Имя – Смерть - Анна Малышева

Им с Серегой нужна была девушка. Не для занятий сексом – нет, для этого не стоило бы затрачивать столько усилий. Иван давно придумал ход, с помощью которого они могли бы выслеживать и ловить клиентов. Иного клиента трудно выманить в нужное место в нужное время. Приходится следить за ним, изучать его маршрут, бегать по пятам, пока не поймаешь на мушку… Да еще личную безопасность соблюдать. Многие из их клиентуры охотно посещали ночные клубы, казино. И можно запускать туда незнакомку симпатичной наружности. Свою девицу, подсадную утку. Она бы цепляла клиента и выводила его под выстрел, потом исчезала. Конечно, Иван прекрасно понимал, что век такой подсадной утки будет недолгим. Скорее всего ее быстро засекут – особенно с такой внешностью, как у Алии. Слишком уж бросается в глаза. Но с другой стороны, о безопасности девушки он не слишком заботился. Нужна была такая девушка, у которой не было бы никаких сильных знакомств, заботливых родственников, не было бы даже любовника в Москве, который мог бы за нее заступиться. Алия подошла бы идеально. Серега давно знал о его плане, но не одобрял его.

– А если девчонку засекут – где гарантия, что она нас не выдаст? – спрашивал он, когда Иван в очередной раз доказывал ему преимущества своего плана.

– Гарантий быть не может. Но ты только подумай – что ей смогут предъявить? – втолковывал ему Иван. – Ну, встречалась в казино с богатыми мужиками, ну, приглашала их к себе… Ну, что еще?

В крайнем случае – обвинят в проституции. Но вот что она наводчица – это еще доказать надо.

– А она сама расколется.

– Ни фига! Менты ничего ей инкриминировать не смогут. А я ей пообещаю пулю, если проговорится.

– И чего ради она станет на нас пахать?

– Она будет падать в долю, – невозмутимо пояснил Иван. – Тебе что – денег жалко? Зато работать будет полегче.

– Ну, как знаешь. Если найдешь такую, которая согласится на все, попробуем. Но я бы воздержался! – всегда отвечал недоверчивый Сергей.

На том эти разговоры обычно и кончались. И вот Иван вроде бы нашел вариант… И вариант этот так позорно сорвался. Хуже того – его машина как-то привязана к убийству телевизионщика. К заказному делу! Хуже быть не может!

Иван пересчитал деньги, которые были при нем.

Три тысячи долларов и еще мелочь. Конечно, немало. Но и не так уж много. Сколько он ни зарабатывал, не удавалось отложить порядочную сумму.

А теперь еще неизвестно, как долго он не сможет работать. На сколько ему хватит трех тысяч?

Основные капиталы хранились у Сереги. Он обычно брал на себя труд снять квартиру, найти клиента, взять у него аванс и оружие. План разрабатывали сообща. Друг за друга не прятались. Но как-то повелось, что Иван шел номером вторым там, где требовались организаторские таланты. И выходил на первый план, когда требовалась сила и ловкость. Хотя в этом приятели друг другу не уступали. У Сереги, как прикинул Иван, должно было оставаться около восьми тысяч долларов. В Эмираты он их с собой не брал – оставил у бабки, которая жила на Дмитровской. Бабка из дому не выходила и в дом никого, кроме Сереги, не пускала. Свою единственную дочь Валентину – Серегину мать – она на дух не выносила, считала, что дочь ждет ее смерти. А вот внука любила. Бабка брала на хранение деньги, которые Серега всегда тщательно упаковывал в пластиковый пакетик и наглухо заклеивал скотчем. Сперва ребята скрывали от бабки, что находится в свертке, потом как-то перестали делать из этого тайну. Бабка относилась к заданию очень ответственно и постоянно перепрятывала пакетик на новое, более надежное место. Одного только ребята ей предпочитали не сообщать – сколько там денег.

– Мне кажется, она его распаковывает, а Потом обратно заклеивает, – вздыхал Серега. – Правда, деньги оттуда не пропадают…

– Она никому не скажет? – беспокоился Иван.

– Да кому ей говорить? Матери ни за что не проговорится. И потом – я же ее предупреждаю: «Бабань, храни сверточек, если потеряешь или повредишь – мне конец и тебе тоже не поздоровится».

Знаешь, как она его охраняет?!

Итого, в общей сложности они на этот день владели одиннадцатью тысячами. Машина у них была одна на двоих. И как раз та, что сейчас проходила обследование в милиции. Собственных квартир у ребят не было. Все, что они зарабатывали, спускали как-то в одночасье, экономить не умел ни тот ни другой.

Иван впервые призадумался: а что ждет их в будущем? Лет им уже немало. Двадцать девять, тридцать – все-таки солидный возраст. Приходится задуматься, где жить, с кем жить, чем заниматься. Сколько они еще продержатся на плаву со своим нелегким и опасным делом? Слава Богу, пока они еще не известны ни мафиозным кругам, ни милиции. Их никто не поймал за руку, никто не предъявил счет за убытки…

Они работали практически на всех территориях, принадлежавших московским мафиозным группировкам, и ни с одной группировкой не вступали в конфликт. О них просто никто не знал. Еще проще было с «выездами на места». Там Иван не успевал примелькаться – исчезал сразу после дела. Да, пока им везло… На их счету было уже более двадцати жертв.

Стало быть, они заработали тысяч сто пятьдесят долларов – ведь поначалу они брали дешевле, чтобы не отпугнуть заказчика… И где эти деньги?

Иван потянулся было к телефону. Ему хотелось позвонить Сереге, поговорить с ним. Они договорились, что Сергей для начала поедет к своей бабке.

Потом до него дошло, что Серега еще едет в Москву – никак бы он не мог добраться до дома в такой ранний час. Иван поставил чайник, отдернул штору, посмотрел на мутный утренний пейзаж…

В дверях кухни появилась сонная Танька, вытаращила глаза:

– Ты уже встал?! – Потом она увидела разложенные по столу доллары и остолбенела:

– Это все твое?

– Мое, – процедил Иван. – Сколько тебе надо на хозяйство?

– На месяц?

– Ну, пусть на месяц.

– Давай долларов триста… – неуверенно попросила она.

Он отсчитал ей четыреста, и пачка заметно уменьшилась. Танька взяла деньги, но не исчезла. Было видно, что ей до смерти хочется его о чем-то спросить, и он догадывался, о чем будет вопрос. «Вань, а кем ты работаешь?» Ох и донимают его этим вопросом…

Но Танька была хороша как раз тем, что не задавала лишних вопросов. Она поцеловала его и пошла умываться. За завтраком она щебетала про то, как поедет сейчас в училище, как потом заберет из дому свои вещи. Надо бы поехать туда, когда родителей нет, потому что иначе они ее сгрызут.

– Вань, – протянула она. – А может, купим телевизор?

– Обойдемся, – отрезал он.

– Ну, хоть магнитофон, а?

Он вдруг вспомнил о музыкальном центре. Черт, они забыли его в последней квартире на «Соколе»!