Рулевой. Книга 2. Испытание водой - Август Туманов

class="p1">Я добрался до дома ближе к полуночи. Улица была на удивление пустая: ни машин, ни собак, ни случайных прохожих. Только лампы фонарей висят как жёлтые пятна, растворённые во влажной темноте.

В квартире всё было как я оставил: тетрадь деда открыта на краю стола, шкатулка с непонятными знаками — под ней. Я прошёл, не включая свет. Только тусклое дыхание настольной лампы у кровати отгоняло мрак. Скинул куртку, обувь, штаны. Упал на кровать. Голова коснулась подушки — и мир выключился.

Мне снился сон. Не помню ни образов, ни слов. Только послевкусие. Как будто кто-то говорил со мной, показывал что-то. И это было важно. Но как с радио — ты повернул ручку громкости влево, и осталась только тишина.

Я открыл глаза. Комната была серой и тяжёлой. Тени лежали ровно. На подоконнике — чайная ложка, забытая вчера. От неё — блик на стене, в форме стрелы.

Телефон. Я потянулся, включил экран. 11:36. Один пропущенный вызов. Я перезвонил. Гудок. Второй. Пауза. Тишина. Звонок сбросили.

— Настя, — сказал я, почти шёпотом. — Что за игры?

Я провёл ладонью по лицу. Кожа была такой тёплой, как будто внутри меня кто-то топил печь.

Поднялся. Прошёл в ванную. В зеркале был я. Но будто слегка не совпадающий. Лицо не изменилось, но глаза какие-то потухшие. Шелест, наверное, хмыкнул бы: «Вот и смотри на него, если не боишься». Умылся. Холодная вода обжигала. Ладони дрожали. Вода стекала по подбородку, и казалось, что её больше, чем я налил.

На кухне — привычный ритуал. Турка. Два ложки кофе. Немного воды. Отличный горький запах, который бодрит ещё до первого глотка. Вскипело. Убрал с огня. Пена осела. Налил. Сел у окна, сделал первый утренний глоток. Горько. Горячо. Именно то, что нужно.

Я снова набрал её номер. Гудки шли один за другим. Прервал вызов. Когда уже начал тянуться за курткой, телефон завибрировал в ладони. На дисплее высветилось «Настя».

— Привет, — сказал я.

Секунда тишины. Потом — её голос, немного взволнованный:

— Прости, что не ответила сразу. Мне нужно было кое в чём разобраться. Ты не занят?

Я вздохнул. Почувствовал, как под лопаткой отпускает какое-то напряжение, которое даже не осознавал.

— Теперь точно нет. Что случилось?

— Давай лучше расскажу при встрече. Ты сейчас где?

— Собрался выезжать, покататься. Но могу заехать к тебе. Или встретимся в кофейне?

— Давай лучше у меня дома.

— Скоро буду.

Я одним глотком допил кофе. Вышел в прихожую. Когда одевался, в зеркале на мгновение показалось, что за моим плечом — не моё отражение. Но когда повернулся, всё было нормально. Только я. И, может быть, ещё кто-то — внутри.

Квартира Насти была в старом доме с толстыми стенами, с подъездом, пахнущими теплом и кошками. Она открыла мне в лёгком спортивном костюме. Волосы её были собраны в небольшой хвостик. Глаза показались мне настороженными. Как будто она не спала сегодня.

— Заходи. — Голос её был севшим.

Я вошёл. Она молча пошла на кухню. Там на плите стоял уже заваренный чайник, на столе — две большие кружки. Настя налила мне, потом себе. Достала какое-то печенье.

— Что произошло? — спросил я без долгих прелюдий.

Она поднесла кружку к губам, сделала глоток. Опустила глаза. Немного помолчала. А потом:

— Сегодня рано утром, примерно в пять. Я почему-то спала очень тревожно. Проснулась от того, что телефон мигнул — пришло сообщение.

— От кого?

— От Даши.

Я замер. Сердце будто сделало лишний удар.

— Что пишет?

Настя встала, взяла свой телефон с подоконника, открыла переписку. Показала экран. На фоне была обычная аватарка: тень от солнца и рука с поднятым пальцем. Ни имени, ни подписи — просто «Даша».

Сообщение было коротким: «Не ищи. Уже поздно. Он открыл дверь.»

Я почувствовал, как в животе стало холодно.

— Ты уверена, что это её номер?

— Сто процентов. Я писала на него сто раз за последние пару суток. Всё время был вне зоны или с ошибкой доставки. А тут, вот что пришло.

— Ответила?

— Конечно. Сразу. «Где ты?», «Что с тобой?»,«Скажи что-нибудь.»

— Ответ был?

Настя кивнула и протянула мне телефон. Следующее сообщение пришло через минуту: «Я уже не я. А ты не бойся.» Я прочёл его трижды. Слова вроде бы обычные. Но у меня появилось стойкое ощущение, что это писала не она.

— Шелест, — мысленно позвал я.

— Вижу. Чувствую. Текст мёртвый, а за ним чьё-то зловонное дыхание. Это не послание. Это касание.

Я вернул телефон Насте. Она взглянула на меня вопросительно. Я качнул головой:

— Вряд ли это писала сама Даша. Но похоже, тот, кто отправил, точно знал, что ты её ищешь. И знает, как пугать.

Настя чуть отодвинулась от стола, обхватила себя за локти.

— Я примерно так это и поняла, Стас. И знаешь что? Я смотрела на экран, а внутри всё похолодело. Как будто это не я тут читаю, а на меня кто-то смотрит из-за строк. Вот так. Слово — а под ним глаз.

Я встал. Подошёл. Осторожно положил руку ей на плечо.

— Очень хорошо, что ты это сказала. Это важно. Возможно, это станет важной ниточкой.

— Больше, чем ниточка, парнишка, — отозвался Шелест. — Это приглашение. Или проверка. Тебя. Или её.

— Боишься? — спросил я, глядя в лицо Насте.

— Конечно. Но я больше боюсь не разобраться во всём этом.

Я кивнул. Мысленно.

Шелест — молчал. Но я чувствовал, как он напрягается. Или концентрируется где-то у меня внутри. Настя поднялась. Глаза у неё были влажные, но не заплаканные.

— Если я исчезну — не ищи меня, ладно? Просто знай: я сама сделала выбор. Помни об этом.

Я мягко взял её за обе руки.

— Не исчезай.

Она чуть улыбнулась.

— Тогда не отпускай.

Она посмотрела на меня, и в её взгляде я увидел не страх, а что-то большее — просьбу быть рядом.

Когда я вышел из квартиры Насти, воздух был густым, как варёное молоко. Солнце пробивалось между крышами и облаками тускло, будто и оно сегодня не решалось заглядывать слишком глубоко. Я спустился по лестнице, шаги отдавались в гулком подъезде. Дошёл до машины, открыл дверь, сел за руль. Пальцы автоматически потянулись к телефону — сунуть в держатель,