Зелёный (СИ) - Абрамов Владимир "noslnosl"

«Ты меня слышишь?»

Поскольку первой реакцией Игоря был шок, от которого он впал в ступор, то ответа кошкомужик не добился.

«Мы пришли с миром. Мы хотим поговорить с тобой. Если ты слышишь мои мысли, то ответь. Пошли мне хоть какие-нибудь образы».

На этом кошкомужик не остановился. Он попытался проникнуть глубже в сознание Игоря. Тот не думал и даже предположить не мог, что продвинутая окклюменция ему может понадобиться так скоро. А ведь он до её практики ещё не дошёл, едва начал осваивать основы.

Менталист был близок к тому, чтобы проломить естественную ментальную защиту, которой обладает каждый разумный. Защиту мага, даже такого слабого, даже если он дуб дубом, пробить без волшебной палочки сложно. Во всех учебниках по ментальной магии говорилось, что полноценно проникнуть в сознание мага можно лишь с помощью волшебной палочки. Без неё же максимум получатся слабые внушения и считывание поверхностных мыслей. Реальность перевернула все знания волшебников о менталистике вверх дном. Кошкомужик без волшебной палочки и невербально уже практически прорвался через естественную защиту.

Нужно было срочно возвести окклюментный щит. Игорь судорожно вспоминал, как это делается. Следовало выпрямить спину и ощутить струну внутри себя. С этим он уже справился за неделю начальных практик, за исключением спины. Дубу её сложно выпрямить из-за отсутствия оной. А вот «струну» внутри себя он ощущал. Вернее, у него это была не струна, а множество канатов и нитей, которые шли от корней и расходились по ветвям.

Далее Рей Джикинс, автор учебника по защите сознания, рекомендовал превратить свои мысли-струну в вибрации. Игорь представлял себе это как частоту работы компьютерного процессора. Он визуализировал, будто его сознание в виде канатов и нитей начало вибрировать с частотой три целых четырнадцать сотых гигагерца. Суть этой методики заключается в том, что легилимент не знает, с какой частотой «вибрирует» сознание окклюмента. И хотя ему наверняка будет известна эта методика, ведь учебники в Хогвартсе одни для всех, но ему будет сложно подобрать нужную частоту. Для продвинутых окклюментов рекомендовали постоянно менять частоту вибраций, но до такого новичку далеко. Игорь был рад, что хотя бы начальную защиту удалось активировать.

— Ш-ш-ш! — зашипел и поморщился псион, и попытался схватиться за голову, но ему помешал прозрачный купол шлема.

Атака на разум Игоря тут же прекратилась.

— Тварь! — со злостью выдал кошкомужик.

— Господин Мыр, с вами всё в порядке? — обеспокоился профессор Мурр. — Что произошло?

— Эта тварь поставила пси-защиту!

— Простите, господин Мыр, но разве пси-защита действует не во время попыток проникновения в разум? — нахмурился профессор.

— Так и есть.

— Но у нас задача вступить в контакт с этим уникальным растением, — в тоне профессора прорезались рычащие нотки. — Не вламываться в его разум, а вступить в контакт! Вы мне так всю научную работу уничтожите. Что за самодеятельность? Я буду жаловаться вашему руководству.

— Заткнись, старик, — резко огрызнулся Мыр. — И без тебя голова раскалывается. Где вы нашли коштово дерево-псиона? Какого кошта меня не предупредили, что оно псион?!

— Оно псион? — удивился и одновременно обрадовался профессор Мурр. — Оно, конечно, пси-активно, но чтобы было псионом… Невероятно! Значит, оно не только разумное, но ещё и псион! Потрясающе! Шипелка, что с показателями?

— Эм… — она покосилась на голограмму, которую проецировал её коммуникатор, закреплённый поверх левого рукава скафандра. — Ментальная энергия объекта выросла на два пункта и равна тридцати трём единицам в пике.

— В пике? — профессор вывел показатели со своего коммуникатора. — Ого! Наблюдаются частотные помехи. Или это не помехи? Мр-р… Точно не помехи. Ментальные показатели объекта колеблются от единицы до тридцати трёх единиц с частотой три целых и четырнадцать сотых гигагерца. Это поразительно. Это… — его глаза широко распахнулись. — Это же число Пи! Да, всего лишь крайне грубое его исчисление. Но стоит учитывать, что нам выдали его в виде частоты колебаний ментальной активности, что, как я полагаю, сделать весьма непросто. По крайней мере, я о таком никогда не слышал. Дерево с нами пытается связаться и демонстрирует свою разумность. Ведь знание математики недоступно неразумным существам. Великая вселенная! У нас получилось! Первый контакт, и столь удачный. Нужно развивать общение. ОБЩЕНИЕ! — сурово он шевельнул вибриссами при взгляде на сотрудника спецслужб, которого с трудом сумел выписать для университета. — Вы понимаете, господин Мыр? Не взлом сознания, как вы привыкли на своей работе.

— Мр… — раздражённо выдохнул он. — Не нуди, дедок. Я профи. Общение, так общение.

Пока сполоты общались, Игорь успел успокоиться.

«Какого чёрта я паникую? Подумаешь, решили инопланетные разумные коты со мной поговорить. Вполне нормальное желание для инопланетян, похитивших волшебное дерево. Если на земле магов хоть граблями собирай, то почему их не должно быть у инопланетян? А использовать менталиста для разговора с представителем инопланетной флоры вполне разумный выход. Языка я их не знаю, говорить не умею. Так, Игорёша, успокойся. Как только менталист снова начнёт диалог — вступай в контакт. Конечно, если он в сознание ломиться не будет».

«Ты меня слышишь?»

Псион не стал пробиваться сквозь блок, а как ему и сказали, попытался установить контакт. Снова.

«Слышу. А ты меня?»

«Наконец! — в мыслях псиона чувствовалось облегчение».

— Он ответил мне, — обратился он вслух к профессору.

— Он?

— Объект ваш.

— И что он сказал? — обрадовался Мурр.

— Что слышит меня. И спросил, слышу ли я его. Итак, что мне ему сказать?

Дальше псион выступал в роли переводчика. Он говорил профессору то, что сказал ему Игорь, а затем передавал ему ответ Мурра.

«Я слышу тебя, — ответил Мыр».

«Кто вы такие и почему похитили меня?»

«Мы сполоты».

«Сполоты? Это ваше самоназвание? Мне сложно представить цепочку эволюции, которая заставила бы котов стать прямоходящими и развила у них разум. Ведь коты изначально хищники. Зачем хищнику разум, если ему и так неплохо?»

«Ты знаешь об эволюции?! — передал Мыр удивление профессора».

«Знаю. Ещё у нас, разумных Земли, считается неприличным отвечать вопросом на вопрос, избегая ответа. А у вас?»

«У нас тоже. Наша раса появилась в результате экспериментов Древних. Некогда на просторах нашей галактики жили разумные, которые достигли невероятного уровня развития технологий. Они меняли расположение планет и делали из безжизненных «шариков» пригодные для жизни планеты. Они ставили эксперименты, в результате которых появилось несколько разумных видов, среди которых в том числе сполоты. А как появился ваш вид? Тебе об этом известно?».

«Эволюция. Мои сородичи появились на свет в процессе долгой эволюции, которая началась почти четыре миллиарда оборотов моей планеты вокруг светила назад. Зачем вы меня похитили?»

«Мы тебя не похитили. Это была научная экспедиция, которая собирала образцы растений и животных».

«Ты назвал одно и то же разными понятиями. Если бы в качестве образца выступали вы, а в качестве ученого я, то разве это не было бы для вас похищением?»

— Профессор Мурр, — обратилась к нему студентка, — а ведь мы действительно похитили это дерево. И как вы собираетесь ему объяснить это?

— Никак, — отмахнулся он. — Это наука, милочка. М-р-р… Если бы я каждому объекту исследований что-то объяснял, то так и остался бы стажёром.

— Старик, мне нужно что-то ответить этому ископаемому топливу, — устало морщился от накатываемой головной боли псион. — Или мы на сегодня закончили?

— Нет-нет, — тут же возразил Мурр. — Скажите ему…

«Наши учёные не знали, что ты разумное существо. Они собирали образцы неразумной флоры и фауны. Лишь сейчас стало понятно, что ты разумный. К сожалению, назад отыграть не получится».