Любовь, которую ты отдаешь - Питер Браун

Бриан сделал ставку на «Эд Сулливан Шоу», самую популярную в 1963 году развлекательную программу на телевидении. У Эда Сулливана, шоумена и импресарио, был наметанный глаз. Он быстро оценил потенциальные возможности «Битлз» на американском телевидении и понял, что пришла пора ими заняться.

В гостиничном номере Бриана организовали встречу с зятем Сулливана Бобом Прехтом. Прехт дипломатично разъяснил, что Сулливан заинтересован в том, чтобы они выступили в передаче, но лишь в очень короткой рубрике новинок. Бриан был поражен. Он хотел сделать битлов гвоздем программы. Но выбора у него не было. Телешоу Сулливана — лучшая программа на телевидении, но ведь и они тоже самые лучшие. Сделка, которую в конце концов заключили Бриан с Прехтом, была весьма необычной. «Битлз» сделают гвоздем программы не в одном, а в двух воскресных шоу. За каждое выступление они получают по 3500 долларов. Даже при том условии, что Сулливан оплатит авиабилеты, сумма в 7000 долларов не покроет расходы. Фактически Бриан подписал контракт на участие группы в шоу, но он должен был сам организовывать эту поездку, заплатив за нее около 50 000 долларов.

Имея в кармане контракт с Эдом Сулливаном, Бриан направился в «Капитол рекордз». Встретившись с директором по восточным операциям Брауном Мэггзом, он продемонстрировал ему последний сингл «Я хочу держать твою руку». Бриан настаивал на том, что появление в шоу Эда Сулливана удвоит впечатление от песни и оно будет таким же сильным, как и в Англии. Но Меггз пообещал выпустить пластинку «Я хочу держать твою руку» ограниченным тиражом в январе 1964 года, за месяц до их выступления в телешоу Эда Сулливана, и весьма неохотно. Довольный Бриан вернулся в Англию в середине ноября 1963 года.

В Ливерпуле в НЕМЗ деньги потекли сплошным потоком. Семьи битлов даже не смогли сразу осознать, что это означает. Не поняли и в Вултоне, и в Дингле, где находились магазины НЕМЗ и где я (Питер Браун) в то время работал управляющим. Подсчитали, что за первый год в Великобритании было продано альбомов «Битлз» на 6 миллионов долларов, что увеличило прибыль НЕМЗ на 80 процентов. Даже по самым скромным подсчетам, битлы стали богатыми людьми, особенно Джон и Пол, зарабатывавшие во много раз больше Джорджа и Ринго, поскольку получали авторские гонорары за свои песни. Но теперь, когда ребята стали миллионерами, возникла новая проблема: их доход облагался налогом. 94 процента прибыли уходило Британской налоговой службе. Математики были безжалостны; ребятам оставалось лишь шесть процентов с каждого фунта, после чего Бриан забирал свои 25 процентов.

Все это время битлы с семьями продолжали жить в Ливерпуле. Но настала пора перевести всю организацию в Лондон, где кипела деловая жизнь. Бриан поехал первым, чтобы проложить дорогу для «Битлз». Он снял целый этаж дома на Арджил–стрит, рядом с «Палладиумом», и бодро объявил об этом в НЕМЗе, а затем индивидуально пригласил своих основных сотрудников поехать с ним в Лондон. Многие согласились, среди них телефонистка Лори Маккаффри и секретарша Барбара Беннет. Я остался в Ливерпуле в семейном магазине НЕМЗ.

В Лондоне Бриан подыскал для себя просторную квартиру с двумя спальнями, расстелил в квартире белый ковер от стены до стены и поставил черную массивную кожаную мебель. Стена на западной стороне состояла из стеклянных панелей от пола до потолка и вела на маленькую террасу, с которой открывался вид на крыши домов через дорогу. Бриан нанял чернокожего повара Лонни, готовившего еду и упаковывавшего чемоданы для постоянных путешествий, а также шофера Рега для своего нового красного «роллс–ройса».

Полу в Лондоне не пришлось искать жилье, он просто окончательно переехал к Ашерам на Вимпоул–стрит. Джордж и Ринго поселились вместе в маленькой квартирке на Грин–стрит, но поклонники «Битлз» быстро обнаружили эту квартиру, и ребятам пришлось переехать. С их согласия Бриан нашел для них двухкомнатную квартиру в Уадхам–хаузе, двумя этажами ниже своих собственных апартаментов. Это здание было выбрано из соображений удобства и безопасности, но Бриан боялся, что как–нибудь Джордж или Ринго задержатся наверху выпить чашку кофе и заметят, что он приглашает на свои вечеринки только мальчиков.

Переезд Джона в Лондон прошел не так гладко, как у остальных: что делать с Синтией и ребенком? Они недавно вернулись в Хойлейк, в дом ее матери. Джон надеялся, что о ней забудут, но теперь, когда пресса заинтересовалась личной жизнью битлов, стало известно, что он женат. Джон решительно отрицал этот слух, и все репортеры Флит–стрит задались целью изобличить его во лжи. Не составило труда выяснить адрес Лилиан Пауэл через соседей, и целый дивизион репортеров с фотокамерами оккупировал Тринити Плейс. Они буквально дневали и ночевали в машинах перед домом, поджидая Синтию. Почти неделю она пряталась, а затем отважилась выйти из дома в лавку зеленщика вместе с коляской, в которой лежал Джулиан. Ее незаметно сфотографировали, а в лавке зеленщика два репортера подошли и спросили, не является ли она женой Джона Леннона.

В ужасе от того, что ей попадет, Синтия стала твердить, что она своя собственная сестра–близнец и фотографировать ее не надо. Участливый зеленщик попытался обратить в шутку это недоразумение, но ложь была слишком очевидной. На следующее утро Синтия, замирая от страха, заглянула в газеты. На первых страницах нескольких газет были помещены ее фотографии, на которых она толкала перед собой коляску с Джулианом.

Джон пришел в ярость. «Быть женатым, — сказал он, — все равно что ходить в непарных носках или с расстегнутой ширинкой». Но больше всего Джона беспокоило, что девушки перестанут за ним бегать. Но они не перестали. Любопытно, что Бриан защищал Синтию, уговаривая Джона не слишком обижать ее. Поскольку секрет был раскрыт, следовало по возможности извлечь пользу из создавшейся ситуации. Женатый битл, имеющий обожаемого сына, дополнял имидж группы, тем более что ни одна из газет не упоминала о том, что Синтия, очевидно, забеременела до того, как Джон на ней женился. Подсчитать было достаточно легко, но никто и никогда в прессе не обсуждал историю женитьбы Джона и появления на свет Джулиана. (Спустя много лет Синтия Твист описала свое замужество в автобиографии, полной личных переживаний. Там она изменила дату свадьбы, указав 1962 год. Эта неточность неоднократно подмечалась биографами «Битлз». Недавно Синтия призналась, что ошибка была допущена неумышленно, у нее всегда возникали провалы в памяти, когда речь заходила о том, что Джулиан был зачат до свадьбы, и до сих пор она путает даты.)

Пресса проявила удивительную терпимость и демократичность, посчитав, что популярность «Битлз» сама по себе слишком красивая легенда, чтобы ее марать. Такая философия ограждала группу от скандалов в течение многих лет.