Бастард рода Неллеров. Книга 6 - Серг Усов

помню. Зато вспомнил твой рассказ, как ты к ней по стене донжона на третий этаж вскарабкивался. Было такое?

— Ну, было. Только ты к чему это?

— О, а вон и дядюшка Курт. Сейчас с ним переговорим, и я тебе всё объясню.

Думаю, больше нет смысла скрывать от друга свои шпионские игры с прослушкой, сегодня он делом доказал верность мне и нашей дружбе, а вот воспользоваться его навыками лазить по стенам смысл как раз есть. Не нужно было ему хвастаться тогда у Лос-Аратора своей ловкостью, хотел на Агнию, мою сестрёнку, впечатление произвести, не пришлось бы ему наступающей ночью изображать из себя альпиниста.

Милорд Курт Неллерский пришёл в неописуемую ярость, выслушав мой краткий рассказ и осмотрев боевой порез на кафтане. Одёжку, кстати, придётся выкинуть, признанный герцогский бастард не станет носить подшитое или перелицованное, а ведь за костюм восемь драхм вывалили, безумие какое-то, столько за тряпки платить. Целая семья горожан могла бы полгода прилично питаться за такие деньги.

— Я сейчас же переговорю с министром двора и начальником сыска, — кипятился прелат. — Кардинал тоже узнает прямо сегодня! Обнаглели совсем эти Роверские. Завтра же потребуем встречи с королём!

— Дядя, послушай, — останавливаю. — Не делай поспешных выводов. Наши соседи могут оказаться вовсе не при чём. Это вполне в духе виргийцев, а может ещё кто-нибудь. Поэтому, не будем портить праздник. Главное, мне требуется срочно покинуть дворец, не буду же я с такой прорехой на груди позориться?

Несмотря на всеобщие веселье, опьянение, активное общение гостей бала на темы любви, политики, военных подвигов и прочее, известие о происшествии, вижу, уже начало распространяться среди людей, затмив даже тяжёлое ранение графа Нирмейского на состоявшейся перед салютом дуэли. Пока в меня клещами не вцепились со своими вопросами все подряд, от членов неллерского клана до принцессы или самой королевы-матери, пора быстрее убираться, хоть тушкой, хоть чучелом, но лучше конечно по добру, по здорову.

Этих мне только не хватало. Из проходившей толпы ко мне выскочили виконт Готлинский и баронет Вирн, засыпав сходу вопросами. Как бы от них отделаться? Да легче лёгкого! Поставил обоим задачу походить среди гостей, поспрашивать, послушать, вдруг что-нибудь дельное узнают.

На обратном пути следования к воротам дворца, если идти прежней дорогой, пришлось бы оказаться рядом с Хельгой, долгие объяснения и разговор с которой в мои планы не входит, поэтому тяну Карла в обход королевской резиденции, ускорив шаг чуть ли не до бега.

Ригера нашёл неподалёку от выхода. Он о чём-то разговаривал с тремя нашими вояками. Они дежурят у ворот по очереди, то бывший опекун, то лейтенант сыска, то сержант Эрик с группами бойцов. Остальным здесь топтаться было ни к чему, и они, сменяясь, тоже праздновали — на площади и в трактирах. Заведения у дворцовой площади дорогие будто сахар, но моим парням по карману. Повезло им с господином. Подойдя к Ригеру со спины, присмотрелся к нашим ребятам, напились, нет? Нет, молодцы, меру знают.

— К шакалам карету, некогда ждать. — отмахиваюсь. — Дай нам с милордом коней, где они?

— Пока на конюшне «Золота Кранца». — пробормотал дядюшка, очумело уставившись на разрез в моём одеянии. — Что это, Степ? То есть, ваше преподобие. Откуда?

— Потом объясню. — улыбаюсь. — И лошадей тогда ну их, к шакалу, пешком дойдём. Пошли кого-нибудь за Эриком, он мне через часа полтора понадобится.

— Милорд, нас мало! — чуть ли не возопил бывший опекун. — Подождите немного совсем, я вон тех парней наших позову, они рядом, видите?

Ни черта не вижу, вернее, вижу полным полно народа, запрудившего площадь, где с выставленных простонародью столов уже всё съели и выпили, но ни сами столы, ни глиняную посуду с них не убрали. Люди, понятно, не расходятся, распивая вина, распевая песни, танцуя и развлекаясь представлениями уличных артистов и музыкантов. Кто там среди толпы мои вояки при мелькании факелов не разобрать. Но с лейтенантом соглашаюсь, последние события показали, что не так всё просто в этой жизни. Полученному уроку сейчас рад. Да, потому что всё обошлось без особого ущерба, если не считать потери восьми драхм. Ничего, ещё заработаю.

Вскоре к нам присоединяются четверо наших гвардейцев, среди которых Иван Чайка — слава Создателю, хоть на этот раз без ран и синяков — после чего уже внушительным отрядом мы пробиваемся к своей гостинице.

Мои апартаменты необычно пусты и тихи. Ну, да, я же отпустил и девчонок, и секретаря на праздник. Вот такой я добрый господин. Впрочем, они мне сейчас и не нужны.

В своей комнате, пока в стопе фолиантов разыскиваю нужный, объясняю Карлу его задачу. Не обязательно поставить прослушку на тот же чердак, пусть выберет другое место, лишь бы с него была прямая видимость окон королевской опочивальни, и мой друг мог к нему в темноте незаметно подобраться. Сегодня поставит, завтра снимет, потом опять поставит, а затем снова снимет. Мне теперь не нужно самому заниматься обслуживанием магического шпионского оборудования. Изготовить изготовлю, а дальше пусть милорд Монский с ним работает. По дороге сюда я ему всё объяснил.

— Дай чернильницу. — говорю, найдя нужную книгу и взяв листок бумаги. — Я тебе сейчас схему нарисую, где нужные окна.

— Не надо, я знаю. — отказался тот. — Мне показали сегодня. Пойду на конюшню, возьму там бечеву и подходящий крюк.

— Как объяснишь, зачем?

— Разве я должен кому-то что-то объяснять? — усмехнулся Карл.

И в самом деле. Рабы даже не спросят ни о чём, к тому же там наши кони стоят. Ладно, где мой алмазик? Вот он, мой алмазик. А тут плетение прослушки. Приступим с богом, с Создателем.

Приятель обернулся гораздо быстрее, чем я закончил свою магическую работу, и стараясь мне не мешать молча смотрел за плетениями. Жаль, он не может таких делать, всего-то двух оттенков у него в источнике не хватает. И пусть, на то мы и одна команда. Зато он в обычном не магическом бою сильнее, пока сильнее.

— Вот и готово. — говорю, вытирая со лба пот, не такая уж и простая работа создавать сложные амулеты. — Бери. А вон смола. Да, один не ходи, на площадях и улицах сейчас, сам видел, какие безобразия творятся. Троих-четверых прихвати с собой, только ничего им не объясняй.

— Разумеется. — дёрнул он подбородком. — Там Эрик пришёл. В моей комнате сидит.