Улыбка Цезаря (СИ) - Босин Владимир Георгиевич "VladimirB"

Уже после восьми вечера мы вывалились на улицу. Начал падать первый снежок, ноябрь месяц. Когда я привёз девчонок к дому, Таня притянула меня и прошептала:

– Вить, я сегодня дома, надо с Машей позаниматься, ладно?

– А завтра можно встретиться, я на три дня выходной взяла.

На завтра мы отправились опять за покупками. Я взял себе бельё, подходящее для моих прогулок. Степаныча тоже не забыл.

Когда проходили через отдел верхней одежды вспомнил Машкино неказистое пальтецо.

– Тань, подожди, давай зайдём.

В результате уговорил взять малой обновку. А когда увидел, как Таня старательно избегает рядов с женской одеждой, то подошёл к девушке консультанту.

– Девушка, пожалуйста, помогите подобрать на ту женщину хорошую шубку или пальто. Только это будет сюрприз, подберите её размер и дайте мне несколько вариантов. Пока Таня отсутствовала, я выбрал короткую светлую шубку и длинную куртку с меховым воротником.

– Девушка, спасибо и заверните по-быстрому.

Ну да, понравились обе вещи. Деньги есть, почему не побаловать девчонок. Живут-то явно не богато.

Закинув вещи в машину, поехали домой. Нам не терпелось остаться наедине. После чувственного наслаждения мы лежали на новых простынях. Таня положила голову мне на плечи, посмотрев мне в глаза, она тихо сказала:

– Мне так хорошо с тобой, давно так не было. С мужем развелись после рождения Машки, нашёл себе другую. С тех пор так и живём втроём. Хорошо, мама помогает. Водит внучку в школу и на кружок танцев. Я часто беру подработку, заменяю девчонок в регистратуре.

Слушая женщину, я гладил её ладошку. Я понимаю тебя, хорошая моя. Ты же ждёшь от меня развития отношений. А как их развивать в моих условиях. Это я сам с собой разговариваю.

– Танюш, ну пока у меня такой график работ. Часто видеться не получится.

Увидя как она понимающе кивнула, я вспомнил:

– Мать, а у меня же подарки для тебя. Ну-ка неси из прихожей два пакета.

Когда она раскрыла оба свёртка, сначала улыбнулась, потом тучка набежала на лицо:

– Вить, ты так покупаешь меня что-ли? Так у нас всё есть, зачем.

– Ша, женщина. Это тебе от всей души, деньги есть, почему не порадовать свою женщину.

И я расцеловал подругу, заставляя опять улыбаться.

– Танюш, померь, а. А то вдруг не понравится, тогда надо ехать менять.

Таня накинула на себя шубку, – классно тебе идёт.

Ещё бы не пошла, на голую фигурку ведь одела.

Нет, надо срочно в постель и я вместе с шубой понёс подругу в спальню.

Ну вот это страсть, благодарная женщина показало всё, на что способна.

На ночь она осталась у меня, отвёз ей домой после обеда и сразу выехал назад.

В посёлке мне осталось только забрать зеркала, но в принципе до мая время вагон. Так что неделю я занимался забросом вещей на ту сторону.

Переход туда, полтора дня там и назад. Когда оставил пистолеты на той стороне, вздохнул свободно. Всё время было ощущение, что подойдут добры молодцы и предложат показать сумку.

С собой неизменно я носил только травмат в скрытой кобуре. Разрешение мне Олег выправил. Теперь, мы со Степанычем начали тренироваться в стрельбе из пистолетов. Спалили пачку патронов, наловчились чистить пистолеты. Мы договорились постоянно носить короткоствол на себе, даже в туалет. Зато карабины я убрал в промасленной тряпке в мешок у входа.

К наступлению холодов дом был полностью готов. Утеплён, печка обогревала просто классно. Она нагревала всю кирпичную стенку с тепловодом. Под домом Степаныч выстроил целое укрепление для собак и будущей живности. Он зашил досками до земли пространство под полом. На землю насыпал гальки с песком, потом древесных опилок, остатки термоизолирующих матов и сверху наконец строганную доску. Что бы собакам не было жёстко, он накосил сена и набросал на пол. Вырезал также окно и зашил его сеткой рабицей с крупной ячейкой. Собаки были довольны новым жилищем, они могли спокойно выходить и возвращаться. Изнеженный Цезарь поселился в предбаннике, туда же планировалось переводить остальных собак при особо низких температурах.

Прикольно было помогать Степанычу оборудовать нашу ванную комнату. Она расположена в сенях, в углу дома. Снизу выкопана глубокая яма для отходов. А внутри гордо стоял простой унитаз с бачком наверху. Вода поступала из обрезанной пластиковой ёмкости на крыше. В сухую погоду и зимой ручками наполняли большой бак. Оттуда же вода поступала в рукомойник.

А прикол состоял в том, что напарник положил в этом месте керамику. На стене до уровня 1.5 метра и на пол. Прям Версаль.

Недалеко от дома срубили из брёвен по старинной технологии, так Степаныч захотел, приличного размера баньку. На печку каменку натаскали камней, металлический профиль пошёл на рамку для неё. Мы подобрали плоской формы гальку, на обшивку изнутри Степаныч пустил ольху и липу. Клялся, что так раньше строили. Не уверен, но парится нам понравилась

У нас выпал конкретный снег, сантиметров десять. Температура градусов семь ниже ноля, и мы с собаками бесились, радовались зиме. Дом полностью готов к жизни в этом климате. Сзади высоченная стена нарубленных дров. Степаныч очищал лес в сторону леса, увеличивая наш будущий огород. Со стороны реки мы не вырубали кустарник и деревья, что бы не было видно дом. По вечерам после ужина мы обязательно садились в наши новые кресла и беседовали за жизнь.

Эти кресла я выпросил у мужика, который хотел их выкинуть. Огромный, глубокие мастодонты из плотной ткани, вся проблема которых была в устаревшей форме и вылинявшем покрытии. Каких трудов мне стоило их допереть сюда. Зато сейчас мы с комфортом прихлёбывали чай, кофе как-то оба не любили, и посматривали на потрескивающие в печке дрова.

– Я вот, что думаю, Степаныч. Надо нам лодку менять, эта мала. Если у меня будет ещё два человека, плюс собаки, плюс груз. Надо поболее.

– Надо, ну тут я не помощник тебе.

– А я съезжу в Киров ближе к весне, пошукаю там.

Говорили мы и о будущем, Степаныч настаивал о переводе всей своей живности сюда.

– Степаныч, да помёрзнут твои куры, вместе с козой. Морозы то какие будут. Сороковник запросто.

– Витёк, да ничего им не будет, у нас тоже к сороковнику бывает.

– Для кур я насест сделал, а коза с собаками на сене. У меня она так всю зиму, бывает даже откроешь зимой дверь в сарай, а оттуда аж парок вырывается. Главное хорошо утеплили, сена я заготовил, на одну козу хватит.

Так на следующую неделю назначили операцию «Ноев ковчег»

Оставили собак одних, сами перешли на ту сторону. Вечером, после баньки, решили немного расслабиться. Наварили пельменей и под это дело их приговорили. С утра я забрал у местного Самоделкина свои зеркала. Получилось отлично. Рамки были сделаны из бронзы, похожей по цвету на золото. Большое зеркало с изнанки было украшено видом Мекки и минаретом, украшено арабской вязью. Мастер уверил, что это основные суры из Корана. Цветные стёклышки, вставленные мастером, придавали законченность художественного произведения. Зелёные, озаряли минарет. Красные и жёлтые, поменьше, удивительно украшали изображение.

Маленькое было с изображением какого-то бородача, мусульманской символикой и теми же сурами.

На остальных зеркалах нейтральная тематика на тему флоры и фауны.

Ничуть не жалея, выложил 20 000 рублей.

Потом мы подготавливали кур к переезду. Степаныч сколотил клетку, куда войдут его несушки во главе с несуном. Весила клетка немного, но неудобная в перемещении. На следующий день вернулись.

Радости собак не было предела. Оставили их одних мы впервые, и, хотя я и объяснял им – охранять дом и что вернусь, но обещать не значить жениться. Недоумение только вызвало у них размещение на их законной территории куриного семейства. Норд выяснял отношения с петухом. Получив по носу, видимо выяснил, потому что в последствии не трогал их. Я даже застал забавную картинку, куры послетали со своих жёрдочек и прохаживались между собак, деловито выискивая среди них зёрнышки.