Мой жаркий Марокканский роман (СИ) - Волкова Ольга

Раскрыв глаза, я видела во взгляде Амира свое отражение. И, боже, оно потрясло меня, ведь он видел, что мои стены рушатся, и я начинаю постепенно привязываться к нему. Проникнув пальцем в меня, мужчина захватил в плен мои губы, и стал истязать. Я стонала ему в рот, сотрясаясь от вспышки оргазма, которым он все-таки наградил меня. Обняв его за шею, прижималась и старалась уловить общий ритм наших дыханий. Но мне хотелось большего.

— Амир, — прошептав ему в плечо, отпрянула и посмотрела пристально в глаза. — Если я все-таки скажу тебе, что я хочу тебя прямо сейчас, ты поверишь мне?

— Да, — согласно закивал, но в глазах его плясали чертята. — Но сейчас мы должны быть там. — Мой незнакомец разорвал наши объятия, вынув руку из моих трусиков. Он облизнул свой палец и от удовольствия зарычал, снова пристально уставившись на меня, пока смущенно краснела и приходила в себя. — Я буду ждать тебя, как только ты приведешь себя в порядок. И, Полин, не упрямься, голову покрой платком. Батыр слишком традиционен. Это не Тахир, который скрепя зубами, но не скажет тебе ни слова.

Вот так мое настроение вновь было уничтожено. Если Амир пытался таким образом меня разгневать, то у него это получилось на ура. Схватив с кровати покрывало, я обернулась в него, будто была пристыжена.

— Не надо навязывать мне ваши условности, Амир. Не забывайся, что я не марокканка, а гражданка российской федерации, — гордо приподняв голову, я все же высказалась. Король Марокко молча принял правду, затем развернулся и направился на выход из спальни. Но у двери все же остановился:

— Скоро все будет иначе, — грубо и властно заявил о своих намерениях. С этими словами, он захлопнул двери за собой...

Глава 21

Амир Хан

Я не ожидал, что Батыр явится так скоро, да еще приведет с собой Алику. Девушка, укутанная в шелковые ткани, не спускала с меня своих глаз. Даже сейчас, когда я вновь вернулся в главную залу, и присел на свое место, она наблюдала за мной. Тахир постарался на славу, организовал целый праздник в честь наших гостей. Танцовщицы исполняли свои заученные до дыр танцы, а музыка сопровождала каждое их движение. В воздухе витал запах запаренного бахура, окружая нас ароматом жасмина. Мои слуги устроили все таким образом, что гостям было комфортно, как дома. Алика неторопливо присела рядом со своим отцом – вся такая скромная, хотя сколько о ней было написано в бульварных газетенках за границей. Батыр зря прикрывает свою единственную дочь традиционностью, он отказывался в упор принимать обратные факты, а Алика этим только пользовалась. Слепая любовь отца не знала границ, хотя кто его знает, может все именно так, как и должно быть.

Оставив Полину в своей комнате, я велел служанкам помочь ей одеться, а затем проводить сюда. Если честно, то мне было волнительно, как отреагируют мои гости, ведь по девушке сразу видно, что она не из наших. Но больше всего, я переживал из-за взрывного характера Полины. Моя Богиня – бунтарка, усмехнулся про себя. И тем не менее, я чувствовал, что Полина нужна мне сейчас. Девушка мой щит, ведь не зря Тахир устроил целую сцену, когда я направился в свои покои. Я до сих пор ощущал вкус Стасиной на своих губах, и прикрываясь кальянной трубкой, я облизнул их, наслаждаясь ее страстью, которой она вознаградила меня перед моим уходом. Томно выдохнув клуб серого дыма, я мысленно представлял тот день, когда овладею не только телом Полины, но и сердцем.

— Амир Хан, — скрипучий грубый голос Батыра вырвал меня из раздумий, и даже музыка вновь ворвалась в мое сознание, напоминая мне, что сейчас не время думать о мечтах. Склонив голову, старик вновь сел ровнее и взял в руку пиалу с чаем. Отпив из нее, Батыр удивленно взметнул брови вверх, затем улыбнулся. — Очень вкусный напиток, господин. Хвала вашим слугам. — Снова покланялся, и я ответил тем же. Алика же даже не моргнула глазом, шокированная такой почестью в адрес слуг от своего отца. И этот факт меня уже насторожил, ведь прежде ходили слухи, как их семья относилась к своим подчиненным. Значит, Батыр решил играть не честно, показывая себя, словно он из самых лучших побуждений явился раньше срока.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Мои подданные будут рады похвале от почетных гостей, Батыр. Так что вас привело? Мы ведь договаривались о встрече лишь через неделю, — нахмурившись, я пристально посмотрел в глаза уставшего старика. Сделав ему замечание, которое, кажется, никоем образом не задело его. Пропустив мимо ушей мои слова, Батыр вынул из своей сумки несколько бумаг и передал мне в руки.

— Здесь прописаны пункты для брачного договора, которых требует семья невесты, мой господин, — со всей серьезностью, Батыр приступил к дипломатии.

Тахир был рядом со мной, и потому я отдал безмолвный приказ принять бумаги и мигом ознакомиться с ними. Конечно, подобное поведение оскорбило советника, но в силу своих возможностей он предпочел промолчать, искоса поглядывая на свою дочь. Я видел, что между ними шел безмолвный диалог, который был понятен только им двоим. И как по заказу, Алика, вдруг заговорила со мной, меняя выражение лица за доли секунды.

— Амир Хан, это честь для меня стать вашей супругой. Но позвольте спросить, — невинным голосом обратилась ко мне, строя свои обведенные черным карандашом глаза. И не дожидаясь моего согласия, девушка продолжила свой монолог, намеренно выпячивая свою немаленькую грудь вперед. Со стороны казалось, будто Алика напряжена до предела, словно накалившаяся струна. — В случае женитьбы, рассматриваете ли вы проживание ближе к городской инфраструктуре?

Обалдевший ее нахальным вопросом, я, кажется, потерялся в ответе. Но благо, что я оставался совершенно спокойным, когда как Батыр и Тахир замерли, испугавшись моего гневного ответа. Но раз уж Алика жаждет правды, значит, она ее получит.

— Нет, — безапелляционно заявил, устремив на нее свой сердитый взгляд. Алика воинственно приняла поражение, сжав в тонкую полосу свои красные губы.

— Хм, как знаете, господин, — ехидно буркнула себе под нос, и все свое внимание перевела на танцовщиц, словно они были куда интереснее, чем то, что решалась ее судьба.

— Алика, прекрати, — сквозь улыбку и стиснутые зубы отдёрнул Батыр свою дочь, нервно заморгав и искоса поглядывая на меня.

— Батыр, на данный момент я хотел бы отложить помолвку…, — Батыр резко повернул голову в мою сторону и опешил. Не найдя подходящего слова, старик стушевался. Пользуясь моментом, я продолжил: — На неопределенный срок.

И как по заказу в главную залу врывается взбешенная Стасина. Без платка, и отбивающаяся от двух напуганных до смерти служанок, у одной из которых в руках красивая ткань, ушитая золотой нитью.

— Оставьте меня, черт бы вас побрал! — возмущалась Полина, размахивая руками. Ситуация со стороны выглядела комичной, но при одном условии, если бы я находился тут один. Ее русые локоны развивались в разные стороны, делая ее движения легкими и непринужденными. Тонкая талия опоясана широким ободком, символизирующим в нашей стране неприкосновенность к ее телу. Я намеренно велел подобрать для Полины данный пояс, чтобы никто не смел предъявить права на девушку. И в то же время я уберег ее от себя.

Мои гости обернулись на крики, широко раскрыв свои глаза. Алика с подозрением уставилась на Полину, а потом медленно повернула голову в мою сторону и сощурилась. От девушки не скрылось мое выражение лица, и то, как я был рад видеть Полину сейчас. Музыка в это мгновение прекратила свое звучание и все были погружены в шоу, устроенное Стасиной.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Амир, — она звала меня на помощь, совершенно не подозревая, что я рядом, но только не один.

Тахир подорвался, краснея в миг. Но один взмах моей руки, и мой помощник, снова опустился на подушки.

— Подожди, — шёпотом рыкнул, не теряя из виду Полину. Когда все уставились на нее, девушка почувствовала, что обстановка изменилась, и стоило ей обернуться к нам лицом, она побледнела на глазах, вцепившись в ткань, которую ей все-таки успели сунуть в руки убегающие служанки.