Расшифрованный Сталин - Евгений Резонтов

4. Ягода = Ежов?! Уже упоминавшийся мной уважаемый Кирилл Борисович Назаренко допускает небольшую, но принципиальную ошибку, утверждая, что «для того чтобы прекратить волну репрессий, потребовалось уничтожить двух руководителей службы государственной безопасности: Ягоду и затем Ежова…» [30]

Очевидно, что Ягода был «уничтожен» не для того, чтобы «прекратить волну репрессий», а наоборот, для начала эффективной «большой уборки», которую он, будучи связанным с антисоветским подпольем, всячески саботировал, ведя свою политическую игру.

Что касается Ежова, то и здесь не все так просто. По моему мнению, Николай Иванович – одна из самых демонизированных и трагических фигур в нашей истории.

Судите сами: несмотря ни на что, этому человеку, под чьим непосредственным руководством были разгромлены «пятая колонна» и военный заговор, мы обязаны своей жизнью и жизнью нашей Родины. Ведь Великая Победа над фашизмом – это во многом результат и его работы! И в тех реально чрезвычайных условиях он достойно справился с возложенными на него обязанностями. Пойманная с поличным «пятая колонна» путем клеветы и оговоров часто САМА пыталась выдать в качестве «сообщников» и подвести под арест как можно больше невинных людей, чтобы таким способом показать абсурдность проводимой «большой уборки» (эти факты описаны многими, даже либероидными, авторами!). Некоторые, подчас и психически нестабильные люди путем доносов, «под шумок», старались обстряпать свои личные и карьерные дела. Безусловно, были «перегибы на местах», вплоть до откровенного садизма некоторых сотрудников НКВД. В таких условиях разобраться в этой «каше», сдержать процесс практически в «хирургических» рамках (не спешите возмущаться, масштаб репрессий разберем чуть ниже!) – надо признать, что Николаю Ивановичу Ежову это удалось. Справился ли кто-нибудь со сложнейшей задачей «большой уборки» лучше? Возможно. Но в реальной истории я не нахожу ни подтверждения, ни опровержения этому тезису.

За что же сам Ежов оказался в конце концов в расстрельном подвале, если со своими обязанностями на посту руководителя НКВД он справлялся практически оптимально в тех тяжелейших условиях? На этот вопрос сам Николай Иванович ответил в своем последнем слове на судебном процессе: «Я почистил 14 000 чекистов, но огромная моя вина заключается в том, что я мало их почистил». [42] Простоватый (незаконченное «низшее» образование) Николай Иванович не прошел испытания «медными трубами»: опьяненный широчайшими полномочиями и возможностями, под влиянием своего окружения в той его части, которая досталась ему «в наследство» от Ягоды, он начал, как и его предшественник, вести «свою игру», оказался вовлеченным в политические авантюры, за что и поплатился головой, так как в то грозное время было не до сантиментов.

5. Масштаб «большой уборки»

Теперь о масштабе «большой уборки». Один из самых авторитетных исследователей этого вопроса В.Н. Земсков сообщает: «По документально подтвержденным данным, в 1937 – 1938 годах по политическим мотивам было осуждено 1 344 923 человека, из них 681 692 приговорено к высшей мере» [43] (данные по освобожденным в 1939 – 1940 годах разнятся – от 223 800 по Хлобустову [44] до 837 000 по Барсенкову – Вдовину [21]).

При тогдашнем населении СССР в 170 000 000 [45] – это 0,8 и 0,4% соответственно (вспомните, сколько людей сегодня голосуют на выборах за партии «оранжевого» спектра, руководство которых практически открыто работает на западные спецслужбы, и еще раз убедитесь в «хирургичности» проведенной в 1937 – 1938 годах операции!).

А теперь представьте себе обыкновенный в мегаполисе 300-квартирный дом, в котором проживают 1000 человек. За ДВА ГОДА из него «воронок» забирает ВОСЕМЬ человек. Да никто и не заметит, что идут какие-то «репрессии»!

Как не замечали этого в своей обыденной жизни советские люди и тогда. Про «тотальный ужас» и «гнетущую атмосферу» конца 30-х им рассказали уже в годы перестройки «Дети Арбата». Да, из «элитных» кварталов в места «не столь отдаленные» отправилось в относительных цифрах гораздо больше. Ну, так и сегодня, при строгом следовании даже УК РФ (не говоря уже об УК РСФСР образца 1926 года) из «рублевок» и домов элит-класса должны поехать «отдавать долги Родине» через одного, а то и 2 из 3…

Вот и воют, бедолажные, каждый год от ужаса по «быковням» и «бутовским полигонам»…

6. Последствия «большой уборки» для РККА и ее влияние на обороноспособность СССР.

В среде историков до сих пор нет консенсуса относительно масштабов репрессий в РККА, вызванных разгромом военного заговора 1937 года, реальность которого сегодня не ставят под сомнение даже некоторые либероидные исследователи.

Наиболее полную картину армейской чистки дает документ, подписанный начальником Управления по командному и начальствующему составу РККА Е.А. Щаденко [46].

Справка о количестве уволенного командно-начальствующего и политического состава за 1935 – 1939 гг. (без ВВС)

В 1935 г. уволено 6198 чел., или 4,9%. Из них политсостава – 987 чел.

В 1936 г. уволено 5677 чел., или 4,2%. Из них политсостава – 759 чел.

В 1937 г. уволено 18 658 чел., или 13,1%. Из них политсостава – 2194 чел.

Из общего числа уволенных:

В 1938 г. уволено 16 362 чел., или 9,2%. Из них политсостава – 3282 чел.

Из общего числа уволенных:

В 1939 г. уволено 1878 чел., или 0,7% к списочной численности. Из них политсостава – 477 чел.

Из общего числа уволенных:

Таким образом:

1. В 1937 г. по политическим мотивам (арестованные, исключенные из ВКП(б) за связь с заговорщиками) составляют – 15 578 чел., или 85% к общему числу уволенных в 1937 г.

2. В 1938 г. по тем же мотивам – 8612 чел., или 52% к общему числу уволенных в 1938 г., т.е. почти в два раза меньше против 1937 г.

Если сравнить общее количество уволенных за два года 1936 – 1937 гг., составляющее 24 335 чел., с количеством уволенных за 1938 – 1939 гг. – 18 240 чел., то получается, что за первые два года (1936 – 1937 гг.) уволено 8,6% к списочной численности, за 1938 – 1939 гг. – 3,9% к списочной численности.

В общем числе уволенных как за 1936 – 1937 гг., так и за 1938 – 1939 гг. было большое количество арестовано и уволено несправедливо. Поэтому много поступало жалоб в Наркомат обороны, в ЦК ВКП(б) и на имя т. Сталина. Мною в августе 1938 г. была создана специальная комиссия для разбора жалоб уволенных командиров, которая тщательно проверяла материалы уволенных путем личного вызова их, выезда на места работников Управления, запросов парторганизаций, отдельных коммунистов и командиров, знающих уволенных, через органы НКВД и т.д.