Пять лет на острове Врангеля - Ареф Минеев

Ушедшее без лапы животное не погибает, хотя, конечно, его подвижность и приспособляемость становится меньше. Печальный опыт их ничему не учит, и, трехногие, они опять попадают в ловушку. Иногда попадались в капканы трехлапые песцы, имевшие на культе застарелые рубцы.

Большею частью промышленник находит животное на месте в живом или замерзшем состоянии.

Изредка песец в капкане становится добычей ворон или чаще самих же песцов. В свободном состоянии «каннибализма» среди песцов нам наблюдать не случалось.

Обычно, когда промышленник останавливается в нескольких десятках метров от приманки, песец затаивается, и, только подойдя непосредственно к приманке, можно увидеть песца. Когда к нему подойдешь совсем близко, песец начинает метаться из стороны в сторону, бросается на человека, шипит как кошка, фыркает. Если охотник не будет достаточно осторожен, то он может испытать на себе остроту песцовых зубов.

Чтобы не портить шкуру, песца душат, наступая ему ногой на грудь. Задушив песца, промышленник обязательно свяжет ему все ноги и уже тогда кладет на нарту. Без этой предосторожности случалось, что не совсем задавленные песцы, отдышавшись, удирали с нарты.

Значение песца для промышленников острова Врангеля в настоящее время громадно. Мы не ошибемся, если скажем, что 80 % всех товарных доходов туземных промысловых хозяйств дает промысел песца.

Велики ли запасы белого песца на острове Врангеля? Есть ли опасность исчезновения его?

За пять лет, проведенных на острове, нами было добыто в общей сложности 1800 песцов, в среднем по 360 песцов в год. Можно было бы добыть значительно больше, если бы было больше промыслового населения. Десять (а позже еще меньше) промысловых хозяйств большего количества добыть, или, как говорят на севере, упромыслить не могли.

Сопоставляя результаты промысла песцов за 8 лет, видно, что годовая добыча неодинакова. Были годы, когда промышлялось до 500 песцов, а были годы, когда промышлялось меньше сотни.

Эти цифры, отмечая сезонные колебания, в то же время говорят, что запасы песца не уменьшаются и что об исчезновении песца не может быть и речи.

Выезжая на остров Врангеля, я получил задание от правления АКО — выяснить вопрос о возможности культурного звероводства открытым способом по типу песцового хозяйства на Командорских островах.

Нам была дана одна ловушка-кормушка для постановки опытов подкорма и убоя песца. Ловушку-кормушку мы не поставили, потому что использовали материал для постройки жилья.

Но позже я пришел к заключению, что культурное звероводство открытым способом на острове Врангеля встретит много трудностей. Прежде всего остров Врангеля, несмотря на то, что он географически является островом в полном смысле этого слова (ни одному здравомыслящему человеку не придет в голову это оспаривать!) — тем не менее… не всегда является островом.

Остров Врангеля, как известно, отделен от материка широким проливом Лонга, имеющим в самой узкой части 90 миль. Если летом пролив Лонга недоступен для зверя, то зимой картина меняется. Ежегодно, с ноября по май включительно, пролив Лонга покрывается мощным покровом полярного льда. Этот полярный мост для человека почти совсем недоступен для передвижения, так как гряды непроходимых торосов покрывают всю площадь пролива. Частые передвижки льда и интенсивное торосообразование, наблюдавшиеся ежегодно в проливе, делают его еще менее доступным человеку.

За всю историю знакомства с островом Врангеля был всего только один случай, когда человек преодолел пространство ледяных нагромождений. Я имею в виду капитана Бартлета — командира барка[22] «Карлук», который в 1914 году, потерпев крушение близ берегов острова Врангеля, прошел пешком через пролив, чтобы организовать помощь команде, оставшейся на острове. После того была сделана еще одна попытка зимой 1922—23 года, но трое отважных людей во главе с А. Крауфордом, пытавшимся повторить опыт капитана Бартлета, погибли во льдах пролива Лонга. Но если этот мост непроходим для человека, то песец преодолевает его, видимо, превосходно. Миграция песцов с острова Врангеля на материк и обратно не позволяет твердо ставить дело открытого звероводства.

Что песцы мигрируют на материк и обратно, доказывается следующими фактами.

На протяжении пяти лет мы имели два случая поимки голубых песцов. За время нахождения на острове группы Ушакова был выловлен один голубой песец. Голубой песец на острове Врангеля совершенно не наблюдался, и таким образом эти три случая говорят о приходе голубого песца с материка.

Зимой 1931 года в расположение фактории пришла красная лиса. Лису задавили собаки, и ее нашел утром эскимос Нанаун. Красных лисиц на острове Врангеля за все восемь лет, кроме этого случая, обнаружено не было. Больше того, никаких признаков, говорящих о наличии на острове этого зверя, за все время не обнаружено.

Если красная лиса и голубой песец, которым несвойственно нахождение во льдах у острова Врангеля, тем не менее попали на остров, то почему этот путь не может проделать песец, которому более свойственно бродяжничество во льдах?

Наконец, обилие белого медведя на острове. Белые медведи, преимущественно самки, с осени выходят в большом количестве со льдов на остров для залегания в берлогах. Несмотря на то, что в это время медведи обладают чрезвычайно большой жировой прослойкой, они все же, бродя по острову, если находят что-либо съедобное, жадно поедают найденное. Были случаи, когда медведи нападали на склады мяса, расположенные в непосредственной близости от жилья.

Если на острове расположить ловушки-кормушки, — постройки почти воздушного типа с легкой металлической сеткой, за которой должно находиться мясо для подкорма песца, — то они будут прекрасной приманкой для медведей. Выйдя на остров в поисках места для залегания и наткнувшись или по запаху обнаружив наличие мяса, зверь, несомненно, будет пытаться добыть его и разрушит кормушку-ловушку. В лучшем случае она будет медведем приведена в такое состояние, что отвечать своему назначению не сможет. Построить же такую ловушку-кормушку, которая могла бы противостоять разрушительным усилиям медведя, мы не могли: у нас не было ни материалов, ни опыта.

Поэтому я пришел к заключению, что та форма звероводства, которая распространена на Командорских островах, на острове Врангеля если и может быть проведена, то во всяком случае не при помощи легких ловушек-кормушек.

Я думал осуществить подкорм песца при помощи свободного раскладывания мяса по побережью. Когда я сообщил о своих соображениях туземцам, то они все в один голос возражали, утверждая, что если хотя бы в небольшом количестве пунктов вдалеке от жилья будет свободно разложено мясо, то приманки совершенно не будут посещаться песцом и капканы будут пустовать. Такая свободная подкормка песца свела бы на нет весь промысел. Я поэтому отказался от мысли подкармливать песцов таким способом. Других методов подкорма я не нашел, и подкорм песца так и не производился.