Уподобленный Богу 2. Один из Первых. Жесткое Противостояние (СИ) - Александр Федоренко

- Ага, и помимо всего прочего принесут с собой кучу мифов и былин, в том числе и о Змее - «Горыныче».

- О ком, о ком?

- Да о тебе, о многомудрый, о ком же еще. Горыныч, это прозвище, традиционно его принято связывать с понятием «гора» : он либо сын гороподобной тучи (Змей-гроза), либо сам огромен, как гора (Змей-мамонт) . А ты под такое описание весьма подходишь, с одной лишь разницей Горыныч – губит, а ты спасаешь. Значит, родиться нечто новое. Ладно, не обращай внимания, это я так нервно шучу, скажи лучше, как они в Ки пристраиваться то будут, ведь там не осталось могучих потоков Силы, она есть, но что те крохи по сравнению со Даарией.

- Ну, ты же ведь привыкший купаться в океанах Силы – смог выжить без них, и они смогут. К тому же они от рождения обладают способностью черпать в себе самом и в любой Первостихии. Они смогут настроиться на сам мир и окружающие его области Мироздания, пойдет взаимная связь, такая же, как и у тебя, вышла, с той частью Сферы, в которой ты когда-то реализовал свое заклинание. И к тому же это хорошо, что мир кажется лишенным магии, может быть соглядатаи Вторгшегося пантеона, и не обратят на него особого внимания. Ведь Пришлые, должны помнить, что вы тут с тем чародеем начудили. Интереса к этому миру у них больше нет. Да и велеты, помогут, поперва защитят переселенев, пока те не окрепнут. У них и мечи сохранились, и сила немалая имеется.

Тут медно-золотой змей вдруг замолчал, словно к чему-то прислушиваясь, или выслушивая чей-то доклад, а затем, пристально посмотрев в глаза своему собеседнику, своими жутковатыми очами и быстро заговорил:

- Все меняется, старое время уходит, ничего не будет как прежде. Во Вселенной теперь новые Владыки, возомнившие себя Хозяевами всего Сущего. О спасенных Даарийцах они ни чего не узнают, я приложил для этого не мало усилий, а вот тебя запомнила их Карающая Десница, а значит, они знают, что ты пока не мертв, и возможно будут выслеживать, поэтому будь крайне осторожен. И помни, они не успокоятся, пока ты полностью не прекратишь своего существования, и всего лишь потерей плоти тебе не отделаться.

- С чего это ты решил о многомудрый – ехидно заметил чародей – что меня так уж просто укокошить?

- А с того, что в их власти теперь почти все. А это значит, что в любом сражении силы их всегда будут подпитаны, нескончаемы и неколебимы. Так что вот тебе мой совет – сначала помоги обустроится и закрепиться в этой Ки, Сваргену и остальным, а затем отправляйся в свои Царства Ночи, и постарайся сокрыть их, так чтобы даже сам с трудом находил. Для этого тебе понадобятся Силы Тьмы, но не той которой подчинены все темные маги, а Изначальной, Первотворной. И учти, тебя вспомнили и наметили как цель, думаю, гончие уже рыскают по тропам, так что повторяю - будь осторожен, едва покинешь Ки, ты перестанешь быть незаметным. А теперь все – прощай, не знаю когда и встретимся в следующий раз. А мне нужно переброситься еще парой слов с будущими божествами, еще не созданного народа.

- Это еще с кем? – Подозрительно спросил Априус – Теперь ведь настоящие боги только те, что засели в своем недавно созданном Тронном Царстве, ты же сам мне рассказывал?

- Скоро узнаешь. Всему свое время – ответил Змей, и рывком, передвинулся к бывшим волхвам из круга Мудрых.

- Да ладно, быть того не может, чтобы какие-то ведуны, пускай даже и весьма Мудрые и не лишенные дара, и на те вам в боги метят.

Но змей-дракон, горделиво проигнорировал его замечание, и Априус продолжил рассуждать уже на другую тему.

- Весело! – Скептически сказал он, сам себе – Всего лишь обустрой погорельцев в одном мире, и не кем там нибудь, а не менее чем мелкими божествами, и сделай незаметными Царства Ночи. Ха-ха, да мне это ж как два пальца о придорожный камень. Тут он кое-что вспомнил и снова, повернулся к Просвещающему, в нервном возбуждении, забывая о всякой почтительности:

- Эй, Великий! У меня же спасенные жители тоже имеются, переправь их в мои миры, я покажу тебе место, где окончился мост, они должны быть еще там.

- Хорошо, я пошлю своих порученцев. Не самому же мне это делать, сейчас чем скрытней, тем лучше. Новый виток начался…

Априус даже вообразить себе не мог, в те дни, насколько растянется это сейчас. Он отвернулся, и поспешив к только открывшему глаза куатару, поинтересовался:

- Все слышал?

Снежно-белый Кот молча склонил свою крупную голову, а Априус нежно положил руку тому на шею, немного погладил, а затем, тихо попросил:

– Не пугай меня больше так. У меня же кроме тебя не осталось никого, от прежней жизни. Ты единственная моя связь с прошлым. Я уже было решил, что остался совсем один.

- Хорошо я постараюсь – ответил умный зверь – только помни, что я так же останусь один, если с тобой что-то случится.

- Я понимаю, потому и не сержусь, что ослушался и вернулся за мной в Даарию. Что там сейчас с ней, цела ли, или как Эльдариус…

Он тяжело вздохнул, боясь даже представить, что случилось с миром, после того как драконы вытянули их оттуда.

- Хочешь ни хочешь, а просьбу Просвещающего выполнять придется, и потому что мы ему обязаны спасением, и потому что больше некому – тихо пророкотал Куру.

- Да ты прав, и чем быстрее мы это сделаем, тем быстрее будем свободны – с этими словами Рус направился к тем ведунам, которые лежал справа, – Дажден не отпуская от себя Живану, все смотрел в ее глаза, остальные просто лежали, тупо глядя вверх, и никто на приближение Эльдариусца не реагировал.

Он медленно подошел, гася в себе все мысли, и эмоции, связанные с недавними событиями, откладывая их анализ, горечь утрат, и все остальное на потом.

- Чего разлеглись? – Несколько неуклюже спросил он. - Отдыхать в Пекле будете, потому как Вирий без вас, никто не воссоздаст. А лежа тут вы обречены, на жизнь в простых мирах Яви. Так что пора вставать, и идти трудится! – Не унимался Рус, строго взирая на застывших, словно в ступоре Даариев.

Несколько разозленный тем, что на него свалили новые обязанности, он не собирался сюсюкать, помятуя о том, что и со старыми заботами не очень то справлялся.

Бывшие Мудрые, а теперь те личности, которым, по словам Великого Змея, предстояло стать богами Ки, и если не целой, то уж ее большей части, нехотя принялись подниматься. Пока они выстраивались хоть в какое-то подобие строя, Априус прислушивался к разговору медно-шкурого змея, с Велсом, который оказался крайним, в ряду тех, кто появился слева от него.

Дракон, по-видимому, приказал «волосатому» отойти подальше, но тот бегал по тропе туда-сюда, и от возмущения говорил так громко, что Рус отчетливо разбирал каждое слово, вылетавшие у того из уст.