Одна судьба на двоих-3. Часть первая. - Casperdog

Антон лихорадочно вспомнал к кому можно подобрать подобные свойства и… в голову ничего не приходило, разве что один вид разумных, с которым столкнулся несколько лет назад на берегу Ладоги. И назвать ту встречу приятной было нельзя.

- Да, Антон, – в голосе незнакомца звучала некоторая ирония. – Именно там, ты правильно вспомнил, только вид не тот. Мы - Креиды, таково самоназвание. Те самые, кому люди присвоили название Трапкол, к тому же непонятно почему отнеся к враждебным видам. И обидно от этого и странно, мы ведь никогда первыми не нападали на людей, каждый раз лишь защищая своих детей и территорию, на которой находились.

- Но может та территория, на которой Вы находились, - усмехнулся парень, - была именно что НАШЕЙ до Вашего появления? Как и в моём случае.

- Странно подобное слышать, но зерно истины присутствует. Об этом следует подумать.

- Подумайте. Очень хорошо подумайте, потому что все стычки, которые происходили между людьми и трапколами, уж позвольте Вас называть по НАШЕМУ определению, происходили на территории, которая находится на ЭТОЙ планете. К Вам же, насколько знаю, в средине прошлого века была отправлена экспедиция, которая искала лишь знаний, пыталась найти с Вашим народом общий язык, но, к сожалению, исчезла без следа.

- Я плохо знаю историю, прошёл обучение в качестве… переговорщика, поэтому иные сферы изучал поверхностно. Могу согласиться, что это недостаток, но у нас всё определено с рождения – кто и чем будет заниматься в дальнейшем.

- Жёсткая иерархия? Что ж… Ответьте, собеседник. Вы наверняка знаете, что я в целях самозащиты на своей земле, отмечу, убил одного из Ваших. И Вы сейчас даже не станете предъявлять ко мне претензий?

- Нет. Смерть вождя видел один из наших. Он вернулся и рассказал вождям народа, что ты, Защитник, был вправе защищаться, к тебе претензий нет. А с вождя сняли ранг, потому что он не сумел победить даже более слабого соперника в честном бою. Подобного простить нельзя, даже после смерти. И всё же, может присядем где-нибудь?

- Как понимаю, то, что Ваш вождь напал на меня первым, к тому же будучи не на своей земле, не подлежало осуждению? И как Вы сказали, в честном поединке? Он что, вызывал меня? Нет. Набросился без всяких объяснений. Странно, не находите? Это вроде противоречит всему, что сказали пару минут назад.

- Я не был на том суде, информацией не владею.

- Хороший и удобный ответ – не был, не знаю, но мы, по сути, исключительно хорошие и пушистые. Ладно, давайте искать, может где скамейку увидим, а нет, на каком-нибудь спуске к воде присядем на ступеньку.

Через несколько минут поисков нашли старую полуразбитую скамейку. Антон остался стоять, а его собеседник, с виду мужчина лет сорока с землистым цветом лица, с выдохом облегчения и радости сел. Несколько минут молчал и только после отдыха, продолжил говорить.

- Если, Антон, ты не в курсе, наша раса всегда выполняла роль заслона перед твоей землёй. Мы с незапамятных времён что и умели делать хорошо, то воевать. Вот и воевали, стремясь стать умнее и сильнее. Но, как знаешь, всему приходит конец и после последнего прорыва наши руководители поняли, что не справляемся в полной мере, поэтому было принято решение уменьшить колличество проходов. Ты сам, наверное, и те люди, которых зовут Защитниками, обратили внимание, что прорывов к Вам стало во много раз меньше?

- Да. Это факт. Хотя почему так случилось, не знает никто.

- Теперь знаешь. Мы оставили около десятка транспортных коридоров с нашей планеты, причём все выходы, кроме одного, находятся в глухих лесах вашей… Сибири. Тем самым больше люди не пострадают. Но нас, к сожалению, осталось очень мало, приблизительно миллионная часть того, что была ещё два года назад, ведь перекрывая даже один коридор, посылаем на верную смерть миллионы соотечествеников. Но гибель во имя процветания народа никого не страшит – все знают, что души погибших когда-нибудь, но вернутся в мир, правда, находясь уже в других телах.

- У вашего народа есть религия? – Антон был обескуражен.

В ответ послышался тихий дребезжащий смех.

- Религия есть у всех, Защитник. Знаешь почему? Мы хотя и другие, прекрасно понимаем, что над всеми разумными есть ТОТ, кто создал всё вокруг нас. Только называется он у каждого народа и вида мыслящих на свой лад. У нас он называется … - Послышалась долгая трель свистящих звуков, прерывающихся треском и щелчками. – А, ну да, ты же не понимаешь, прости. На твоём родном языке это будет звучать приблизительно так – «Тот, кто ведёт каждого от рождения до гибели, возвышая в нём дух осознания общего и раскрывающий понимание своего места в мире Креидов». Мы всегда верили в то, что наша раса - высшая, но, как оказалось, это было горьким заблуждением. Несколько лет назад Верховные пересмотрели понимание мира и нашего положения в нём, приняв как неизбежное – мы лишь капля в безграничном море разумных, ничем среди них особо и не выделяющиеся.

- Я, конечно, рад встрече с Вами, уважаемый, но хочется, кроме обсуждения философских взглядов на мир, узнать – зачем Вы искали со мной встречи? Не думаю, что ради столь длительного повествования об истории становления Вашего мира. Простите, может прозвучало грубо, обидеть не хотел. Вам требуется какая-то помощь? Так я лично особо помочь не могу. Как у нас говорят, рылом, то есть лицом, не вышел. Я лишь врач, самый обычный врач, не более.

Снова раздался странный смех. И вновь наступила пауза.

- Антон. Мне нравится, как ты обозначаешь себя в обществе себе подобных. Скромно, очень скромно, что поднимает твою значимость. Поверь – ни мне, ни моему народу, ни от тебя лично, ни от твоей страны или земли ничего не надо. Ни оружия, ни медицинской помощи или предоставления каких-либо земель. Что бы пояснить то, что тебе сказал чуть ранее – те места в лесах нам нужны только как перевалочная база, что бы передохнуть перед очередным переходом. Если, конечно, случится неизбежное и нам придётся перекрыть вообще все проходы между планетами и будем вынуждены покинуть свой мир окончательно. Не волнуйся – на твоей земле не останемся. Есть на примете планета, которая совсем пуста. Там нет ничего, кроме деревьев и воды. Мыслящие