Воплощение снов (СИ) - Федотова Надежда Григорьевна

«Этак я ведь до собственной свадьбы не доживу. Или невесте кольцо на палец не смогу надеть — свои, вон, уже все под перо скрючились…» Принц с тоской возвел очи горе, жадно опустошил кубок с водой и, откинувшись на спинку кресла, позвал:

— Натан!

В соседних покоях тяжело и протяжно вздохнули. Рауль едва успел спрятать улыбку — в приотворенную дверь знакомо просунулась голова графа Бервика. Голова была порядком всклокоченная.

— Жив? — сочувственно спросил Рауль.

— Не уверен, ваше высочество, — честно отозвался Бервик, входя в кабинет. Вид у его сиятельства был помятый, руки по локоть в чернилах, а за каждым ухом, посрамляя самых старательных дворцовых архивариусов, торчало по гусиному перу. — Но выбирать не приходится.

В дверь снова просительно заскреблись. Граф ощутимо вздрогнул, а его высочество с превеликим трудом подавил желание спрятаться под стол. «Опять от казначея? — едва ли не с ужасом подумал он. — Или, не приведи боги, еще что похуже?» В последнее, учитывая обстоятельства, было трудно поверить, но измученный Рауль не удивился бы уже ничему — по той простой причине, что и на удивление-то сил не осталось. А ведь это еще только начало…

Поймав взгляд Бервика, принц собрал волю в кулак, мысленно сосчитал до пяти и выпрямился.

— Войдите, — позвал он, натянув на лицо свою всегдашнюю улыбку. Дверь приоткрылась, однако вестник оказался не от казначея, и вестник добрый — на пороге, вытянувшись во фрунт, возник адъютант его высочества. Рауль Норт-Ларрмайн, чуть расслабившись, вопросительно приподнял бровь.

— Два часа пополудни, ваше высочество! — не замедлился с объяснениями адъютант. — Магистр щита нижайше просил напомнить…

Ах, вон оно что. «Действительно, совсем из головы вылетело», — подумал принц. И, улыбнувшись уже без всякого принуждения, несколько деревянно поднялся.

— Спасибо, Честер, — сказал он. А потом добавил, обернувшись к графу:- Одна молитва хорошо, а две лучше! Боги нас услышали, Натан, пойдем, разомнемся.

Граф не заставил себя уговаривать. Вынув платок и кое-как отерши с рук чернила, его сиятельство шагнул вперед, всем своим видом выражая полнейшую готовность следовать за другом и повелителем куда угодно — только бы подальше отсюда. Рауль весело фыркнул.

— Перья, Натан, перья… — проговорил он, взглядом указав Бервику на непорядок в прическе. Тот поспешно скользнул пальцами за уши. И уже покидая кабинет следом за принцем, уточнил:

— Боевой корпус, ваше высочество?

— Он самый. Наш неугомонный магистр обещал порадовать каким-то очередным изобретением во имя безопасности моей драгоценной особы.

Бервик неразборчиво хмыкнул. На изобретения магистр щита в последние месяцы не скупился: не проходило и двух недель без очередного новшества, и, к чести графа Рексфорда, как минимум треть из них свое появление на свет вполне оправдывала. Озабоченный единственно важной миссией — не допустить угрозы жизни и здоровью престолонаследника, Айрон Рексфорд, не жалея ни себя, ни своих мастеров, дневал и ночевал в подвалах боевого корпуса. А порой и соседнего, алхимического — благо, герцог эль Хаарт беспокойство соратника разделял в полной мере.

— Любопытно, что на этот раз? — вполголоса обронил Рауль. Последний эксперимент деятельного магистра был не слишком удачен и испытания в условиях, приближенных к боевым, увы, не выдержал. Граф Бервик, вспомнив засыпанный обломками тренировочный зал, огромный обугленный пролом в стене и развороченную лабораторию по ту сторону, громко фыркнул. Чудом никого всерьез не задело, маги успели выставить щиты вокруг его высочества и его сиятельства, а вот самого магистра, что в момент взрыва находился ближе всех к эпицентру, пришлось потом битый час высвобождать из-под завала, ориентируясь только на долетающие снизу цветистые проклятия. Впрочем, Рексфорду было не впервой.

— Думаю, нынче малой кровью обойдется, ваше высочество, — все еще посмеиваясь, сказал Бервик. — Конечно, от фонтанирующего идеями магистра всего можно ожидать, но, насколько мне известно, в митвиллском ущелье ничего опаснее камней отродясь не бывало…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Принц, чуть повернув голову, удовлетворенно сощурился:

— Значит, нашли?..

— Похоже на то, ваше высочество. А судя по нетерпению его сиятельства, в количестве более чем достаточном.

— Хорошо бы, — задумчиво обронил Рауль. И ускоряя шаг, добавил:- Глядишь, милостью богов, Натан, и тебе от щедрот магистра что-нибудь перепадет!

Граф улыбнулся, про себя усомнившись в столь смелом предположении. Ущелье Митвилл, темный каменный мешок за перевалом Шейтан, на дары было скупо; пыль и камни, камни и пыль — даже рудные жилы и те порченые. Однако охранялось оно едва ли не лучше королевского дворца: странной прихотью богов митвиллское ущелье было единственным местом на всем континенте, где добывали небесное железо. Впрочем, как сказать — «добывали»?.. Собирали и вывозили под многочисленным конвоем, так будет вернее.

— Уходящий год все-таки порадовал напоследок, — вполголоса заметил наследный принц. — Уже третий звездный дождь — и как по заказу!

— Магистр, верно, выше головы прыгал от счастья, — ухмыльнулся Бервик. — Жаль, не все можно использовать. Так-то не только нам с вами, но еще и гвардейцам хватило бы.

Рауль согласно кивнул. Вкраплений драгоценного металла, именуемого небесным железом, в каждом падающем в ущелье осколке было всего ничего — когда пара застывших капель, когда горсть, и даже в самые «урожайные» годы редко случалось набрать его больше двух-трех фунтов. К тому же, процесс извлечения этого дара богов из глыб застывшей породы, мало общего имевшей с земным камнем, был тяжел и весьма затратен, а сам металл поддавался плавке и ковке с величайшим трудом. Однако все многочисленные усилия того стоили: из небесного железа, легкого, как пух, крепкого, как череп дракона-бомбардира и на удивление упругого, получалась лучшая броня из всех, что когда-либо существовали. Пробить ее было невозможно, даже просто оставить царапину — и то следовало постараться. Небесное железо было неподвластно ржавчине и самым едким кислотам, а при входящем ударе пружинило, расходясь кругами как поверхность воды — только в отличие от последней не пропуская сквозь себя смертоносный снаряд, а отталкивая его и одновременно смягчая удар, даже при самой небольшой толщине. Обладатель легкой кольчуги из небесного металла, которую и самый зоркий глаз не разглядел бы под камзолом, до того тонкой и невесомой она была, мог с чистой совестью считать себя практически неуязвимым.

Одно плохо — всесильное время, что при должном уходе и хранении щадило обычный стальной доспех, к чудесной броне было беспощадно. То ли воздух земной столь пагубно действовал на небесное железо, то ли кузнецы каждый раз упускали из виду что-то важное, то ли сказывались последствия плавки, но увы — больше двух десятилетий такие кольчуги не жили. Сначала они начинали терять гибкость, потом прочность, а после и вовсе потихоньку рассыпались в прах, как бы ни старались люди продлить их век. Лучшие алхимики Геона бились над загадкой такой недолговечности многие годы, но самое большее, чего они смогли достичь — отсрочить неминуемое на месяц-другой. И если вспомнить, в сколь мизерном количестве драгоценный металл доставался страждущим, радость нынешнего магистра щита можно было понять. Единственная пара последних кольчуг из небесного железа, изготовленная в правление деда Рауля, его величества Когдэлла Четвертого, несмотря на все меры предосторожности обратилась в пыль еще несколько лет назад…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

«Любопытно, сколько же все-таки они сумели собрать на этот раз? — думал его высочество, вслед за адъютантом покидая дворец. — Ну, положим, на мою кольчугу уже точно хватит. Скорее всего, о государыне дальновидный магистр тоже не забыл. А достанется ли что-нибудь Амбер?» Он едва заметно нахмурился. Безопасность невесты тревожила Рауля не в последнюю очередь. Да, конечно, будущая королева Геона боец и плоть от плоти такого же бойца, но все-таки… Лучше предусмотреть всё. И подготовиться соответственно.