собой, что не уронила перед Франческо своего достоинства. Однако Анна чуть не упала, когда Франческо догнал ее с Шолто на руках и произнес:

– С удовольствием. И сегодня, кстати, мы обедаем не дома. Столик заказан. София присмотрит за Шолто, она уже с нетерпением этого ждет. Нам нужно поговорить наедине, подальше от глаз и ушей наших многочисленных родственников.

Усевшись за столиком одного из самых дорогих лондонских ресторанов, Анна ощутила легкую дрожь, совсем как неопытная девушка на первом свидании.

На ее прекрасного спутника в строгом костюме смотрели все женщины в зале. И Анна не могла винить их за это. Франческо Мастроянни был великолепен. Анна не удивилась бы, если б узнала, что ей завидуют не только присутствующие в ресторане дамы, а вообще все женщины земли.

Но сейчас Анна не будет думать об этом. И не станет краснеть под взглядом серых глаз своего кавалера, который пристально смотрел на нее.

– Ты очень красивая, – произнес он с мягким акцентом. – Тебе идет это платье. Но, как и я, каждый мужчина в ресторане, сдается мне, с большим удовольствием снял бы его с тебя…

Анна не станет краснеть. Не станет! Вместо этого она отложила меню.

– Прийти сюда – была твоя идея. Заказывай сам. Ты сказал, что хочешь поговорить. Что ж, у меня тоже есть что сказать тебе.

– И что же?

Одна соболиная бровь взмыла вверх, а на губах заиграла ленивая полуулыбка, которая всегда раздражала Анну. Она знала, что Франческо улыбается так, когда его посещает желание опекать ее.

– Родители сказали мне, что будут жить в твоем лондонском доме. Постоянно. Что все уже подготовлено. Даже работа для отца.

– Они недовольны?

– Тебе чертовски хорошо известно, что довольны!

Анна закусила губу. Франческо сделал заказ и подал знак официанту открыть бутылку шампанского, которая дожидалась своей очереди в ведерке со льдом.

– И что? Что тебе не нравится?

– Ты организовал все без моего ведома. Чтобы я снова ощутила свою незначительность. И моя свадьба… – Анна зарделась, – ты нанял эту блондинку. И снова ничего мне не сказал!

– Но ведь она помогает тебе?

– Просто говорит, какие цветы у меня будут, какие блюда и напитки подадут на празднике и так далее. Если это ты называешь помощью… И у меня такое впечатление, что, если я захочу что-то изменить, мне прикажут сидеть в углу и помалкивать, пока меня не спросят!

– Если ты так от этого расстраиваешься, еще не поздно все изменить. Можешь делать, что хочешь. Мне рекомендовали ее как лучшего организатора свадебных церемоний, но если…

– Нет. У меня нет возражений. Все дело в принципе.

– Конечно. Я… – он нетерпеливо прервался, дождавшись, пока услужливый официант подавал им первое блюдо. – Прости, что с тобой не посоветовались. Это моя вина. Но и ты должна понять. Последние несколько недель были изматывающими. Пришлось принимать столько важных решений. Раньше я жил без оглядки на других.

Франческо улыбнулся странной улыбкой.

– Но теперь у меня есть… вы. В будущем ты не станешь сидеть в углу. Обещаю.

Его взгляд словно пронзил ее тело и душу. На миг Анне показалось, что между ними все еще может сложиться удачно. Опять минута слабости. Она презирала себя за эту слабость, но ничего не могла с собой поделать.

И снова раздался его ласкающий, глубокий голос:

– Как ты уже знаешь, долги твоего отца погашены и теперь Райлендс принадлежит мне. Твои родители сами продали мне дом. Твоя мать, как оказалось, давно мечтала переехать в дом поменьше, за которым проще следить. И я был только счастлив предложить им свою лондонскую резиденцию. Кроме того, – добавил Франческо с улыбкой, – я подумал, что должность в совете директоров удержит твоего отца от идеи поселить в саду диких животных.

Анна неловко кивнула.

Когда родители впервые сообщили, что будут жить в доме Франческо в Лондоне, Анна спросила маму, не станет ли та скучать по Райлендсу. Нет, услышала она в ответ, совсем нет. Мама уже давно рассматривала вариант продажи дома и покрытия долгов отца с его помощью, но отец упирался. Это был семейный дом Беатрис, и ее муж не хотел, чтобы она потеряла его из-за неудавшегося бизнеса. Отец никогда не простил бы себя за это.

– В доме скоро начнется ремонт. И если ты согласна, я бы предпочел, чтобы дом остался в семье. Если все пойдет хорошо, он достанется в наследство нашему сыну. Мы будем жить в Тоскане, но Шолто должен знать о своих английских корнях. Райлендс – идеальное место для летних каникул. Мы могли бы приезжать сюда и на традиционное празднование Рождества. Как тебе кажется?

Неужели Франческо действительно интересовался ее мнением, а не просто констатировал факты?

– Ты прав. Дом в Англии для Шолто – это просто чудесно!

Анна отложила вилку.

– Я хотел поговорить с тобой о нашем будущем, – кивнув в ответ, продолжил Франческо. – До сих пор мы вели себя, как два упрямых дуэлянта в ожидании начала боя. За исключением одной волшебной ночи, когда ты пришла ко мне в спальню, но и это окончилось печально. Не нужно продолжать, я полагаю.