Как пламя костра - Карен Смит

— Только не говори об этом в прошедшем времени, ясноглазка. Еще ничего не кончилось.

И в самом деле, все повторилось в самом скором времени. Дарси вновь достигла пика наслаждения, но не раньше, чем Сет покрыл поцелуями все ее тело, узнал каждый его уголок, каждую впадинку, каждый изгиб. Он поощрял тот же процесс познания со стороны Дарси, пока она не изучила его тело с жадностью и страстью, пока не узнала, где он каменно тверд, а где бархатно мягок. Оба они были разгоряченные, покрыты испариной, а когда наконец тела их слились, это было лучше, чем она могла вообразить себе даже в самых смелых мечтах.

Сет лежал рядом с Дарси. Ему так и не удалось уснуть, когда ночь любви закончилась, и это при том, что продолжалась она почти до утра. Он раздумывал над тем, что все обернулось не так, как ожидалось. И раздумья эти не давали ему заснуть.

Дарси спала. Она льнула к нему так, словно они стали единым целым. Ее голова покоилась на его плече, ноги Дарси закинула на его бедро. И порой произносила во сне его имя. В спальне еще витал запах их страсти, и все в этой пылкой, нежной и милой девушке волновало Сета: аромат волос, тепло кожи, тихое дыхание. Бог знает почему, она волновала его и тогда, когда желание физической близости было удовлетворено. Но главное, ему хотелось оберегать ее покой, хранить ее, как внезапно найденное сокровище. Это началось в тот момент, когда он оказался свидетелем ее разговора с Брэдом Уинстоном и его угроз.

Почему он так странно относился к Дарси? Он не считал ее слабой женщиной и знал, что она вполне могла постоять за себя. Но вопреки этому он желал стать ей опорой, оберегать ее и защищать.

Он лежал и думал, не понимая, почему не собирается и не уходит. Он мог бы это сделать, осторожно покинув постель, чтобы не разбудить Дарси. Но ему было необходимо увидеть, как она просыпается, быть в этот миг рядом с ней. Сет не понимал этой потребности, впервые в жизни не понимал себя.

Он неловко повернулся и разбудил Дарси.

— Доброе утро, — сказала она, открыв глаза и улыбнувшись ему, потом провела ладонью по его телу.

— Ничего не получится, — сказал Сет прямо. — Презервативы кончились.

Дарси отдернула руку. Улыбка исчезла с ее губ, зато во взгляде появился упрек.

— Я ни о чем таком и не думала! Я только хотела до тебя дотронуться… — Заметив его иронически приподнятую бровь, она вздохнула. — Ну хорошо, хорошо, я хотела не только дотронуться! Но ты молодец, что предупредил. Меньше всего мне хочется снова забеременеть по неосторожности.

Эти слова обрушились на Сета как удар молота, и ему показалось, что он вообще не знает, кто с ним рядом.

— Что значит — снова забеременеть? У тебя есть ребенок?

— Нет, что ты!

— То есть ты сделала аборт?

— Да нет же!

— Тогда в чем дело? Говори! — скомандовал Сет, не замечая, как изменился его голос, каким стал напряженным и резким.

Дарси посмотрела на него так, словно собиралась послать в пекло, но потом как будто передумала.

— Когда Гэри меня бросил и вернулся в Нью-Йорк, я узнала, что беременна. Через полтора месяца я потеряла ребенка. Выкидыш.

— И этот негодяй даже не соизволил навестить тебя, хотя и знал, что ты в таком положении! — возмутился Сет.

Он был не то чтобы обижен ее скрытностью, просто не мог понять, почему Дарси не рассказала ему о своей беременности.

— Гэри ничего не знал. Я не стала сообщать ему.

Сет во все глаза уставился на нее. Как? И это была Дарси — женщина, которую он недавно назвал совершенством за ее прямоту и честность?

— Постой, постой! — Он помотал головой, стараясь привести мысли в порядок. — Ты хочешь сказать, что утаила свою беременность от отца будущего ребенка?

— Моего ребенка!

— Чтобы возникла новая жизнь, нужны двое, и права их равны.

— А кто ты такой, чтобы судить меня?!

Ну вот, теперь она дала ему понять, что он случайный человек в ее жизни и сует нос не в свои дела!

— Ты планировала лишить мужчину отцовства, а я потратил много лет жизни на борьбу за равные права отцов. Вот почему я могу судить тебя! — бросил Сет, даже не пытаясь скрыть презрение.

Судя по тому, как засверкали зеленые глаза Дарси, она была вне себя от гнева. Это заставило Сета взять себя в руки, но у него внутри все кипело. Когда простыня нечаянно соскользнула с груди Дарси, она яростным движением рванула ее на себя.

— Гэри хорошо проводил со мной время целое лето! Он был неглуп и понимал, что я никогда не пойду на отношения без любви, а потому притворился влюбленным. Я ему поверила, я всерьез думала о будущем, о семье и о детях. Более того, я не раз заводила на эту тему разговор, но Гэри неизменно отвечал, что дети не входят в его жизненные планы. Я не могла этого понять до самого нашего разрыва — до того дня, когда он сказал мне, что возвращается к женщине, на которой всегда хотел жениться. Он не просто дал мне понять, что не любит меня и никогда не любил, он сказал мне об этом прямо. Что заставляет тебя думать, будто ему был нужен наш ребенок?

— Он имел право сам сделать выбор, — сказал Сет ровным голосом, и на его лице появилось бесстрастное выражение — прием, который не раз помогал ему в суде оказать давление на свидетеля. — Ты навредила не только ему, но и себе, приняла решение за вас двоих: находясь в стрессовой ситуации, ты потеряла ребенка. Этого могло и не случиться.

Его слова, как судебный вердикт, многократно повторились в сознании Дарси, и на лице ее отразилась вся боль, которую они ей причинили. Сет встретил ее взгляд — взгляд раненого оленя — и проклял себя за то, что произнес эти слова. Через несколько мгновений его уже не было в спальне.

Дарси уронила руки и некоторое время сидела, сотрясаемая нервной дрожью. Она снова была одна и снова брошена. В самом страшном кошмаре ей не могла привидеться такая реакция Сета… Нет, неправда! Она с самого начала опасалась, что так и будет, потому и не решалась открыть ему свой секрет. А если бы она не ждала так долго? Было бы все иначе? Возможно. Как могла она ждать от Сета полной откровенности, если сама не была с ним до конца откровенной? Должно быть, он чувствовал себя обманутым…

Если не выяснить отношения сейчас же, немедленно, если не задать все эти вопросы, другого случая может и не представиться. Она выбралась из постели, надела свой самый длинный и закрытый халат и туго стянула его поясом. На лестнице она остановилась и прислушалась: из кухни доносились какие-то звуки. Туда она и направилась.

Сет готовил кофе. Он надел только брюки, его торс был обнажен. Вопреки размолвке сердце Дарси переполнилось любовью. Она не знала, как начать и даже как привлечь к себе его внимание, а потому так и стояла на пороге в нерешительности. На миг ее охватило желание бесшумно отступить и укрыться в спальне. Пришлось напомнить себе, что не в ее привычках избегать решения проблем, как бы они ни были сложны.