Тринадцатый час - Ричард Дейч

Он быстро прошел мимо нее к шкафу.

— Расскажи мне еще раз, почему тебя не оказалось в самолете?

— Ты уходишь от ответа.

Скинув полотенце, Ник поспешно надел трусы и джинсы. К своему удивлению, он обнаружил на комоде свой бумажник. Его забрала полиция в девять вечера, но сейчас, четырьмя часами раньше, он лежал там же, где и большую часть дня, прежде чем Ник взял его в половине шестого, чтобы посмотреть номер кредитной карточки. Стряхнув с себя наваждение, он с крайне серьезным видом повернулся к жене.

— Джулия, мне нужно знать, почему тебя не оказалось в том самолете.

Она несколько мгновений не отводила от него взгляда, но наконец сдалась.

— Сегодня утром я села в самолет — мне нужно было в Бостон на короткую деловую встречу. Мы разговорились с моей соседкой по креслу, очень приятной пожилой женщиной. — Джулия помолчала, вдруг поняв, что с той случилось, и ее раздраженный тон сменился грустью. — Ее… ее звали Кэтрин, и она летела навестить своего больного мужа. Она этого не говорила, но я думаю, что он был при смерти. И, несмотря на все ее невзгоды, на всю боль, она с искренним интересом расспрашивала обо мне, о моей жизни. У нее были такие красивые зеленые глаза…

Джулия снова помолчала, потом смахнула слезы. Ник мягко погладил ее по щеке и слегка обнял. Супруга всхлипнула.

— Все эти люди… они все сидели в том самолете с такой надеждой во взгляде, — сказала Джулия срывающимся голосом. — Они летели к друзьям и родным, в деловые поездки, из которых обещали детям побыстрее вернуться, в отпуск. Никто и представить не мог, что вскоре все они…

— Джулия, — мягко сказал Ник, пытаясь вернуть ее к реальности. — Почему ты сошла с самолета?

— Из-за кражи, — она посмотрела прямо на него.

— Кражи? Какой кражи?

Отодвинувшись от Ника, Джулия ушла в ванную и вернулась с салфеткой, вытирая глаза.

— На Мэйпл-авеню есть большой колониальный дом, который называют Вашингтон-хаус. Он принадлежит человеку по имени Шеймус Хенникот. Его семья владела этим домом в течение трех поколений. Ему самое меньшее девяносто, так что, как ты сам понимаешь, он довольно стар. Снаружи дом обшит белыми досками в стиле Новой Англии, с черными ставнями, крыша выложена деревянными плашками…

— Я знаю этот дом, Джулия, — сказал Ник, пытаясь ее поторопить.

— Ну так вот, это не просто некий остаток колониальных времен. Вся его внутренность перестроена и усилена бетоном и сталью. Хотя это дом Хенникота, там находится не только его офис, но и большой склад в подвале.

— Склад чего?

— Хенникоты являлись клиентами конторы «Эйткенс, Лернер и Айлз» с 1886 года. Дед Шеймуса, Иэн Хенникот, был богатым ирландским бароном и производителем виски, а также поставщиком военного антиквариата и владел коллекцией экзотического оружия со всего мира — украшенные драгоценными камнями кинжалы из Шри-Ланки, сабли из Турции, катаны из феодальной Японии, китайские пики, английские и испанские мечи эпохи рыцарей. Это его настоящая страсть. Он коллекционировал пистолеты и ружья с замысловатыми гравировками. Удивительное противоречие — изящное и красивое оружие, единственным предназначением которого была смерть. Вкусы сына Иэна, Стивена Фрэнсиса, были чуть более традиционными. Он собирал предметы искусства и старины, ювелирные украшения и скульптуры. А его сын, Шеймус, больше склонен к благотворительности. Он готов предоставить некоторые предметы из коллекций во временное пользование музеям по всему миру, но всегда отказывался их продать. Не уверена, помнишь ли ты, но несколько лет назад мне поручили не только вести дела Хенникота, но и назначили его доверенным лицом. Меня должны извещать каждый раз, когда сработает система охраны в доме на Мэйпл-авеню.

— Значит, пока ты ждала взлета, тебе позвонили? — в замешательстве спросил Николас.

— Ну, не то чтобы позвонили, — улыбнулась Джулия. — Но да, пришло текстовое сообщение.

— И что там украли?

— Бархатный мешочек с двумя с лишним сотнями бриллиантов, четыре золотых меча и две серебряные рапиры, три сабли, пять украшенных драгоценными камнями кинжалов, три револьвера с золотыми накладками и патроны с серебряными пулями для них. Всего на двадцать пять миллионов.

Ник слушал каждое слово, все больше убеждаясь, что будущая смерть Джулии на сто процентов связана с тем, что она только что рассказала.

— И что ты сделала, после того как сошла с самолета?

— Отправилась прямо туда. Я не была уверена, что это действительно ограбление; думала, что тревога могла оказаться ложной.

— А что полиция?

— Хенникоты не слишком доверяют копам. Процедура такова, что в случае несанкционированного доступа в хранилище сначала нам приходит автоматическое сообщение на телефон и по электронной почте, а затем, если сочтем необходимым, мы вызываем полицию. В соответствии с философией Хенникота, копы стоят лишь на один шаг выше преступников, и кто знает, не набьют ли они себе карманы во время расследования, одновременно показывая пальцами на воров?

— Звучит слегка цинично, — заметил Ник. — Не находишь?

— Скорее эксцентрично.

— Хочешь сказать, это богатый сумасшедший?

— Если б ты был с ним знаком, так бы не говорил. Вероятно, он самый здравомыслящий и любезный мужчина из всех, кого я знала. Когда мне впервые поручили вести его дела, он прислал мне очень доброжелательное письмо. Десятки раз приглашал меня на обед. Он такой обаятельный и умный. Дал мне столько полезных советов по поводу моей карьеры, бизнеса, жизни…

— Мне пора начинать беспокоиться? — шутливо спросил Ник.

— Ну, все-таки он стоит четыре миллиарда с лишним. И для джентльмена девяноста лет от роду он весьма симпатичен. Хенникот не слишком хорошо себя чувствует, уже больше месяца не покидал свой летний дом в Новой Англии. Все считают его загадочной личностью, анонимным жертвователем во многие благотворительные организации. Когда кто-то получает крупные пожертвования и никто не может определить, от кого они, многие думают, что это Шеймус пытается расстаться со своим состоянием.

— Ему известно, что его ограбили?

— Я сразу же ему позвонила, как только увидела, что именно украдено. Я разговаривала с его помощницей, которая сказала, что сообщит ему, но сейчас они слишком заняты другими делами.

Ник на мгновение задумался, а затем встревожился.

— Ты туда заходила? Откуда ты знала, что грабителей там уже нет?

— Ну…

Ее выдало выражение лица.

— Это не входит в обязанности адвоката, ты никогда мне об этом не говорила.

— Он платит нам в виде гонорара двадцать пять тысяч в месяц в дополнение к тем счетам, которые мы ему выставляем. Я никогда не думала, что такое может произойти. К тому же со мной ничего не случилось.