Назия просит обойтись без поминок - Таха Кехар

Дверь за ними закрылась, и охваченный паникой Фарид снова проверил свой телефон, мысленно торопя Саджида.

* * *

– Пойду проверю, как там Би Джаан, – сказала Наурин с рассеянной улыбкой. – Я велела ей приготовить нам еще чаю. Или, если вы голодны, она может организовать нам ужин.

– Давай я помогу, тетя Наурин, – предложила Сабин медовым голоском, от которого Парвин стало не по себе.

Улыбка Наурин угасла, и ее лицо стремительно помрачнело. «Я не могу позволить Сабин говорить с Би Джаан», – подумала она.

– Я тоже пойду, – сообщил Асфанд, ставя чашку на стол и вскакивая с дивана.

Наурин обернулась к мужу и смерила его взглядом, полным неверия. В его глазах она читала вопросы и сомнения, которые пока не могла развеять. Ласково взяв девушку за руку, она повела ее на кухню.

– Думаю, нам понадобится и чай, и ужин, – сказал Асфанд, не сводя глаз с Наурин. – Давайте я закажу нам что-нибудь из «Кафилы». Надеюсь, вы любите их сааг и курицу карахи.

Не дождавшись ответа гостей, он спешно покинул комнату и проследовал за женой и племянницей.

– Да куда подевался Саджид?! – вопросил Фарид, когда Асфанд ушел. Он нервно набрал номер репортера и приложил телефон к уху. – Алло, Саджид! Ты что-нибудь накопал? – Фарид замолчал, его лицо тревожно осунулось, а в глазах заблестело беспокойство. С тихим вздохом он повесил трубку и, сжав виски пальцами, наконец произнес: – Кажется, Салман Наранг не шарлатан. Саджид не смог ничего на него найти. Салман говорит правду. Он гипнолог и владеет небольшой клиникой в Азизабаде.

– Ты шутишь! – ахнула от удивления Парвин.

– Саджид пытается выяснить больше.

– Ясно, – сказал Салим. На его лбу пролегли глубокие морщины, пока он обдумывал, каким должен быть их следующий шаг.

– Зачем мы вообще пытаемся копать под этого человека? – раздраженно выдохнула Парвин. – Какая вообще разница? Просто сделаем это ради денег.

– Знаю. И делаю, – поколебавшись, ответил Салим. – Деньги мне правда нужны.

– Мне тоже, – сказала она, заковывая его запястье хваткой своих пальцев.

Салим благосклонно ухмыльнулся.

– Стыдно признаться, – произнес Фарид, – но мне бы тоже деньги не помешали. СМИ разбиты в пух и прах, а мне нужно отсылать деньги сыну в США на оплату студенческого общежития. Мы потратили почти все сбережения на постройку нового офиса для издательства Долли.

– Дети зачастую такая обуза, – сказала Парвин. – Слава богу, у меня нет собственных. Конечно, время, проведенное с Сабин, показало мне, что все же стоило в свое время их завести.

Обычно ей было сложно скрывать, как ее тяготит, причем во всех отношениях, необходимость приглядывать за Сабин. Но сейчас Парвин подавила порыв сказать Салиму, что его дочь доставляла ей исключительно неудобства. Поддайся она искушению, и хрупкое взаимопонимание, едва установившееся между ней и бывшим женихом, оказалось бы под угрозой. А она уже не хотела терять второй шанс на отношения с человеком, которого никогда не переставала любить.

– А для чего тебе деньги? – спросила она Салима, ожидая услышать эмоциональный рассказ, который пленит ее сердце еще больше.

– Мне н-надо оплачивать расходы… – запинаясь, произнес он.

Парвин недовольно скривилась, гадая, стоит ли надавить сильнее. «С чего это он вдруг уклоняется от ответа?»

– Ты права, Пино, – сказал Фарид. – Было глупо пытаться разузнать что-то о Наранге. Ведь нам всем просто нужны деньги.

– Давайте сделаем вид, что поддались гипнозу, – заговорщицки произнес Салим. – Скажем ему то, что он хочет услышать.

– Боюсь, что Долли не станет ему подыгрывать, – возразила Парвин. – А что, если он ее и правда загипнотизирует? Что мы тогда?..

– Гипнотерапия – это просто фокусы, Пино! – перебил Салим, успокаивающе потирая ее плечо ладонью. – У него ничего не выйдет. Я в этом уверен.

От прикосновения его пальцев к ткани ее кафтана сердце Парвин затрепетало от радости. Опасаясь выдать себя, она кивнула Салиму, поспешно взяла со стола свою чашку и отпила глоток.

* * *

Прежде чем Наурин успела войти на кухню вслед за Сабин, Асфанд утащил ее к лестнице. Ее рассердило, что муж устроил на нее засаду, к тому же Би Джаан пока могла рассказать Сабин о запертой Сорайе. Однако хозяйка дома сохранила спокойствие.

– Что такое? – спросила она с надменной ухмылкой.

– Нури, – прошептал он, – почему меня попросили пройти гипнотерапию?

– Асфанд, не я решала, кого будут гипнотизировать, – сказала она как можно миролюбивее, – а Назия.

– Надо было мне сразу сказать! – раздраженно бросил он. – Это какой-то абсурд, Нури!

Наурин цокнула языком. «По третьему кругу скоро пойдем», – подумала она.

– И почему тебя от гипнотерапии избавили? – недоверчиво поинтересовался он. – Когда ты успела ее пройти? Удивлен, что ты мне ничего об этом не сказала. С чего бы тебе держать это от меня в тайне?

– Асфанд, ты ведешь себя неразумно. У меня нет времени на твои истерики. Я делаю это ради сестры. От тебя прошу лишь содействия.

С этими словами она спустилась по ступеням и наконец вошла в кухню, где Сабин и Би Джаан весело болтали, как раньше, еще до отъезда дочери Назии. Улыбка на морщинистом лице Би Джаан шокировала Наурин. Неужели экономка все же поборола свои страхи относительно безопасности Сорайи? Или просто таким образом прячет боль? Наурин не могла понять. Атмосфера, царящая на кухне, напомнила ей о счастливых деньках из детства Сабин, когда их мирок еще не познал страданий. «Как все успело так сильно измениться? – подумала Наурин. – Где мы свернули не туда?»

Грязнейшая дружба

– Это разве не служанка, подававшая нам чай?! – панически воскликнула Долли, увидев с порога комнаты Назии Сорайю, лежащую на кровати. – Что с ней стряслось? Почему она в постели? Она получила травму или ей стало дурно?

– Не волнуйтесь, – успокаивающе понизил голос Салман. – Сорайя согласилась помочь нам с гипнотерапией.

– Вот как?.. – недоверчиво протянула Долли. – Удивлюсь, если она вообще знает, на что подписалась.

– Назия посчитала, что ее присутствие в комнате нам поможет, – ответил он, с пугающей легкостью опуская свое тело в кресло-качалку. – Увидите.

Сбитая с толку убедительностью его тона, Долли зыркнула на него и прошла в комнату осторожным шагом, не сводя глаз с Сорайи. На безмятежное лицо девушки упала прядь темных волос. «Что-то не так», – подумала Долли, разглядывая ее издалека. Инстинктивно ее взгляд сполз на грудь Сорайи, и она облегченно ахнула, когда осознала, что девушка дышит.

– Ох, совсем забыла! – сказала Долли, подбирая полы своего сари. Затем подняла ногу и сняла сандалии, которые оставила у двери. – Назия ненавидела, когда люди заходили в ее спальню в