Вкус ее губ - Ханна Хауэлл

— Это была бы единственная хорошая новость за весь сегодняшний день.

К тому времени как они дошли до домика, она почти тащила его на себе. Уложив Тайрона на кровать, она принялась раздевать его. Рубашка, обвязанная вокруг пояса, насквозь пропиталась кровью. Дейдра не на шутку испугалась. У нее были какие-то познания в области медицины, но воспоминания об отце были еще свежи в памяти, и руки у нее дрожали.

— Запри двери и окна, — сказал он едва слышно, когда она промывала его рану.

Зная, что он не успокоится, пока она не сделает то, о чем он просит, она поспешила запереть окна и двери. Он удовлетворенно кивнул и закрыл глаза. Она с облегчением убедилась, что пуля прошла навылет, не причинив серьезных повреждений, но он потерял много крови. Если рана не воспалится, у него есть шанс выжить. Она обработала рану, потом достала целебную мазь, смазала рану и забинтовала ее полоской ткани, оторвав ее от нижней юбки.

— Выпей это, — сказала она, приподняв его голову и поднеся к его рту чашку с водой.

— Ты сильно пострадала? — спросил он, снова опуская голову на подушку.

— Осталось несколько синяков и большое желание как следует вымыться, а в остальном все в порядке, — ответила она.

— Извини, что мне пришлось подождать.

— Подождать — чего? — переспросила она и, придвинув к кровати стул, села рядом.

— Я видел, как эти мерзавцы повалили тебя на пол, но я ждал, потому что легче было напасть на них неожиданно, когда они заняты тобой.

— Ты правильно рассчитал. И тебе незачем извиняться. Кстати, как ты узнал, куда меня увезли?

— Как бы мы ни ругали снегопад, но снежный покров имеет свои преимущества. — Он слабо улыбнулся. — На снегу хорошо видны следы.

— Я так боялась, что тебя убили, — прошептала она и, не сдержавшись, прикоснулась губами к его щеке.

— Нас, Каллахэнов, не так-то просто убить.

— Слава Богу. Ты думаешь, они вернутся?

— Нет. По крайней мере не сразу. Я попал в правую руку одного из них, и они наверняка захотят подлечить ее, прежде чем снова встретиться с нами. Если повезет, мы к тому времени будем уже в Парадайз.

Дейдра очень надеялась на это, однако пока им мало везло. Тайрон, кажется, заснул, и она отошла от него, нагрела немного воды и, сняв с себя одежду, тщательно вымыла все тело, к которому прикасались руки негодяев. Ей очень хотелось принять горячую ванну, и она с вожделением поглядывала на большую металлическую лохань, висевшую на стене над раковиной. Но, решив, что сейчас не время поддаваться такому искушению, она снова надела платье. Она должна неотлучно находиться при Тайроне, пока не станет ясно, что ему лучше.

Она положила пистолеты поближе к кровати и снова уселась на стул возле спящего Тайрона. Ей было страшно. Хотя Тайрон был, наверное, прав, и бандиты из-за ранения Пита на некоторое время оставят их в покое, она не могла расслабиться. Тайрон был слишком слаб, чтобы снова сражаться. Теперь ее очередь защищать его.

— Дейдра? — окликнул он ее. В его голосе ощутимо звучала тревога.

— Я здесь, — ответила она и, прикоснувшись к его лбу, замерла от страха.

— Я не очень хорошо себя чувствую.

Если бы она не была так испугана, то улыбнулась бы, потому что он говорил, словно маленький мальчик. Но ей было не до смеха, он весь горел — началась лихорадка.

— Не тревожься, — сказала она, сама удивляясь тому, как спокойно звучит ее голос. — Я не допущу, чтобы с тобой случилось что-то плохое, — поклялась она.

Глава 9

Тайрон медленно открыл глаза, и по его лицу расплылась улыбка. Слышался плеск воды и голос Дейдры, что-то напевающей себе под нос. Нетрудно было догадаться, что она принимает ванну, и он не устоял перед искушением взглянуть на нее исподтишка. Несмотря на то что он ослаб после лихорадки, трепавшей его в течение четырех дней, он почувствовал, как при виде ее напряглось его тело.

С волосами, небрежно заколотыми на макушке, с кожей, порозовевшей от горячей воды, она была прекрасна. Глупо было даже сравнивать ее с другими женщинами, которых он знал. Дейдра обладала своей особой красотой. Возможно, рядом с другими признанными красавицами красоту Дейдры можно не заметить с первого взгляда, но надо быть абсолютным слепцом, чтобы не заметить ее вообще. Тайрон понимал, что это во многом объясняется силой духа, заключенной в этом миниатюрном, изящном теле, на которое он смотрел сейчас с таким удовольствием.

Наблюдая за тем, как она моется, он был вынужден сжать кулаки, его руки так и хотели пройтись по ее телу вслед за намыленной губкой, которой она пользовалась. Он так долго не прикасался к этой нежной коже, не держал в руках ее маленькие, тугие и безумно сладкие грудки. Тайрон чуть не рассмеялся. Надо быть осторожнее, иначе ему грозит рецидив болезни. Он уже чувствовал, что его лихорадит.

Она смыла мыльную пену и положила руки на край лохани. Тайрон понял, что она собирается встать, и закрыл глаза. Преодолев искушение посмотреть на нее, он не открыл глаз. В данный момент видеть Дейдру в одном шаге от себя, голую, розовую после ванны, было выше его сил. Это обрекло бы его на еще большие мучения, потому что он пока был слишком слаб, чтобы утолить вспыхнувший голод.

Тайрон был так поглощен охлаждением своего пыла, что не услышал, как она подошла к кровати, и вздрогнул, когда она к нему прикоснулась. Она положила маленькую ручку ему на лоб, и он тут же открыл глаза. Она нахмурилась, и он едва удержался от желания пощупать свой лоб, чтобы узнать, что ее обеспокоило.

— Что-то не так? — спросил он.

— Ты разгорячен, — пробормотала она.

— Неудивительно, — проворчал он и улыбнулся ей. — Тебе не следовало бы купаться на глазах у несчастного инвалида. — Заметив, что она покраснела от смущения, он улыбнулся еще шире.

— А тебе не следовало бы нагло подсматривать за мной.

— Я ведь не сверхчеловек какой-нибудь и не мог удержаться, чтобы хотя бы одним глазком не взглянуть на тебя.

Она покачала головой, взбила подушки и помогла ему сесть.

— Плутишка!

Ее смущение сменилось возмущением. По совершенно непонятной причине мысль о том, что он смотрел на нее, когда она купалась, горячила кровь. Ее определенно радовало, что он одобрял увиденное. Дейдра едва сдержала улыбку. Этот человек, даже лежа больным в постели, будил в ней греховное желание.

Она осмотрела его рану, снова смазала ее целебной .мазью и перебинтовала.

— Ну и как там дела?

— Очень хорошо, — ответила она. — Как видно, на тебе все мгновенно заживает.

— И мы сможем выехать отсюда завтра?

— Не так быстро. Сомневаюсь, что ты сейчас даже встать сможешь без посторонней помощи.