Трон змей - Фрост Кей

и посмотреть, куда вас это приведет. Не сомневаюсь, что прямиком в темницу. Я слышала, рыбам очень нужен плотный обед. – Рен позволила взгляду задержаться на его объемном теле: – А вы, сэр, можете им его предоставить.

Рен говорила достаточно громко, чтобы весь двор услышал ее слова. Воздух наполнился смешками и хихиканьем придворных, потешавшихся над советником. Тот надулся, став еще больше размером, густо покраснел от стыда и начал бурчать себе под нос какую-то чепуху.

Удовлетворившись, Рен снова откинулась на спинку кушетки и позволила Каллесу забросить виноградинку ей в рот. Он смеялся громче, чем все остальные, хотя Рен точно знала, что Лейф дал бы ему фору, если бы ему не приходилось притворяться слугой. Сегодня вечером, когда они будут ужинать вместе, он наверняка изложит ей свою версию событий.

Она с нетерпением этого ждала.

– Должен сказать, я впечатлен, – прошептал Каллес, успокоившись достаточно, чтобы пригубить вино из своего кубка. – Ты привыкла к нашему двору куда быстрее, чем я мог себе представить. У королевы Драконов, оказывается, есть коготки. Боюсь, не успею опомниться, и ты уже будешь просить меня отвезти тебя в дом удовольствий. Вот там-то можно послушать настоящие сплетни.

Его слова испортили триумфальное настроение Рен и вмиг вернули ее обратно в реальность. От мысли, что она так хорошо адаптируется к жизни в Верланти, ей стало плохо. Но она должна исполнять роль, и если не сможет убедить публику в своей искренности, ее ждет гибель.

И все же когда знакомая зловещая фигура Аррика появилась во дворе, Рен вздохнула с облегчением. Муж прорезал толпу словно шелк, направляясь к ней. Рядом с ним она могла быть самой собой, зная, что он принимал ее такой, какая она есть.

Она ненавидела его за это.

– Мой король, добрый веч… – начала Рен, но окончание приветствия растаяло на ее губах, когда Аррик бесцеремонно поднял ноги Рен, сел на кушетку, а затем устроил ее голени у себя на коленях.

Она не дала маске сползти с лица и покрутилась, стараясь не выглядеть испуганной.

Не говоря ни слова, Аррик забрал у Каллеса блюдо с виноградом и положил его Рен на колени. Отщипнув виноградину от веточки, Аррик прижал ее к губам Рен. Она медленно приняла угощение, чувствуя, как его рука скользнула от ее лодыжки к колену под длинным подолом платья.

Это было так по-домашнему. У нее даже не возникло чувства, что он просто «играл» с ней в мужа и жену. Нет, его действия казались естественными. И все же он все равно притворялся для зрителей.

Он заявлял свои права на нее.

– О чем думаешь, брат? – поддразнил Каллес.

Он прошелся взглядом сначала по Рен, а потом по своему брату. От его внимательных глаз не укрылась то, как по-собственнически Аррик обнимал жену.

– Просто размышляю, – холодно ответил король, словно его ледяной тон мог положить конец этому разговору.

Но если Рен и узнала что-то о Каллесе за время их знакомства, так это то, что он прекрасно умел задевать людей за живое. И все же даже она не была готова к тому, что брат Аррика скажет дальше.

Она взяла из блюда виноградинку и положила ее Аррику в рот, отлично зная, что взгляды всех присутствующих были направлены на них. Возможно, еда сможет улучшить ему настроение.

– Сомневаюсь, что повстанцы, которых вам удалось схватить несколько дней назад, заговорили, не так ли?

Тело Аррика обратилось в камень. Он уставился на брата, и Рен замерла, не успев донести следующую виноградинку до его губ. Она поняла, что не должна была знать о пленниках.

Ее кровь обратилась в лед, а руки дрогнули. Кого из ее друзей удалось поймать?

Не предавай их или себя.

Рен даже не думала, что обладает таким самоконтролем. Она скормила Аррику виноград, и он перевел взгляд на ее лицо, словно пытаясь обнаружить трещины в ее маске, любые признаки того, что она чувствовала на самом деле. Но он ничего не увидит. Если она покажет свои истинные эмоции сейчас – здесь, в окружении верлантийской знати, – то выдаст свою подлинную суть.

Она предательница, которой нельзя доверять.

Вместо этого она прикусила язык и продолжила исполнять роль королевы змей: Рен кормила своего короля виноградом.

Советник, которого Рен так легко поставила на место, выглянул со своего места, услышав слова Каллеса.

– Я слышал, вы сумели поймать троих мятежников, – сказал он, явно стремясь вновь завоевать утраченное расположение. – Включая кого-то очень высокого ранга. Должно быть, вы уже близки к тому, чтобы узнать местоположение остальных слизней.

Губы Аррика сжались в тонкую линию.

– Это не то, о чем я бы стал говорить так свободно, – произнес он, а затем вновь сосредоточил внимание на Рен.

Он попытался скормить ей еще одну виноградинку, но она оттолкнула его руку с застенчивой улыбкой.

– Мне кажется, я съела слишком много, – прошептала она, поднимаясь на ноги, потянулась, а затем склонилась, чтобы поцеловать Аррика в щеку, отстранилась и изобразила зевок, прикрыв рот рукой. Она оглянулась вокруг, а затем встретилась взглядом с мужем и подмигнула ему: – Вы слишком долго не давали мне спать, мой король. Думаю, мне стоит удалиться, чтобы немного отдохнуть. Прошу меня простить.

Рен присела в реверансе, дожидаясь, когда Аррик позволит ей уйти.

Краем глаза она заметила, как Лейф выскользнул со двора.

Она взглянула на мужа из-под опущенных ресниц. Было ясно, что Аррик не хочет отпускать ее. Каллес едва ли не сиял от удовольствия, наблюдая за развернувшейся сценой.

– Отдыхайте, миледи. Вам понадобятся силы, – глухим тоном проурчал Аррик.

Дрожь пробежала по ее телу, но Рен проигнорировала раздавшиеся вокруг смешки. Она вышла со двора, высоко подняв голову, но маска спала с ее лица, как только она оказалась в коридоре. Королева подобрала юбки и побежала по прохладному мраморному полу в вихре шелка и кисеи под аккомпанемент вопросов, бешено крутящихся в голове.

Каллесу нет нужды рассказывать об этом Рен – он завел разговор о пленниках только потому, что Аррик был рядом. Но зачем? Чтобы поиздеваться над ней или над королем? А может, над ними обоими?

Разочарование закипело в ее груди. Сейчас она понимала истинные мотивы поступков младшего брата Аррика не лучше, чем в день их первой встречи. Она не доверяла Каллесу; у него имелась собственная цель.

Но Рен искренне верила, что он не планировал причинять ей вред.

По крайней мере, пока.

Каллес предоставил Рен жизненно важную информацию: – что-то, о чем она бы никогда не узнала, если бы Аррик сумел утаить это от нее, – и тому имелась причина.

Теперь ей просто нужно понять почему. И что с этим делать.

Ее сердце ускорило бег. Ей нужно узнать, кого заключили в темницу.

Аррик придет за ней. Лишь вопрос времени, когда ему удастся выследить ее. Рен скинула