Полная заправка на Иссоре - Владимир Михайлов

— Но вы же прекрасно знаете, что у нас ничего нет.

— Однако, вы ведь договорились с тем молодым человеком — я имею в виду покупателя. Я уверен, что он, как обещал, доставит вам деньги прямо сюда. Вы же сами дали ему время, чтобы найти нужную сумму. А до тех пор будем договариваться; на час-другой нам поверят в кредит. Надеюсь, коммерсант не знает еще об угоне корабля. А сейчас подошло время заручиться поддержкой кого-нибудь из собредов, потому что, не решив вопроса о корабле, они не смогут продолжать рассмотрение вашего основного дела, поскольку больше у вас конфисковать и нечего, кроме разве носовых платков. А чем запутаннее ситуация, тем нам веселее… Итак, я пошел вылавливать нужного нам собреда.

— В такой суматохе?

И в самом деле, хотя перерыв и был объявлен, собреды не дотерпели до подвального зала, и драка завязалась тут же, перед руководящим столом. Кто-то таскал кого-то за бороду, кто-то уже валялся на полу и его пинали ногами, у противоположного конца стола стенка шла на стенку. Стоял дикий шум. Спокойными оставались лишь солдаты — они с удовольствием смотрели даровой спектакль, заключали пари и, судя по отдельным их репликам, были свидетелями таких сцен уже не раз.

— Погодите, прекослов, — сказал Федоров. — Я пойду с вами.

— Охрана…

— С охраны сейчас можно снять сапоги, они и то не заметят. А я могу вам пригодиться при вербовке.

— Как, как вы назвали это?

— Профессиональный термин, — сказал Федоров, ухмыльнувшись.

Оставив товарищей по несчастью на их местах, Федоров вслед за Аласом медленно пробирался к столу. Драка разрасталась, как пожар на складе боеприпасов. В воздухе летали сумки, блокноты, законопроекты, выломанные подлокотники стульев. От всего этого приходилось ежесекундно увертываться.

— Какие темпераменты! — проговорил Федоров.

— Приближаются перевыборы, — пояснил Алас. — Неудивительно, что нервы у всех натянуты, как… как…

— Как резинка от трусов, — сказал советник, делая нырок, чтобы избежать столкновения с летящим башмаком.

— В такой обстановке трудно выбрать подходящего кандидата, — пожаловался прекослов.

— Напротив, — не согласился Федоров. — Самое подходящее время. Ищите того, кому достается больше всех.

Они огляделись, насколько это было возможно.

— Богатый выбор, — похвалил советник. — Вон, смотрите, того совсем прижали. Какой джеб! С таким не стыдно выйти и на профессиональный ринг! Однако, партнер еще сопротивляется — нас это не устраивает. Ищите такого, что уже ушел в глухую защиту, без всякой надежды из нее выйти без потерь… Ага! Вот то, что нам нужно!

И он, решительно расталкивая дерущихся, устремился в самый угол зала.

В этом углу события приняли воистину трагический оборот. Четверо собредов избивали одного, уже лежавшего на полу и лишь закрывавшего голову руками. Лицо поверженного было в крови. Он скорчился, приняв позу младенца в материнской утробе. Нападавших это, кажется, лишь раззадоривало.

— Это уже не бокс, — констатировал Федоров. — Это футбол. Напоминает мне финальный матч на кубок Терранской Федерации. Знаете, в целях безопасности я запретил бы собредам входить в зал в обуви. Нужны мягкие шлепанцы, как в музее. Ну, что же — начнем, пожалуй…

И, приблизившись к игрокам вплотную, Федоров сделал выпад. Ближайший к нему собред, нелепо взмахнув руками, грохнулся на пол рядом с жертвой. Повернувшись, советник нанес оказавшемуся перед ним бойцу удар, в благородном искусстве каратэ носящий название ТЕЙСО УТИ — основанием ладони от бедра. Удар пришелся тому снизу под подбородок. Противник взлетел на воздух и грохнулся. Федоров отскочил. Нанес третьему МАЕ ГЕРИ КИКОМИ, — ногой, параллельной полу. Оппонент согнулся, ухватившись за живот, и медленно осел, потом повалился набок, откусывая воздух, как колбасу. Четвертый вовремя отступил.

— Приступаем к эвакуации, — скомандовал советник посольства. — Берите его под руку, как любимую девушку…

Сам он подхватил избитого собреда с другой стороны.

— Куда мы с ним? — пробормотал Алас.

— Сперва к нашим. А там подумаем…

Они протащили избитого через зал, тот царапал пол носками ботинок и всхлипывал. Кровь капала с лица.

— Поищите у него платок, прекослов, — посоветовал Федоров. — Или воспользуйтесь своим. Ничего, расходы окупятся…

— Нам следовало сперва выяснить, какой он партии, — сказал Алас, тяжело дыша. — Если он окажется сторонником председателя, вряд ли мы сможем уговорить его.

— Не похож, — возразил Федоров. — Для этого он слишком интеллигентно выглядит. У сторонников председателя тут явное большинство — недаром же тех было четверо. Нет, этот явно из оппозиции.

Наконец, они добрались до своих. Усадили собреда на стул.

— Необходима первая помощь, — сказал Федоров. — Меркурий, займитесь им. Приведите в чувство — хотя бы настолько, чтобы он понимал, о чем с ним говорят.

Через минуту-другую собред и на самом деле пришел в себя. Обвел окружающих удивленным взглядом, поморгал глазами, потряс головой и, видимо, начал соображать, что с ним произошло.

— Они из партии поголовной свободы, — пробормотал он. — Это же разбойники с большой дороги…

— Вам нельзя ходить на заседания без телохранителей, — сказал Федоров.

— Это дорого стоит… Я очень, очень признателен вам за выручку. Как я смогу отблагодарить вас? Вы из моей партии? Из «Иссора за Иссору»?

— Нет, мы из партии «Мы за себя», — уточнил Федоров. — Но это неважно. Мы не выступаем против вас, наоборот — сейчас намерены предложить вам коалицию.

— Принимаю ваше предложение, — не задумываясь, ответил собред. — Какова ваша программа? Согласны ли вы поддержать нашу партию на выборах?

— О, безусловно, — заверил Федоров. — Всем, чем сможем. Тем более, что мы не собираемся выдвигать своих кандидатов в ваших округах.

— Советник, что вы там мелете? — пробормотал Изнов по-русски.

— Занимаюсь вашим делом: дипломатией, — столь же тихо заявил советник. — Помолчите-ка лучше. И при надобности подтверждайте все, что я скажу.

И вновь повернулся к собреду.

— Сейчас мы проводим вас туда, где можно будет умыться, — сказал он, — и после этого продолжим переговоры. Скажите только офицеру, что мы действуем по вашему поручению. Он не станет возражать, я думаю. Тем более — такому авторитетному политику, как вы.

— Да, — согласился собред, приободряясь. — Я действительно пользуюсь здесь немалым авторитетом.

Он поднялся, пошатнулся, но устоял на ногах и направился к офицеру. Тот вскочил, выражая своим видом глубокое почтение и ничуть, кажется, не удивляясь несколько потрепанному облику политика.