Пламя внутри - Артемис Мантикор

— Арк? — осторожно спросила Сайна.

— Кажется, будет весело, — улыбнулся Мерлин. — Когда у него такое выражение лица…

Я обернулся на вход в локацию эфириалов, закрыл ворота и призвал убежище. Внутри на пороге меня уже ждал Сильван, с недовольным видом охраняя тележки с землёй.

— Надеюсь, ты собираешься это мне возместить. А то я, знаешь ли, привык уже. Подумывал посадить табак для кальяна…

— Ещё посадишь, — успокоил я его и обернулся к остальным. — Грузите землю с тележки по центру локи.

— Будешь растить дерево? — понял Мерлин.

— Ага, небольшое промышленное садоводство, — хмыкул я, на руках стягивая с тележки тело одного из пленных архонов.

— Лучше бы всё же отдал слот Альмы мне, — не удержалась Синица.

— Альма бы с тобой не согласилась, — хохотнул я.

— Альма бы улучшила себе плащ, — огрызнулась механистка.

— Плащ это круто, но жизнь он ей не спасёт, в отличии от этого парня, — таинственно улыбнулся я, но рыжей от моего оскала стало только ещё больше не по себе.

— Не улыбайся так, — мрачно сказала она. — После модификации это выглядит ппц как жутко.

— А почему промышленное? — встрял алхимик. Из всей группы мои эксперименты ему запали в душу больше всех… да что там, только он их и оценил.

— О, скоро увидишь, — вопреки просьбе Сайны, я ещё шире растянулся в зловещем оскале.

Долгий поход по десятому этажу многое нам принёс. К примеру, два с виду безобидных растения, которые сильно помогут нам забраться наверх.

Но сперва — самое главное. Тело изменённого в плюсовом модуле дендроморфа. Сейчас от прежнего раба Стены мало что осталось — это была двуногая версия дерева-гиганта, некогда подаренного мне умирающей растительностью в тайном логове Первуха. Два таких уже растут под городом, и они отлично себя показали.

Я заложил дендроморфа по центру локации, а рядом укоренил три раффлезии. Цветок-паразит любит ютиться на корнях других растений, а в моём случае это будет даже полноценный симбиоз.

— И что дальше? — не выдержала Нэсса, глядя на то, как я остановился в задумчивости перед ростком.

— Ребят, никто случаем, не находил где-то в локациях поп-корн?

— Не томи уже! — возмутилась Сайна.

— Тогда приказ первый. Постарайтесь максимально укрепить это место всеми ловушками, что придумаете. Только без огня — это тебя касается, Мерлин.

— Да как же без огня-то? — расстроенно спросил он. — Кислоту хотя бы можно?

Я задумался.

— Не, лучше не стоит. Наверное, на этот раз это будет не твой бой. А вот твои турели, Сайна, нам очень пригодятся, можешь ставить сразу все.

— Окей, и ионитов пригоню…

— Нет, их тоже не нужно, — я чуть помрачнел. — Не хочу, чтобы срикошетило по моему лесу. Да и вообще, используйте то, что не жалко потом будет бросить. Если всё пойдёт по плану, то нам и это будет не нужно. Просто перестраховка.

Что касается меня самого, то я просто заранее заложил свойства альтернативного питания и гибридом приживил хищные лозы, которые заменят дереву-дендроморфу щупальца. Разве что высажу-ка я по периметру ещё немного темновника… того, что поглощает свет вокруг себя. Пусть для гостей будет сюрприз. Это была вторая часть моей ловушки, хотя по-сути она тоже была перестраховкой.

— Теперь приказ второй. Всем надеть респираторы и встать в центре. Мерлин, готовь купол.

— Если ты планируешь под ним отбиваться от монстров, напомню, что запас маны у меня ограничен, — напомнил алхимик.

— Не волнуйся, — отмахнулся я. — Это нужно для другого. А от врагов, по идее, нас защитит дерево.

— По идее? То есть ты не уверен⁈ — не удержалась рыжая.

Сильван уже притащил ко входу тележку с защитной экипировкой и моим посохом. Очень скоро находиться без респираторов здесь будет невозможно.

— Маловато земельки для сильного дерева, — хмыкнул я, и обернулся на Сильвана, стоящего на самом краю убежища, держа мой легендарный посох. Пересечь границу убежища бывший парадокс не мог.

Каюсь, была мысль скрестить посох с майром, но когда я увидел время ожидания на эпик, подумал, что ну его нафиг. Тем более, что посох оказался подарком очень уж специфическим. Не хотелось бы, чтобы моё оружие превратилось в какой-то сложный артефакт для особого случая, чем для меня стал посох.

— Смотри, Арк, будешь мне сильно должен, — сказал эльф-индус, беря в руки посох и направляя на мои едва показавшиеся из грубой насыпи заросли.

Активировав селекцию к раффлезиям, я по максимуму вытянул силу незабываемого аромата трупного зловония, которое так привлекало падальщиков к цветку-паразиту.

Мелькнула яркая вспышка, и Сильван развеялся желтоватым облачком, оставив после себя только мой посох. Поделенный ровно по центру череп ингена уставился пустыми глазницами в пол, а троица раффлезий ударилась в бурный рост.

Цветы становились всё больше и шире. На рыжеватых лепестках появились белые пятна, появился провал в центре, со множеством острых тычинок. А главное — появился запах. Направленная мощная магия полностью истощила сердце убежища. В ближайший час способность будет недоступна, а его сердце на время погасло. Легендарный посох за пару секунд перевёл все запасы маны убежища в одно заклинание, охватившее три безобидных цветка.

По хабу со множеством дверей пронёсся скрежет, вой и цокот множества лап. Побеги растений приоткрывали двери, запуская внутрь неописуемый аромат во все локации вокруг нас.

На миг мелькнула мысль — а не переборщил ли я, вливая в рост раффлезий все силы убежища за один каст?

Да не, глупость какая-то.

— УИИИИИСЧШЩЪ!!!!!!!

Ответ пришёл в виде выбитой нахрен самой большой двери в локе с огромной мордой переросшего жука-навозника.

Следом слетели с петель и другие двери поблизости. Все звуки заглушило жужжание сотен крыльев, и из зависшей в куполообразном потолке двери вылетела карманная армия комаров-переростков.

В потоке разбитого камня, разлетевшегося на добрую половину локации, появились мутантные твари двух метров, напоминавшие смесь обезьяны с кузнечиком и здоровенными саблями вместо рук.

Справа сразу три двери проломились внутрь, и в зал хлынули тараканы. Громадные, мать его, прусаки, размером с собаку. Мелочь на фоне навозника, но тварей было настолько много, что сперва я вообще принял их за стелющиеся облака хищной тьмы.

Затем сверху посыпались крылатые змеи. Присоединились к пиршеству неописуемые уроды из локаций хаоса — смесь щупалец с муталисками, покрытые глазами и лишними ртами по всему телу.

С некоторым запозданием на знакомые запахи явились местные некроморфы. Босс локации, напоминающий огромное слияние с четвёртого, увеличенное раз эдак в десять. Настоящий гигант! Завидев навозника, он сходу бросился на него, вот только в момент, когда зубы изуродованной пасти впились в чёрный хитин, сверху на головы обоим приземлился великан.

Пол в локации задрожал. Пришедшая с восьмого тварь вполне могла составить конкуренцию монстрам с девятого. Восьмиметровый полуголый мужик, напоминающий неандертальца с дубиной, которая сама была как три немаленьких дуба.

Стена приятно радовала разнообразием. Ближайшие локации были сплошь инсектоидными, но были тут и некротические твари, и животные-падальщики, какая-то стрёмная хрень, которую я определил как вид кристаллидов, но очень сомневаюсь, что это действительно так. Большой очаг порождений хаоса был чуть дальше, но твари уже подбирались на великое пиршество. Не пришли лишь те, кто не мог чувствовать запахи или был равнодушен к мясу.

И как это водится в Стене, союзников у тварей среди тварей было не так уж много. Потому вся эта смертоносная масса чудовищ принялась жадно жрать друг дружку.

Работает!

Безобидный пустынный хаб за пару мгновений превратился в филиал ада, от которого даже у опытных воинов стыла кровь в жилах. Крики, вой, боль и ужас, предсмертная агония монстров — всё слилось в единую какофонию, которая ещё долго будет приходить нам во снах.

План не просто работал. Похоже, я сильно недооценил свои силы, потому как ТАКОГО я точно не ожидал. И при виде всего этого я не мог сдержать безумный смех, от осознания своего могущества и от того, чем всё происходящее очень скоро обернётся в итоге.

Потому что победитель в этой невообразимой бойне будет только один.

Твари лезли на тварей. Отстающие чудовища рвались в бой. Монстры рвали монстров, а на холодный каменный пол один за другим падали тела мёртвых чудовищ. Брызги и потёки от крови превращались в небольшие речушки,