Наследник - Берёза

Он уже собирался сказать о своих подозрениях, но тут совсем некстати в памяти всплыло беспомощное заплаканное лицо Лин, и он произнёс совершенно другое:

— Она не собирается делать аборт?

— Она ещё не решила, но не хочет. И… — Иоанна внезапно смутилась. — И я тоже не хочу. Представляешь, Тони, как будет здорово, если в нашей компании появится ребёнок? Ведь мы не можем иметь собственных детей…

Ничего здоровского здесь Тони не видел. На душе с каждой секундой становилось всё паршивее. Он молча поднёс к губам рюмку.

Аркан VIII

Правосудие

— Это здесь? — недоверчиво спросил Альберт. Их мазда остановилась в буквальном смысле посреди чистого поля. Вокруг не было ни кустика, и лишь в отдалении одна за другой вздымались зеленеющие сопки.

— Я не знаю, куда дальше, — признался Влад. — Тадеуш всегда оставлял меня здесь и шёл один вон к тем сопкам, — он махнул рукой.

Альберт на мгновение закусил губу.

— Так, братишка, я думаю, что мы поступим так же. Ты будешь сторожить машину, а я…

— Ещё чего! — возмутился Влад. Альберт заливисто расхохотался, и парень с досадой понял, что тот всего лишь дразнится.

— Ладно-ладно, не хнычь, пойдём оба.

— Ты козёл, — сообщил ему Влад, выбираясь из машины. — И как мы будем их искать?

— Думаю, мы, как и Тадеуш, пойдём к тем сопкам, — Альберт посерьёзнел. — А они сами нас найдут.

Так и сделали. Сумки брать не стали, бросили машину посреди поля и зашагали, путаясь в высокой густой траве.

— Ха, здесь тропинка, — заметил Альберт. — Явно это место не такое необитаемое, каким кажется.

И действительно узкая едва заметная вытоптанная полоса вилась среди густой травы, уводя куда-то вдаль. Альберт первым зашагал по ней, Влад поспешил следом. Тропа была настолько узкой, что идти можно было лишь цепочкой.

Внезапно Альберт остановился, да так резко, что Влад врезался ему в спину. Выражение лица брата он видеть, разумеется, не мог, но почувствовал, как напряглись его лопатки. Влад занервничал.

— Что случилось?

— Нас уже нашли, — негромко ответил Альберт.

И едва он это сказал, как вокруг них выросли три тени. Влад вздрогнул: так неожиданно и бесшумно они появились.

Все трое были вампирами и казались похожими друг на друга, как близнецы. Их длинные тёмные волосы тяжёлыми локонами падали на плечи, как у средневековых графов. Белые батистовые рубашки с кружевными воротниками и манжетами тоже навевали мысль о Средневековье. Так странно и дико рядом с ними смотрелись обычные кожаные штаны. Лица всех трёх вампиров светились в темноте неестественной белизной, и на этой белизне отчётливо выделялись ярко-красные, как у Альберта, губы.

Но больше всего Влада поразил их возраст. Едва вампиры приблизились к нему, как вдоль позвоночника побежали мурашки, а шерсть на затылке встала дыбом. Да им же по четыреста лет! Получается, они старше и его, и Альберта. Не так, чтоб уж намного, конечно, но в последнее время Влад отвык встречать вампиров старше себя.

— Кто вы такие? — голос незнакомца напоминал ледяной ветер. Такой же завывающий.

— Я Альберт Чёрная Крыса, а это — Влад Волк, — Альберт небрежно мотнул подбородком в его сторону. Влад был благодарен, что тот не представил его, как младшего брата. — А вы, полагаю, из клана Рыжего Паука? Разве вас не учили правильно встречать гостей?

Зря он так с ними разговаривает. Альберт, конечно, сильный, но и эти вампиры тоже не слабаки. Влада колбасило от одного их присутствия.

Но троица нисколько не рассердилась на дерзкий тон. Тот самый, который первым вступил в разговор, приспустил воротник рубашки, обнажая предплечье:

— Я Доминик Рыжий Паук.

Влад уставился на его плечо. Он привык, что клановые метки чёрные, но на белоснежной коже Доминика полыхал самый настоящий огненно-рыжий паук.

— Я Августин Рыжий Паук.

— А я Фома Рыжий Паук.

Оставшиеся вампиры тоже показали свои метки. Альберт и Влад сделали то же самое. Когда процедура была завершена, Доминик поправил воротник и спросил:

— Что привело вас сюда?

— Мне нужно увидеть Бенедикта, — отчётливо сказал Альберт. По рядам Пауков прокатился ропот изумления.

— Боюсь, это невозможно, — спокойно ответил Доминик. Но Альберт ничуть не стушевался.

— Я Альберт Чёрная Крыса, — повторил он. — И мне нужно увидеть Бенедикта Рыжего Паука. Ты ведь понимаешь, что я не стал бы тащиться в эту глушь из-за пустяка? Так что лучше проведи меня к нему.

— Я слышал о тебе, Альберт, — Доминик заколебался. — Я могу отвести тебя и твоего спутника в наше убежище, но не ручаюсь, что Бенедикт вас примет. Ты ведь знаешь, что он давно удалился от мира.

— Примет. А если заупрямится, скажи ему, что дело касается Игоря Кобры.

Среди вампиров вновь послышался ропот. Это имя явно вызывало у них смешанное чувство. Доминик выглядел встревоженным.

— Следуйте за мной, — велел он.

Вампиры окружили их плотным кольцом. Доминик зашагал впереди, Альберт — за ним, следом Влад, а Августин и Фома шли позади всех, словно отрезая им дорогу к бегству. Владу это очень и очень не понравилось.

— Не нервничай, — шепнул Альберт, словно почувствовал его тревогу. — Это всего лишь шестёрки.

Не нервничать? Наоборот, Влад забеспокоился ещё сильнее. Если это — шестёрки, то каков же главарь?!

Процессия достигла одной из сопок. Здесь Доминик нырнул в какую-то расщелину, и, последовав за ним, Влад оказался в просторной пещере. Определить настоящие размеры он не смог: даже для его вампирских глаз здесь было темновато.

Доминик провёл рукой по каменной стене пещеры и легонько надавил на выступ. В тот же миг что-то заскрежетало, и часть стены медленно отъехала в сторону, открыв широкий проход. Проход был таким же тёмным, как и пещера, но где-то вдалеке Влад уловил отблески факелов.

Они шли долго. Временами в каменных стенах слева и справа встречались ответвления, уводившие куда-то в недра сопки. Но Доминик не сворачивал и всё так же вёл своих гостей по коридору, освещённому пламенем факелов.

Каменный коридор закончился полукруглым тупиком. Доминик нежно провёл рукой по стене, словно котёнка погладил, и часть снова отъехала в сторону.

— Прошу, — на этот раз он пропустил Влада и Альберта вперёд. Августин и Фома остались снаружи.

Братья оказались в клетушке с низким потолком, с которого свисала зеленоватая лампа, и резными креслами. Доминик жестом указал им на кресла, веля подождать, и скрылся за массивной дубовой дверью в стене. Влад и Альберт остались одни.