Отель «Снежная кошка» - Трофимова Ирина

Он слегка поклонился и исчез за дверью кухни.

Катя осталась сидеть за столиком, задумчиво накалывая на тонкую серебряную вилочку фрукты. Странно, но клубника на вкус сильно напоминала ананас, у винограда был явный запах персиков.

Она вышла из ресторана, поднялась наверх по левой лестнице, долго стояла у перил и смотрела вниз на кипарисы и рыб в бассейне, потом разглядывала светильники и двери соседних номеров и наконец подошла к лифту. Перед ней оказалась старомодная кабина с решетками, которая поднималась вверх с шумом и грохотом. Когда она остановилась, Катя толкнула дверь и оказалась в оранжерее.

Она прошла по дорожке, засыпанной золотистым песком, и села на скамейке под огромной магнолией. Кругом были огромные диковинные растения, порхали бабочки размером с блюдце, а магнолия была вся в невероятных розовых цветах. «Что же со мной такое? — вертелось в голове у Кати. — Почему меня обделили? Ведь все же сейчас… даже трудно представить, где они. А чем я им тут не угодила?»

Этот вопрос она задавала себе часто. Ей всегда казалось, что она может работать еще лучше, зарабатывать больше и выглядеть моложе. Даже когда все проходило идеально, будь то на работе или на свидании, она начинала копаться в себе и выяснять, что можно было сделать еще сногсшибательней, чтобы сразить всех окончательно. Она боролась с этими комплексами отличницы, но они все равно побеждали. Она старалась измениться, но жизнь от этого не менялась. Уже давно она встала на прочные рельсы и катилась по ним. Уверенно и монотонно. Все надежды на вспышки ее собственного счастья безнадежно погибали под ее же колесами. Иногда Кате казалось, что она попала в плен сама к себе. Плен был, видимо, одиночный, и других заложников в нем не предвиделось. Она знала все о теоретическом счастье, но совершенно не могла понять, как заставить его в реальной жизни не исчезнуть на следующий день.

Она случайно посмотрела на огромный папоротник и вдруг увидела на нем странный засохший цветок. Удивляться она не стала. «Вот, пожалуйста, — подумала она. — Даже если чудеса где-то и происходят, то все равно без меня. Все давно происходит без меня». Она резко встала и пошла назад к лифту.

В холле по-прежнему не было ни души, только довольный портье за стойкой перебирал какие-то бумаги и напевал себе под нос. Катя сразу направилась к нему.

— Вы были правы, я действительно хотела спросить, — сразу сказала она.

— Прекрасно, — расплылся в улыбке портье. — Мне нравится любопытство. Я люблю любопытных людей. О чем вы хотели узнать? Где мы взяли такую чудесную смотрительницу? Или когда снова распустятся папоротники? Смею вас огорчить. С исполнением желаний у них не всегда получается. Сиять сияют, а вот как что-нибудь выполнить… Иногда попадаем с ними впросак. Но, с другой стороны, им уже по триста лет, чего ждать от такого старья…

— Я ничего не понимаю, — сказала Катя.

— Возможно, вам это и не нужно, моя дорогая. Женщин, знаете, украшает некоторая непонятливость.

— Да нет же! Я не хочу больше ваших секретов. Я не понимаю, почему со мной здесь ничего не происходит?

— А что должно было произойти?

— Вы сами все прекрасно знаете. То, зачем все сюда и едут. Я должна была проснуться в чужой жизни!!!

— Да, — кивнул Франс Валта и внимательно посмотрел на нее.

Синие глаза, слишком яркие для старика, как будто пронзили ее насквозь. И тут она все поняла.

— Я должна была проснуться в чужой жизни, — медленно повторила она. — Я в ней и проснулась… Моя жизнь — для меня чужая?

Портье помолчал, отложил в сторону бумаги и сказал:

— Пойдемте, присядем вон за тот столик у бассейна. А Юки-но пока сделает нам кофе.

Они говорили очень долго и подолгу молчали. Катя смотрела на рыб, Франс Валта курил тонкую сигару.

— Я давно поняла, что что-то не так. Я только не знала, что со мной. Словно я смотрела на свою жизнь со стороны, как в кино. Смотришь и не понимаешь, как ты здесь очутился и чего ты так долго ждешь. А что со мной на самом деле? Я заблудилась? Или потерялась?

— Если потерялись, вас рано или поздно найдут. А если заблудились, то тут уж придется выбираться самой… Я шучу, моя милая. Дело не в том, как это называть. Возможно, когда-то вы слишком быстро побежали за будущим и сбежали от всего, что должны были сделать. И это сделали за вас другие. Вы никогда не ловили себя на мысли, что кто-то чужой оказался на вашем месте? А вы — на месте этих чужих?

— Нет… Я такого не замечала. Правда, я часто думаю, что везде опоздала. Все уже разобрано, роздано, расхватано. Все успели, а я — нет.

— Ну что вы, моя дорогая. В этом мире все раздается и расхватывается исключительно так, как и должно быть, каким бы странным это ни показалось. Несправедливо здесь распределяются только две вещи — дети и деньги, но и на это иногда бывают причины. Так что мы обо всем заботимся сами. А вы просто повздорили со временем. Или запутались в нем. В будущем, в прошлом…

— Я не запуталась. Я очень любила свое прошлое. Но тогда мне скорее хотелось будущего, я так красиво представляла себе, что со мной будет. Я и сейчас представляю.

— То же самое?

— Что то же самое?

— То же, что и тогда? У вас остались прежние мечты? Десять лет назад. Что тогда было? Вы мечтали о том же, что и сейчас?

Катя немного подумала и сказала:

— Наверное, да…

— Нельзя жить старым будущим, дорогая моя. Это ловушка! Помечтали, и хватит. Придумайте себе что-то новое. Будущее надо уметь отпускать, как и прошлое…

— Я люблю свое прошлое, — тихо сказала Катя. — Очень… Я хотела его вернуть. Так жалко, что это невозможно сделать, правда? Жалко, что его уже не поймать.

— Не надо его ловить, — выдохнул Франс Валта вместе с ароматным дымом. — Прежде чем пускаться в погоню за кем-то или за чем-то, хорошенько спросите себя, тот ли это вор, которого стоит ловить? Время не любит путаницы. Прошлое должно оставаться там, где ему положено, а будущее должно быть новым.

Они замолчали. В бассейне плескались карпы. Юки-но поставила на стол поднос с чашками и бесшумно исчезла.

— Но разве плохо любить свои мечты? — спросила Катя. — Мне кажется, отпустить мечту — почти невозможно. Как и вернуться в прошлое.

— Кто вам такое сказал? Разве будущее и прошлое двигаются не в одном направлении? Можно спрятаться и переждать. Они просто двигаются с разной скоростью. Это время, моя дорогая. Это время. Это его правила. Надо уметь понимать его. Оно — сейчас. Им надо наслаждаться и доверять ему. Оно только сейчас! Запомните это! Мы не умеем отпускать ни прошлого, ни будущего. Не хватайтесь за них, опустите руки — отдайте себя настоящему. Делайте то, что должны делать сейчас. Это самое прекрасное время — сейчас! Вы можете его чувствовать, дышать им, пробовать его на вкус. Вы еще можете изменить его, как вам захочется! Отдайте ему себя, и оно одолжит вам будущего, и, возможно, достанет с чердака немного прошлого. Хотя, подумайте, зачем вам законсервированное время? Настоящее — сейчас.

Он помолчал, загадочно улыбаясь, потом встал и слегка поклонился:

— Мне надо работать. А вы посидите, почувствуйте время.

— Спасибо вам, — сказала Катя. — А могу я вам чем-то помочь?

— Так и быть. Я разрешу вам помочь мне разобрать почту. Пойдемте.

Он достал из-за стойки корзину разноцветных конвертов и объяснил:

— Иногда гости забывают у нас свою почту. Или кто-то непременно хочет написать им письмо именно в тот момент, когда они у нас. А некоторые просто забывают у нас письма, чтобы от них отделаться. Тогда мы находим им новых хозяев. Письмо, которое никак не может найти адресата, — весьма печальный случай. Приходится им помогать.

— Нужно разложить их по апартаментам?

— Вы никак не запомните, моя милая. Главное — не где, а когда. Главное — это время. Мы сортируем их по времени года, когда они пришли. Вот сюда мы с вами сложим зимние длинные письма. Смотрите, какие толстые конверты. И пахнут они долгими холодными вечерами. Вот здесь у нас лежат весенние записки. Сюда — летние посланьица, тоже не ошибетесь, — они чаще всего в разноцветных конвертах. А вот сюда кладите осенние. Их-то вы распознаете.