Амариллис - Джейн Кренц

— Я чувствовала себя такой дурой, — прошептала она.

— Но вы все же не наделали глупостей, вы не вообразили, как я, себя настолько неотразимой, чтобы рискнуть пренебречь брачным агентством.

— Вы хотите сказать, что ваш первый брак был заключен без консультации в агентстве? — удивилась Амариллис.

— Да, черт возьми. — Его губы чуть тронула горькая усмешка. — Я вырос на островах и привык к самостоятельности. С двадцати четырех лет я руковожу преуспевающей компанией. Я был богат и становился все богаче. Мне казалось, что в выборе жены мне не нужны эксперты.

— И что произошло?

Лукас на мгновение отвел глаза, когда он снова посмотрел на нее, его взгляд стал непроницаемым.

— А произошло то, что случается всегда, как утверждают специалисты, когда люди пытаются самостоятельно выбрать себе пару. Я здорово промахнулся.

— Очень печально. Вы сильно ее любили?

— Очень. — Лукас бросил на Амариллис короткий взгляд. — Те, кто решается на самостоятельный выбор, всегда уверены в своей любви, ведь так? Для чего же еще они нарушают правила?

— Не знаю. — Амариллис опустила глаза и стала разглядывать свои руки. — Мои родители тайно сбежали после моего рождения. Но они не поженились, не могли этого сделать. У отца уже была жена…

— Ясно. — В глазах Лукаса отразилось понимание.

— Они погибли во время шторма, когда плыли на Западные острова. В то время я находилась у тети. Все считают, что родители собирались начать новую жизнь под другим именем, а потом послать за мной, когда подыщут работу.

— Сочувствую. — Трент умолк, подбирая слова, потом продолжил: — Значит, вы остались… одна?

— Могли бы сказать и прямо, — слабо улыбнулась Амариллис. — Я была незаконнорожденной. Одна из причин, почему меня привлек Гифорд, — его спокойное отношение к этому факту. Хотя многим людям такое далеко не безразлично.

— Это точно.

— Теперь отвечу на ваш вопрос. Нет, одна я не осталась. Родственники моей матери приняли меня в свою семью.

— Ваши дядя и тетя?

— Да, и другие тоже. Они были добры ко мне и любили меня. Я не могла бы себе пожелать лучшей семьи.

— А что же родственники со стороны отца?

— Они предпочли делать вид, что меня не существует. — Амариллис налила себе еще коф-ти.

— Могу представить.

Наступило короткое молчание. За это время Амариллис снова успела пожалеть, что пригласила Лукаса на чашку коф-ти. «И что это вдруг на меня нашло, — удивлялась она про себя. — Рассказать совершенно чужому человеку некоторые из самых сокровенных тайн!» Конечно, не все, но и это было слишком. Она выставила себя совершенной идиоткой. И не из-за того, что ей стало жаль клиента. Пора начинать вести себя благоразумнее.

— Уже поздно. — Амариллис красноречиво посмотрела на часы.

— Да. — Лукас поднялся, к ее удивлению с неохотой. — Мне надо идти. Спасибо за коф-ти.

— Не стоит благодарности.

— А еще спасибо за участие, — криво усмехнулся Трент.

— Да, вечер для вас выдался тяжелым, — мягко улыбнулась она.

— Случалось и похуже. — Лукас сгреб пиджак со стула и направился к двери.

— Лукас, можно мне задать вам вопрос? — обратилась Амариллис к Тренту, идя за ним вслед.

— Да? — Он быстро обернулся.

— Мне бы хотелось узнать о том другом таланте в зале, — медленно начала она.

В его глазах промелькнуло нечто похожее на разочарование.

— Что вас интересует?

— Через ваше сознание я почувствовала его силу. Но мне не удалось определить тип его таланта. Я никогда раньше не сталкивалась с парапсихологической энергией такого свойства. Она проявлялась необыкновенно мягко, но за этим угадывалась ощутимая сила.

— Хорошо, нечего сказать, — довольно равнодушно откликнулся Трент.

— Но вы же великий определитель талантов, — не отставала Амариллис. — Скажите же, какой вид парапсихологической энергии фокусировал этот талант?

— А вы не догадываетесь, кто он? — насмешливо осведомился Лукас.

— Нет.

— С абсолютной уверенностью утверждать не могу, но готов поспорить на прибыли следующего года, что это был Мэдисон Шеффилд.

— Шеффилд, — поразилась Амариллис, — неужели сенатор Шеффилд?

— Да, он, будущий предполагаемый губернатор нашего штата, так ведь все считают? Он, можно сказать, «обрабатывал» публику в зале.

— Вы не шутите?

— Вы и правда не поняли, что там происходило? — Трент задумчиво смотрел на нее.

— Нет, не поняла. В момент фокусирования я чувствую то же, что и талант. Вы обладаете способностью определять энергию действующих талантов, естественно, поэтому и я ощутила эту энергию одновременно с вами. Кроме того, я уловила энергетическое эхо другого концентратора.

— Вы сказали, что вам показалась знакомой манера его работы?

— Верно, могу поклясться, что этот человек проходил обучение там же, где и я: на факультете исследований явлений фокусирования. Заметно влияние профессора Ландрета.

— Кто такой Ландрет?

— Он руководил факультетом на протяжении многих лет.

— Мне кажется знакомым его имя.

— Возможно, вы читали статьи в газетах, которые появились после его смерти в прошлом месяце. Несчастный случай в горах — ужасная трагедия.

— Теперь припоминаю, — кивнул Лукас.

— Это был человек необыкновенного ума, — с некоторой горячностью заговорила Амариллис. Ее несколько задело, что Лукас не выказал должного преклонения перед выдающимися заслугами профессора Джонатана Ландрета. — Он внес неоценимый вклад в исследование сущности образования фокуса и принципов действия фокусной связи. И что особенно важно, им был составлен «Кодекс этических принципов фокусирования». Гибель ученого стала огромной потерей для науки, и нашей профессии в частности.

— Угу, — не очень почтительно откликнулся Лукас.

— Для меня лично это была очень тяжелая утрата. — Амариллис опять стиснула зубы. — Он был моим наставником, я восхищалась им. Мне очень его не хватает.

— Очень сожалею, — казалось, у Лукаса больше не нашлось слов. — А теперь мне пора идти.

— Подождите, вы так мне и не сказали, какой именно талант фокусировал сенатор Шеффилд.

— Насколько я успел заметить за то время, пока он не «пережег» своего концентратора, от него шла волна обаяния и лести. Другими словами, он излучал харизму.

— Харизму? — недоверчиво повторила Амариллис, пытаясь вникнуть в смысл слова.

— Обычные проблемы политиков.

— Но ведь харизма не является парапсихологической способностью.

— А как бы вы это назвали?

— Не знаю, — неопределенно махнула рукой Амариллис, — я бы сказала, что это свойство личности или что-то в этом роде. Но никак не парапсихологический талант.