Свадьбы не будет, или Две попаданки вместо одной (СИ) - Лерой Анна "Hisuiiro"

— Ладно, говорить тебе о Летто гадости нельзя. Давай придумаем, что тогда можно? — начала мозговой штурм Ринка. Пока в нашей компании была Немора, стоило добыть как можно больше информации. Иногда княгиня Белого огня отвечала, иногда загадочно улыбалась. Но все же пользы от разговора было много.

— А если писать? — я пожала плечами. — Если просто писать что-то вроде дневника и оставлять его в определенном месте, это будет считаться вмешательством в ухаживания?

— По идее нет, — Немора покачала головой. — Вот только лучше использовать простые листы, а не заметную книгу.

— Прочитает? — хихикнула Рина.

— Нет, сожжёт, — Немора сказала это предельно серьезно, будто подобное вполне реально. И, в принципе, я на секунду представила, как Летто с трудом разбирает мой почерк и читает о себе. Даже неизвестно, кому было бы не по себе больше: мне или самому Летто. Но однозначно он бы вспылил: и тогда прощай дневник.

— Зачем ему что-то жечь? — искренне удивилась Ринка. — Почему-то мне кажется, что прегрешения Летто не настолько ужасные — хамство там или привычка в носу ковыряться. А вот методы, которыми он предположительно попытается их скрыть, чрезмерные, только внимание привлекают. Хотя я достаточно романов прочитала, чтобы понимать: всякие князья и графья — сложно-деланные персонажи. У них без надрыва и жизнь не та…

— Все так и есть, — кивнула ей Немора. — С возрастом это обычно становится менее заметным. Но бывает, что без посторонней помощи от этого недуга не избавиться. К сожалению, мальчик относится к последним. Будто бы в этих записях может быть что-то, чего он за собой не знает! Глупый…

— А как он вообще сможет догадаться, что в дневнике? — озвучила я свои мысли. — Мы же явно не на вашем языке писать будем. Ладно, понимать разговор, но текст…

— А ты попробуй, напиши, — Немора очень быстро нашла в комнате письменные принадлежности: они оказались в одном из ящиков в гостиной, и предложила это все мне.

Я с готовностью расположила на столе лист розоватой бумаги, сжала пальцами неудобную, слишком тонкую ручку или перо, поставила пару точек и цветочек для пробы и начала писать. Воображение не подсказало ничего лучше, как «я помню чудное мгновенье». Текст знакомый, почерк у меня обычный, корявый, как у большинства взрослых людей, которые в последний раз много писали от руки в университете, а с тех пор чаще печатают. И сначала мне определенно показалось, что пишу я на русском кириллицей, все как нужно. Но из-за того, как ахнула Ринка, я решила присмотреться, какие буквы я вывожу, и даже отложила ручку от удивления. С одной стороны, я явно видела привычный мне алфавит, а с другой он иногда превращался в набор кругляшков и запятых с палочками. Последние мне тоже были понятны. И от этого становилось еще страннее.

— Как это так? — я даже для проверки подняла лист к светящемуся шару у потолка и посмотрела на текст. Но так и не разобралась, на каком именно языке здесь все написано. Магия, блин!

— Аха благочестивая, да это же магия! — Немора даже приоткрыла рот от удивления и вытаращила глаза, а потом от души рассмеялась. Я фыркнула, глядя на эту игру на сцене. Ринка похихикивала мне на ухо. — Ладно, я перестаралась… Но так и есть, это магия. Частный случай закона ассимиляции. Пока вы не привыкли к нашему миру, то обе будете пользоваться возможностями этого закона: вокруг вас будто пузырь из энергии. Но постепенно для полноценной жизни этого пузыря станет мало, и вам придется решать…

— Значит, Летто говорил правду, что мне придется уйти, — я нахмурилась и крепко обхватила Мелкую за руку.

— Я не знаю, как и что он говорил. Но определенно остаться можно только одному, — развела руками Немора.

— Да о чем тут беспокоиться? — хлопнула по столу ладонью Ринка. — Отсидим в княжеском замке чуть больше месяца и отправимся домой! Я же не совсем с ума сошла, чтобы соглашаться на свадьбу.

— И все-таки молодые девушки редко когда ведут себя осмотрительно, — щелкнула ее по носу Немора. — Уйти будет не так легко, как тебе кажется, милочка. Нужно действительно хотеть вернуться домой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Угрожаете, — набычилась Ринка.

— Что ты! Предупреждаю, — широко улыбнулась Немора и неожиданно поднялась со своего места. — Значит, мне пора. Завтра увидимся. Вас ждет насыщенное утро и день, так что стоит отдохнуть. До Багрянницы путь неблизкий — полтора дня.

— А нас разве не перенесут как-то? — Ринка, как и я, вспомнила всякие левитации и порталы.

— Над этой проблемой бьются ученые многих поколений. Но проще пробить окно в соседний мир, чем к соседу на задний двор. Так что поедете по старинке, как все ездят, дилижансом.

Я представила масштабы предстоящего путешествия и чуть расстроилась. Неизвестно, как нас там кормить будут и где удастся привести себя в порядок. Я изо всех сил пыталась верить, что Летто не покажет в очередной раз себя хмырем и мне не придется во всеуслышание, например, проситься в кустики. Одно дело ездить за город в компании друзей и родственников, а другое — под охраной. Да еще и эти покушения на жизнь Рины.

Немора оставила меня в задумчивости. Я так и сидела за столом и крутила в пальцах брошь, пока моя крестница обустраивалась на ночь. Я пыталась предугадать, что же будет завтра, перебирала вещи в рюкзаке — такие родные, напомнившие мне о работе, Лильке, родственниках и пропущенных звонках от Вальки. Он и правда звонил. Я с трудом убедила себя не отвечать на звонок. Я все-таки проверила список вызовов, чтобы убедиться, что все было правдой, что мы действительно переместились и уже почти двое суток в другом мире. Сети, конечно, нет. Я полностью выключила смартфон, надеясь, что останется хоть пара процентов зарядки к концу этих сорока дней. Тогда я сразу же, как мы вернемся, смогу позвонить всем-всем.

Я бы еще сидела и гоняла мысли по кругу, пытаясь предусмотреть совсем невероятные стечения обстоятельств, магия ведь, но Ринка вытащила брошь у меня из пальцев и потянула в ванну. Она была права: мне действительно нужно было смыть хотя бы на пару часов заботы.

А потом было пробуждение, робкое шуршание горничных и наша беготня по комнатам в попытках определить, что из оставленного в коробках и как надевается. Мы вели себя немного беспечно после всего, что случилось и неизвестности впереди. Мы не говорили о Летто, не вспоминали мой вчерашний ожог, отложили на будущее все разговоры о покушениях и правилах безопасности. Нужно все продумать и записать, но это утро не было предназначено для тревог. Может, птичье пение настроило меня на хороший лад, или приятный горячий напиток, чем-то напоминающий белый чай. Крупные кислые ягоды украшали крошечные песочные пирожные, почти такие же пару раз в год пекла моя мама. Мясо на бутербродах пахло обычной ветчиной, синие и розовые листья салата на вкус напоминали рукколу и латук. А вязаные тапочки нигде не жали. Все было не так уж и плохо.

Рюкзак с моими и Ринкиными вещами ждал своего времени. Мы то и дело обменивались случайными фразами и поглядывали на дверь: вот-вот раздастся звонок и появится Летто. Или Карвер. Или Немора. Кто-нибудь точно появится.

— Мы всего лишь возвращаемся домой окольной дорогой, — оптимистично сравнила наши будущие злоключения Мелкая. — О-очень окольной, по окружной, например. Так чтобы объехать все пробки и…

— Я поняла тебя, — я усмехнулась и на правах взрослой погладила ее по голове. А потом и вовсе прижала к своему плечу. И она успокоится, и мне станет не так страшно. Неизвестность пугала, как ни крути. Тем более в дверь все-таки позвонили.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

16

Из покоев княгини нас вывел молчаливый Карвер. Сегодня он выглядел суровым и неожиданно воодушевленным: наверное, все дело было в праздничном варианте черной формы — чуть больше блестящих вставок в ткани и бордовый платок вокруг шеи. Поймав мой внимательный взгляд, Карвер тут же отвернулся, но заметно приосанился, будто демонстрируя все прелести своего внешнего вида и то, как он им сам доволен. Ладно, можно было признать, что форма ему очень идет — выделяет отличную выправку и отсутствие живота. Если бы еще не сурово-кислое выражение лица. Я тоже со скрипом распрямила спину, не ходить же корягой на фоне охраны, подхватила рюкзак в руки и прошла мимо нашего встречающего.