Открыта вакансия телохранителя - Наталья Бульба

Получила честно заработанные непосильным трудом деньги, мило попрощалась, получив свиток с очень благоприятным отзывом и, поцеловав в лоснящуюся щеку, направилась к выходу, в стремлении как можно скорее покинуть его гостеприимный дом.

Увы, с первой попытки мне это не удалось. Дверь оказалась заперта, а в спину прозвучало предложение, от которого мне пришлось решительно отказаться. Оставаться с ним до его последнего вздоха, которого, несмотря на его возраст, ждать пришлось бы еще очень долго, у меня не было никакого желания. Ведь меня ждало совершенно иное будущее.

Да и… Я всегда предпочитала быть единственной, а внешность моего будущего суженного представлялась мне более привлекательной.

Мои аргументы на него не подействовали и в ход пошли мечи и кинжалы. Пришлось показать все, чему меня учили не один год. И зарабатывать свою свободу пусть и не горами трупов за спиной, остальная охрана к тому времени относилась ко мне более чем лояльно, но, уворачиваясь от множества тяжелых и не очень предметов, что летели в мою сторону. Сопровождаемые обвинениями в том, что я никак не понимаю собственного счастья и обещаниями решить вопрос моего возвращения более кардинальными способами. То есть, силой. Грубой и физической.

Короче, расстались мы крайне эмоционально. Что более чем обеспечивало мою надежду на приятные воспоминания. О прошедших событиях. Хотя бы у меня.

А спустя какое-то время, когда я, как и предполагала, светло улыбалась, вытягивая из памяти эти похождения, поздним вечером в мою квартиру на Земле ввалился задыхающийся от хохота братишка. Который сквозь всхлипывания и рассказал, как тот самый торговец искал наемников, чтобы найти и выкрасть меня. И добрался каким-то образом до демонов полукровок. Те же, будучи наслышанными о моих проказах, свели его…. С Радмиром.

Не знаю почему, но, в отличие от брата, мне было грустно. Может, именно потому, что это был единственный мужчина, который ради обладания мною был готов на решительный поступок.

Так что, выдавая эту историю за свою легенду, я испытывала двоякие чувства. А уж уточнения Карима… И вовсе не способствовали моему радостному настроению.

Не могу сказать, как скоро я начала бы огрызаться, если бы наша беседа продолжилась еще некоторое время в том же направлении, но вероятная засада, о которой меня предупредил Васька, оказалась весьма кстати. Чтобы избавить меня от излишнего любопытства. И возможного усиления подозрений. Все-таки, любое упоминание о демонах вызывало у Элизара состояние чрезмерных раздумий.

Мы приблизились к злополучному повороту. Кстати, поваленное дерево не смотрелось подозрительно. Одинокие деревья нет-нет, да стояли вдоль дороги. А в это, к тому же, довольно давно ударила молния. Ствол раскололся и, одна его половинка, вполне могла обломиться. Тем более что той памятной ночью, после нудного и мелкого дождичка, поднялся довольно сильный ветер, который разогнал тучи и вполне мог стать причиной этого препятствия.

И если бы не магический след, настолько слабый, что ни маг, ни тем более я, проезжая мимо, вряд ли бы могли обратить на него пристальное внимание, но который удалось почувствовать моему питомцу, все эта картина не вызвала бы ни у кого никаких неприличных мыслей.

Первым моим побуждением было послать лошадь вперед и прикрыть Элизара от открывающегося портала. Вот только существовала очень большая вероятность того, что маяк настраивали именно на него, а не на любого, кто окажется в непосредственной близости. И ни пустынная дорога в обе стороны и насколько видит глаз, ни уверенность в том, что прибывший курьер имеет ко всему этому непосредственное отношение, не уменьшали этой возможности.

Пришлось, наобещав кучу лакомств из списка самых любимых, уговорить Ваську перебраться на плечо графа. Получив в ответ удивленный взгляд от него и загадочную ухмылку от Карима. Который, как мне все более и более казалось, не имел бы ничего против более близких отношений. Между мною и своим бывшим воспитанником.

Не знаю, какие планы и зачем строились при этом под его густыми бровями, но намеки в мой адрес становились все более прозрачными.

Одно было плохо. Меня при этом никто не спросил. Хочу ли я этого.

А то бы я ответила. Да. Хочу. Но не так быстро. Я, все-таки, барышня утонченная. И душа моя просит цветов, прогулок под луной, танцев до рассвета, красивых слов. Да мало ли чего она еще хочет?!

Но, как говорится, все еще не судьба.

Потому что не успеваю я спешиться и передать повод Кариму, как мой подопечный уже делает шаг в направлении фонящего кристалла. Вспышку открывающегося портала я раньше ощущаю, по тому, как мои собственные силы реагируют на пространственную магию, чем вижу, как серым обрисовывается темный провал.

Васька, издав тонкий и звенящий звук, что свидетельствует о его готовности броситься в атаку, слетает с плеча мага. А я, в прыжке, довольно грубой подножкой — а как иначе можно было справиться с этой горой мышц, — сбиваю своего господина с ног и падаю сверху. Успев поморщиться от представления того неприятного ощущения, что должно сопровождать соприкосновение его тела с мелким щебнем дороги.

Потому что правильные мысли в моей голове появляются, как обычно, в самый последний момент.

Никто, кроме моего семейства не знает, что в моих извращенных способностях есть стабильная составляющая. И это имеет отношение именно к переходам — любым. Мне доступны даже межмировые порталы. При наличии мощного накопителя. А уж короткие переходы для меня, что игра в классики. Так вот, то, что формируется перед моими глазами, выглядит как короткий переход. Когда точки входа и выхода находятся в поле видимости мага, что его осуществляет. Но тарагор не чувствует здесь других магов, кроме нашего собственного. И тогда остается лишь одно: система порталов. От маяка к маяку. И первый из них работает как ловушка, настроенная на определенную добычу.

И никакого нападения на нас не будет. Некому нападать. Те, кто все это приготовил, находится слишком далеко, чтобы мы могли отследить хотя бы отзвук их присутствия.

Граф подо мной пытается сопротивляться, сбрасывая мое тщедушное тело со своей туши. Не понимая, почему я не даю ему кинуться на ожидаемого противника.

И как прикажете мне с ним бороться, пока Васька, вытягивая магию, разрушает заклинание, если его килограммы в два раза больше, чем мои. И стоит мне только позволить ему ухватить меня удобнее: лететь мне и лететь. Птичкой бескрылой. Над дорогой. Полями. Покуда не шмякнусь где-нибудь в придорожную грязь. И это за все мои старания!

Нет, так долго продолжаться не может. Приходится применять запрещенные приемы. И я, ужом переместившись несколько повыше того места где была, решительно накрываю его губы своими. Вкладывая в это все свои женские способности и имеющийся в наличие опыт. Он еще пару мгновений пытается подо мной трепыхаться, то ли продолжая рваться в бой, то ли возмущаясь тем, что инициатива исходила не от него. Но постепенно его зрачки, напротив, становятся шире. Сердцебиение учащается, доказывая, что выбранный мной метод защиты, через нападение, оказался весьма удачным.