Сказки для страшных снов - Яна Александровна Гецеу

Вот бы ещё ему запретили приходить в их дом! Вот это было бы по-настоящему здорово! К сожалению, дурацкий дядя так совсем не считал, и следующий его визит с фальшивыми конфетами и болючими щипками за нос висел над бедными племянниками, как дохлая крыса на люстре. И почему родители не снимут эту крысу и не выбросят туда, где ей самое место – в выгребную яму?!

Но это потом, а прямо сейчас надо придумать, как обставить брата и завладеть драгоценной костью. Ведь она же настоящая, человеческая! В жизни ничего лучше не придумаешь! Потерять такое, значит, расписаться в собственной несостоятельности, как мужчина! И тогда придётся брать фамилию дяди! Паркер взвыл и, подскочив к Лили первым, загородил её от Престона. Стойко выдерживая удары и пинки, заговорил ласковым голосом, подражая маме, когда она хочет от тебя чего-то «и это не обсуждается»:

– Лили, дорогая.ю я буду очень рад, если ты отдашь мне… Ай, сволочь!

Это Престон вцепился ему в волосы и, оттаскивая брата в сторону, вопил:

– Лили, малышка, брось каку, это нехорошая… Ах ты, собачье рыло, какого чёрта ты плюёшься!

Братья сыпали самыми лучшими словами, какие удалось подслушать у слуг, и не замечали, как за их спинами хрупкая, бледная и прозрачная молодая женщина с тёмными вьющимися волосами грустно улыбается Лили. Солнечный свет и тёплый ветерок легко проходят сквозь белое скромное платье женщины, сквозь её протянутые к мальчишкам руки…

Она покачала головой и прошептала

– Лили, мой ангелок, положи это в кармашек!

Лили моментально послушалась.

– Вот так, хорошо, моя маленька! А теперь пойди найди свою… маму!

От этого слова лицо у призрака дрогнуло, искривилось. Паркер наконец оседлал брата и во все глаза уставился на женщину.

– Престон, Престон, дубина, ааааа!!! – заорал он радостно, а тот, плюясь и рыча, пытался вырваться из-под седока.

Женщина раздраженно махнула хулиганам:

– Шшшшш! Заткнитесь на секунду!

Лили уже уверенно шагала к дому, мурлыча какие-то детские заклинания и поглаживая косточку в кармане платья.

– Лили, любимая, найди маму и… боже, как бы мне сделать так, чтобы ты поняла меня?

Призрак летел по пятам девочки. А наглый Паркер уже шагал рядом с ней.

– Мадам Призрак, она глупая, вы скажите мне, что надо делать?

– Ааааа, это же привидение, ты обалдел, дурак? – страшным шёпотом «орал» на брата запыхавшийся Престон.

– И чё? – сделав бараньи глаза, уставился на него близнец.

– Как чё, ты кретин? Привидения злые!

– Я совсем не злая, брось, Престон! – отмахнулась женщина. Лили уже уверенно протопала по ступеням на веранду и тянулась к дверному молотку.

– Подожди, Лили! – отчаянно крикнул ей вслед призрак и в замешательстве повис над крыльцом. Девочке открыла служанка, и бледная женщина моментально исчезла.

– Ну вооооот, ты всё испортил! —разочарованно протянул Паркер и больно ткнул кулаком брата в плечо.

– Ничего я не испортил, и вообще… – заорал было Престон, но привидение снова соткалось прямо перед ними.

– Пойдёмте-ка в заросли шиповника! – деловито кивнула она и поплыла в указанную сторону. Мальчишки неуверенно переглянулись и сопя потопали за женщиной.

– Паркер, ты беги за сестрой и пригляди, чтобы у неё не отобрали мою кость!

– Так это ваша! —восхищённо ахнул мальчишка, но женщина прикрикнула на него:

– Живо!

И тот унёсся вслед за Лили. Женщина доверительно наклонилась к второму близнецу:

– А ты, мой мальчик, слушай! Ты ведь умнее, чем этот задиристый дурачок, верно?

– Д-да, – настороженно, но польщённо кивнул Престон.

– Ну значит, я не ошиблась и ты справишься с одним безумно важны дельцем!

– Д-да, мадам! – снова кивнул мальчик, и довольный призрак погладил его по голове невесомой, неощутимой рукой. Будто кошка рядом пробежала или дверь кто-то открыл в ночи. Мальчишка поёжился. А в голове уже рисовал самые потрясающие картинки своей славы – как он объявится осенью в классе и будет с усмешкой слушать всех этих неудачников. Сибли, конечно, начнёт похваляться поездкой на поезде с отцом через всю страну, Майер, этот заносчивый коротышка, достанет новенький кортик, подарок деда-военного, а Уильямс надуется как индюк и скажет… да неважно, что там ему купили – пони или козла рогатого, вот он, Престон Страппер, видел настоящее при-ви-де-ние! И не просто видел, а разговаривал! И даже выполнил его, то есть её поручение! Что, съели, жалкие сопляки?!

– Престон! Ты меня понял? – помахала у него перед лицом женщина.

– А… да, да, я всё понял! – очнулся от сладких грёз Престон.

– Повтори, что ты должен сделать?

И, как обычно, сам не понимая, когда он успел это ухватить (сказывалась школьная тренировка), младший близнец Страппер скороговоркой перечислил:

– Забрать у Лили косточку, раскрошить её в порошок, высыпать в питьё или еду матушки, хорошенько размешать да смотреть в оба – чтобы никто ничего не заподозрил, а потом проследить, чтобы матушка угощение приняла и выпила либо съела до самой последней крошечки! А главное, держать рот на замке, запомнить крепко-накрепко: если кто узнает и помешает, то я приду и утащу тебя под землю к червякам, и будешь ты со мной гнить во веки веков!

Престон вдруг осознал, что несёт, и вытаращил на женщину изумлённые глаза.

– Да, всё верно, малыш! – ласково рассмеялась женщина, и улыбка поползла по её лицу, как рана, всё шире и шире, обнажая коренные зубы, и скуловые кости, и костяной подбородок. Сползли роскошные тёмные волосы, клочками облетела кожа лба, и наконец голый череп глядел на Стриппера-младшего пустыми глазницами, зловеще и ласково хихикая. Мальчишка попятился, задыхаясь, и рухнул в колючие кусты шиповника. Роскошный, тяжёлый аромат цветущих роз накрыл его, как пропитанный ядом платок. Теряя сознание, сквозь мутную пелену Престон успел углядеть, как рассыпается прахом хрупкий скелет, едва прикрытый лохмотьями солнечного света. В воздухе зависла костяная рука, она махала мальчишке, и на указательном пальце его не хватало фаланги. Наконец свет померк, и Престон провалился в обморок.

– Ты чего тут разлёгся, дубина?

Паркер, сидя на корточках возле брата, тыкал того кулаком в плечо. Престон очнулся и резко сел. Голые руки и щёки саднило от застрявших шиповниковых колючек, но мальчишка, игнорируя боль и зуд, уставился на брата совершенно дикими глазами:

– Лили где? Мать не отобрала у неё каку?

– Ахаха, ты сказал «каку»! – заржал Паркер, но Престон уже нёсся к дому и даже не огрызнулся в ответ.

– Чё ты, чё?! – догнал его брат, и оба одновременно принялись ломиться в дом.

– Да отойди ты, ослиная рожа! – взвыл Престон. На его беду, дверь распахнулась, и седая сухая экономка мисс Финнеган строго уставилась на него. Портер моментально принял