Криминальные очерки. Книга 4 - Роман Вячеславович Игнатов

Но вот больше века назад всё было с точностью наоборот. Американские служители закона, чтобы добиться нужных признательных показаний свидетелей, во всю использовали пытки. Это уже упоминавшееся выше так называемое «потоотделение», и пытка электрическим током, а также многочасовое фиксирование с заведёнными за спину руками, и банальное (банальное в смысле выдумки, а не тяжести пытки) избиение и т. д. Одним словом, способов получить признательные показания было великое множество. Надо заметить, что буквально в тоже время, а речь идёт о начале XX-го века, российские полицейские были куда гуманнее к свидетелям и заключённым, и вели расследование с использованием всех передовых на тот момент способов. И такие допросы, которые использовали их американские коллеги, в Российской Империи не применялись. Конечно, каждый кто попал к российским служителям закона мог получить «в зубы», могли выпороть, но таких жестоких и изощрённых способов допроса у нас не применялось. Отчасти это связано с тем, что в Российской Империи была система сословий, чего не было в тех же Штатах. Так вот, крестьянина можно было выпороть, а вот дворянина нет. Эта тема довольно интересна, но всё же пора вернуться к «нашим баранам».

Так что же Лэмпхиар? Именно после этого «беспристрастного» допроса, Лэмпхиар и сделал признание в поджоге. А вот признаваться в убийстве он не захотел, даже по пыткой. Также была арестована сожительница Лэмпхиар, некая Элизабет Смит, известная больше как «негритянка Лиз». Женщина была подвергнута четырехчасовому «потоотделению» в окружной тюрьме. Она призналась, что Рэй провёл часть ночи 27 апреля в её доме, но яростно отрицала, что сопровождала его в дом Белл Ганнесс или имела какое-либо отношение к пожару. Её отпустили под залог в пятьсот долларов. Нам ещё придётся к ней вернуться, ибо есть предположение, что всё же «негритянка Лиз» знала куда больше, чем говорила.

Что касается приговора Лэмпхиару, то судья Дж. Си Рихтер заявил присяжным, что по закону они могут вынести один из вердиктов: виновен в убийстве первой степени с наказанием в виде смертной казни или пожизненным заключением, виновен в убийстве второй степени с наказанием в виде пожизненного заключения, виновен в непредумышленном убийстве со сроком наказания от двух до двадцати одного года или же виновен в поджоге со сроком наказания от двух до двадцати одного года. И присяжные вынесли самый необычный вердикт всех возможных: виновен в поджоге. Вот только переставьте абсурдность ситуации: Лэмпхиар обвинили в поджоге, т. е. вроде как нашли виновного, но никто не задал вопрос, если Лэмпхиар был только поджигателем, то кто же тогда убил Беллу Ганнесс и её детей? Ответ на этот вопрос, суд так и не дал.

Стоит сказать пару слов о предсмертном признании Рэя Лэмпхиара преподобному Э. А. Шеллу. Своё «признание» Лэмпхиар сделал 30 декабря 1909 года. Итак, что же наговорил Лэмпхиар? Ровно через две недели, 15 января 1910 года, преподобный Шелл рассказал миру, т. е. вездесущим журналистам, о том, что ему поведал Рэй Лэмпхиар на смертном одре. Итак, интимная связь между ним и Ганнесс длилась с 1907 года. По её просьбе он трижды покупал хлороформ. Лэмпхиар признался, что один раз помогал выкопать яму в её свинарнике. Он даже помог Белле поместить в яму тело неизвестного мужчины. Как объяснила ему Белла, мужчина случайно умер возле её дома и проще всего спрятать труп, а не вызывать полицию. Вот такая логика… Очень долгое время Лэмпхиар не подозревал Беллу в убийствах, пока однажды случайно не увидел, как Белла усыпила неизвестного мужчину хлороформом, а потом ударила его топором по голове. После этого случая, Рэй поспешил уволиться от Ганнесс. Как не трудно было догадаться, Рэй явно лукавил. Это смекнул и священник. Шелл прямо заявил, что для отпущения грехов лучше сказать всю правду. Лэмпхиар задумался, а потом признался, что просил деньги у Ганнесс. Лэмпхиар понимал, что он трус и не мог прямо шантажировать Ганнесс, опасаясь, что с ним может произойти тоже, что и с другими мужчинами. Поэтому он просто просил у неё денег, и та ему их давала. Самая крупная сумма была в 50$, а самая маленькая в 5$. Все деньги Лэмпхиар пропивал с «чистой совестью». А когда деньги кончались, просил их снова. Что сказать… Довольно не плохой «бизнес», не так ли? Правда опасный, можно и голову потерять. Так продолжалось довольно долго, пока в злополучный день Лэмпхиар не пришёл за очередными деньгами. Белла Ганнесс отказалась давать деньги. Тогда Лэмпхиар впервые поругался с ней и пригрозил всё рассказать об убийстве Эндрю Хегелейна. Ганнесс заявила, что может дать только один доллар. Лэмпхиар пригрозил ей отомстить, и ушёл «не солно хлебавши». Вечером того же дня, он выпил вместе со своей сожительницей Элизабет Смит. Примерно около 23 часов они вдвоём пришли к усадьбе Ганнесс. У Лэмпхиар был ключ от дома и хлороформ. Войдя в дом, они усыпили Беллу Ганнесс, держа платок пропитанный хлороформом под носом, пока она не успокоилась. Сын Ганнесс Филлип был с ней в постели, его тоже усыпили. Затем они усыпили двух дочерей Ганнесс. Он и его подруга Элизабет Смит были сильно пьяны, поэтому слабо помнили детали. Он не хотел поджигать или убивать женщину и детей. Лэмпхиар поведал, что прекрасно знал о большой сумме денег, которая была в доме, и просто хотел украсть деньги. Увы, но денег он так и не нашёл. Лэмпхиар рассказал, что не поджигал дом. Пожар он и Элизабет Смит уже увидели после того, как покинули дом. Также он не был уверен в своей подруге и по его словам, это она могла поджечь дом.

Вот такую историю поведал Рэй Лэмпхиар преподобному Шеллу. По словам самого преподобного, он вернулся домой и сразу все слова записал. На следующий день после исповеди, т. е. 31 декабря 1909 года Шелл пришёл в камеру Лэмпхиару и показал тому записанное признание. Шелл обещал передать его прокурору, чтобы избавить родню Лэмпхиара от судебных издержек и очистить его имя.

Как было уже сказано, признание Лэмпхиара ставит с ног на голову всё расследование и возникает много вопросов. Считается, что верующий человек не врёт священнику на смертном одре. Поэтому слова Лэмпхиара многие признали за правду. В тоже время мало кто поставил под сомнение слова священника, а может это сам служитель церкви врёт, и Лэмпхиар ничего подобного не говорил? В связи со скандальным заявлением Шелла, выступил с официальным обращением адвокат Рэя Лэмпхиара, Вирт Уорден. Вот что он заявил:

«Я пошёл к Ламферу в тюрьму сразу после того, как узнал, что он разговаривал с доктором Шеллом. Я спросил его, признался ли он. Лэмпхиар держал в руках Библию, подаренную ему Шеллом, и, стоя там, положив руку на книгу, рассмеялся и сказал, что никогда не скажет священнику того, чего не сказал бы мне. Затем он повторил то, что сказал священнику. Это была та же история, за которую он цеплялся на протяжении всего дела, абсолютно отрицая, что убил миссис Ганнесс или поджёг её дом.»

Вот такой ответ дал адвокат. Кто сказал правду, автор предлагает читателю выбрать самому. А мы, прежде чем мы перейдём к гипотезам, что же случилось на ферме в Ля-Порте, приведём одно из писем, которые писала Белла Ганнесс своим «избранникам». Вот письмо, которое было адресовано Эндрю Хегелейну:

«Дорогой друг:

Тысяча благодарностей как за ваше письмо, так и за открытку с фотографией. Я много раз перечитывала письмо и долго изучала фотографию. Теперь у меня больше уверенности и интереса к нашей переписке, особенно когда я знаю, что Вы такой понимающий и хороший норвежец. Я так хочу узнать вас получше, но постараюсь терпеливо подождать, пока Вы сами соберётесь (прим. автора: всё рассказать о себе). Я думаю, будет лучше, если Вы всё подготовите до того, как приедете, чтобы Вам не пришлось возвращаться, так как это так далеко и, вероятно, будет так поздно осенью. Когда Вы однажды приедете сюда, я знаю, что больше