Солдаты необьявленной войны - Александр Тамоников

— Вот так, Оля. До поезда у тебя еще уйма времени, а мне пора в гостиницу. Договоримся так. Как проводишь состав, оставайся в зале ожидания. Освобожусь, заеду за тобой, лады?

— Да.

— Вот и хорошо. Давай, я донесу до вокзала сумку.

Процедуру у администратора «Лучезарной» он прошел быстро.

Заполнил анкету, получил ключ, поднялся на второй этаж и в 9.55 вошел в двухкомнатный номер «люкс». Сел в кресло гостиной, закурив.

И как только затушил окурок, услышал условный стук в дверь. Открыв ее, пропустил в номер стройного, среднего возраста, седеющего мужчину с кейсом в руке. Оказавшись в номере, тот повернулся к командиру отряда:

— Ну, здравствуй, Кудреев.

— Здравия желаю, товарищ генерал!

— Удивлен моим появлением здесь?

— Немного.

— Давай присядем, у нас не так много времени.

Устроились в креслах. Генерал спросил:

— Оперативную карту взял с собой?

— Конечно.

— Стели на столике.

Тарасов проговорил:

— А теперь, подполковник, внимательно слушай то, что я тебе буду докладывать.

И генерал медленно заговорил.

Акция, проведенная спецназом против отряда Бекаса у селения Бады, взбесила Кулана. Правда, главарь преступной группировки сумел быстро успокоить подчиненных, объявив виновником гибели одного из своих подразделений Абдулу. Салманова казнили, и его голову выставили напоказ. Затем Кулаев приказал собрать на базе оставшихся полевых командиров, Доулета Радаева — Фараона и Ахмеда Затанова — Шайтана. На совещании Кулан предложил немедленно провести ответную акцию. Уничтожить какую-либо автомобильную колонну из состава тех, что время от времени совершают марши на юг республики. Организация проведения террористической операции возложена на Шайтана, имеющего в подчинении, как и покойный Бекас, около шестидесяти неплохо подготовленных боевиков.

Генерал нагнулся к столику, сказав:

— А теперь, Кудреев, внимание на карту! Вот здесь, — Тарасов воспользовался указкой, очертив небольшой квадрат, — недалеко от Гелоя, откуда, кстати, Затанов родом, из двух балок, прилегающих к полевой дороге, Шайтан и предложил совершить нападение на колонну, с применением, что особо подчеркиваю, радиоуправляемых фугасов!

Подполковник оценил местность:

— Если не считать близости населенного пункта, место для нападения выбрано удачно! Фугасы подорвут несколько машин, в том числе и последнюю, ими же, при умелой расстановке взрывных устройств, может быть уничтожена техника боевого сопровождения, что лишит колонну возможности отхода назад и полноценной обороны. Боевикам же останется массированным перекрестным огнем с флангов и фронта быстренько выбить личный состав конвоя. Да, задумано неплохо. Что в данной ситуации должны сделать мы?

Генерал отложил указку:

— Мы должны сделать так, чтобы противнику не удалось разгромить автоколонну, оставшись при этом целыми и невредимыми. Скажу даже, незамеченными.

Кудреев удивился:

— Не понял?

Бригадир рассказал о своем замысле. И пока он говорил, для подполковника постепенно прояснялась задумка опытного специалиста в борьбе с терроризмом, которым, без сомнения, являлся Тарасов. Закончив, Бригадир сказал:

— Исходя из вышеизложенного, тебе по прибытии на базу следует отобрать людей для проведения контракции и завтра же с утра, бортом или двумя, на твое усмотрение, убыть в Бардани, где дислоцируется отдельный автомобильный батальон, осуществляющий доставку грузов в южные районы Чечни. Ну, и далее по плану. Вопросы, подполковник.

Командир отряда спецназа поднялся из кресла:

— По существу задачи вопросов у меня нет. Непонятна наша стратегия в отношении группировки «Джихад». В банду внедрен разведчик, нам известен район дислокации банды Кулана. Почему мы играем с ним в кошки-мышки? Почему не наведем на его базу штурмовую авиацию, чтобы раз и навсегда покончить с бандой? Или почему не проведем силами хотя бы моего отряда прямой акции в ауле, где Кулаев свил свое гнездо?

Генерал спокойно сказал:

— Понимаю твое недоумение. И желание одним ударом покончить с Куланом. Но неужели ты, Андрей Павлович, думаешь, что, если бы подобные операции имели перспективу, они не были бы немедленно осуществлены?

— Что сдерживает нас?

— Несколько факторов. Первый: база Кулаева находится в горном ауле Кербах, где, кроме боевиков, проживают сотни мирных жителей. Так же как и в аулах Фараона и Шайтана. Эти уроды обосновались в населенных пунктах. Это лишает нас возможности нанесения массированного авиационного или ракетно-артиллерийского ударов. Второй фактор, касающийся проведения широкомасштабной наземной операции. Очень сложный рельеф местности возле Кербаха, и система раннего обнаружения, применяемая противником, не позволят нам скрытно подвести к логову бандита те силы, которые обеспечили бы успех. А применять малые группы против базы «Джихада» бесполезно. Им просто не хватит мощи разнести всю группировку. И это третий фактор из тех, что вынуждают нас, как ты говоришь, играть с Куланом в кошки-мышки. Для нанесения главного удара по базе нам необходимо настолько ослабить банду, чтобы для ее уничтожения хватило бы действия твоего отряда в Кербахе. Ясно?

Подполковник кивнул:

— Ясно. Значит, будем и дальше щипать Кулана.

— Да, будем. Но я уверен, в конце концов мы придавим этого шакала в его ауле.

— По этому вопросу мне все понятно, личную просьбу разрешите?

— Выкладывай.

Кудреев доложил Бригадиру о лейтенанте Дубове.

— Думаю, товарищ генерал, есть смысл забрать этого парня к нам.

— Он сам-то согласен?

— Иначе не стал бы рекомендовать его.

Тарасов думал недолго.

— Выписку из его личного дела захватил с собой?

— Так точно!

— Давай ее сюда. И передай лейтенанту, а также Воронцову о скором приказе, касающемся откомандирования названного тобой офицера в распоряжение спецслужбы. Но, Кудреев, я так легко соглашаюсь с тобой, лишь признавая, что ты неплохо разбираешься в людях и кого ни попадя рекомендовать в спецназ не будешь. К тому же наверху принято решение о создании в учебном центре Службы резервного отряда. К сожалению, наши боевые подразделения не застрахованы от потерь. Так вот, дефицит в личном составе и будет пополняться из этого резервного отряда. Так что твой протеже, похоже, станет первой ласточкой.

— Спасибо, товарищ генерал!

— На здоровье, Андрюша.

Тарасов поднялся, сложил карту Кудреева, протянув ее подполковнику. И тут… здание гостиницы вздрогнуло, словно от сильного толчка землетрясения. С серванта упала и вдребезги разбилась ваза. Прогремел сильный взрыв, выбивший стекла окон номера.

Генерал чертыхнулся:

— Это еще что за фейерверк?

Кудреев на мгновение застыл. Затем бросился на балкон. Его взгляд устремился на вокзал. Предчувствие беды не обмануло подполковника. Над наполовину обрушенным зданием железнодорожного вокзала поднимался огромный черный, завихряющийся у основания гриб дыма. Командир спецназа бросил взгляд на часы, 10.35!

Поезд из Ставрополя должен был уже отойти от станции. Но Ольга? Он же приказал ей ожидать его внутри здания. В зале ожидания.

А именно он и превратился в развалины.

Подполковник с невольным стоном прошептал:

— Господи! Ольга!

— Что произошло? — спросил генерал.

Подполковник в каком-то ступоре протянул руку в сторону небольшой площади, проговорив:

— Вокзал, генерал… его, его… взорвали!

Но Бригадир уже сам понял, что произошло недалеко от гостиницы. Он выхватил сотовый телефон, начал быстро набирать чей-то номер.

Андрей же, придя в себя, оттолкнув генерала, ринулся на выход. Сзади раздался окрик Тарасова:

— Куда? Кудреев! Стоять!

Но подполковник не слышал начальника. Он уже выскочил в коридор. Через секунды оказался на задымленной улице, вдруг огласившейся воем множества сирен. И побежал, выкладывая все силы. Ворвавшись на привокзальную площадь, усыпанную кусками железобетонных конструкций, битого стекла, фрагментов разорванных человеческих тел, Кудреев столкнулся с нарядом милиции, одним из первых прибывшим к месту трагедии и пытающимся не допустить в зону поражения посторонних лиц. Подполковник, имевший при себе, кроме поддельного паспорта, еще и свое собственное удостоверение офицера спецслужбы, легко преодолел милицейский заслон. Хотя его и предупредили о том, что находиться на территории взорванного вокзала небезопасно, Андрей никого не слушал. Он, словно одержимый, ворвался в развалины, пытаясь увидеть пусть и искалеченную, но обязательно живую Ольгу! И метался среди горящих обломков. Вскоре его, уже отчаявшегося, прибывшие сотрудники городского управления МЧС силой вытащили на площадь. Весь в копоти, с пораненной обо что-то рукой, Кудреев стоял и смотрел на развалины зала ожидания, готовый взвыть от боли утраты и ярости. Он закричал, подняв голову вверх: