Последнее дело Друри Лейна. Я больше не коп. Клуб оставшихся. Убийство миллионера - Эллери Куин

— Конечно нет. Старому Крэббу нечего скрывать. Я понятия не имею, что все это значит, но если могу чем-то помочь…

— Очень любезно с вашей стороны, — поблагодарил старый джентльмен. — Скажите, кто пользуется бланком со штампом «Библиотека Сэксона»?

— Я.

— Естественно. Для обычной библиотечной корреспонденции. Но кто еще?

— Никто, мистер Лейн.

— Ха! — воскликнул Тамм, а Лейн с раздражением покачал головой.

— Вы уверены? Это очень важно, мистер Крэбб.

— Никто, кроме меня, — повторил библиотекарь, облизнув губы.

— Даже миссис Сэксон?

— Конечно. У миссис Сэксон собственная писчая бумага — полдюжины сортов. И она вообще не заходит в библиотеку.

— А как насчет вас, Гордон? Вы уже некоторое время проживаете здесь. Не могли бы вы пролить свет на эту проблему?

Пейшнс с беспокойством наблюдала за молодым человеком, а инспектор смотрел на него, как казалось ему самому, с холодным равнодушием.

— Я? — Роу выглядел удивленным. — Спросите у Крэбба. Он здесь всем заправляет.

— Мистер Роу редко бывает в библиотеке, мистер Лейн, — проскрипел Крэбб, скривив туловище подобно тому, как изгибается тающая свеча. — Наш молодой друг, как вам, очевидно, известно, проводит кое-какие исследования по поводу Шекспира, но покойный мистер Сэксон ввел правило… Если мистеру Роу нужна какая-то книга, он обращается ко мне, и я приношу ему ее.

— Надеюсь, это достаточно подробный ответ на ваш вопрос, мистер Лейн? — сердито осведомился Роу.

Старый джентльмен улыбнулся:

— Придержите коней, Гордон. Вы ведете себя по-детски. Таким образом, мистер Крэбб, в этом доме никто, кроме вас, не имеет доступа к канцелярским принадлежностям библиотеки Сэксона?

— Я бы сказал, да. Они хранятся только здесь. Конечно, если кому-то срочно понадобится…

— Да-да, мистер Крэбб. Выходит, эта комната годами являлась запретной территорией.

— В том числе для слуг? — внезапно спросила Пейшнс, избегая взгляда Роу.

— Да, мисс Тамм. Это строгое правило. Я сам убираю в этих комнатах. Мистер Сэксон на этом настаивал.

— Вы присутствовали, мистер Крэбб, когда книги, завешанные Британскому музею, отправляли туда? — спросил Лейн.

— Разумеется.

— Я тоже присутствовал, — мрачно добавил мистер Роу.

— Все время?

— Да, — ответил Крэбб. — Мистер Роу разговаривал с водителями грузовиков, но я смотрел в оба, уверяю вас.

— Ну, инспектор, — улыбнулся Лейн, — похоже, добыть лист этой бумаги не так легко. — Он снова повернулся к старому библиотекарю. — Тут нет никакой тайны, мистер Крэбб. В наши руки попали бумага и конверт из библиотеки Сэксона, источник которых нам необходимо отследить… — Внезапно Лейн хлопнул себя по лбу. — Ну конечно! Как же я был глуп! — Он дружески похлопал Крэбба по плечу. — У вас часто бывают посетители?

— Посетители? В библиотеке Сэксона? Хе-хе! Объясните ему, Роу.

Молодой человек пожал плечами:

— Это ископаемое — самый верный сторожевой пес.

— Сторожевые псы тоже нужны. Пожалуйста, подумайте! В последние месяцы здесь бывал хоть один визитер?

Крэбб быстро заморгал. Внезапно он расхохотался и хлопнул себя по бедру.

— Хо-хо! Был один! — Библиотекарь вытер слезящиеся глаза.

— Так я и думал! — воскликнул Лейн. — Ну, сэр?

Крэбб перестал смеяться так же неожиданно, как начал.

— Это был весьма интересный джентльмен. Он приходил несколько раз, прежде чем я смог принять его, и умолял меня позволить ему хотя бы взглянуть на знаменитую коллекцию Сэксона, о которой столько слышал. Джентльмен выглядел достаточно безобидным, и я впустил его в эту комнату. Он сказал, что занимается кое-какими исследованиями и ему нужно навести справку в одной книге — это займет всего лишь минуту…

— Что это была за книга? — нахмурившись, осведомился Роу. — Вы никогда не рассказывали мне об этом, Крэбб!

— Разве нет, мой мальчик? Должно быть, я забыл, — смутился Крэбб. — Это был «Страстный пилигрим», изданный Джеггардом в 1599 году.

Какое-то время все молчали, едва осмеливаясь взглянуть друг на друга.

— Продолжайте, — сказал наконец Лейн. — И вы принесли ему книгу?

Крэбб с натугой раздвинул губы:

— Нет, сэр. Я сказал, что правила это запрещают. Джентльмен кивнул, словно ожидал этого, потом огляделся вокруг, начал разглядывать другие книги, а затем вернулся к столу, на котором лежали бумага и конверты. На его лице появилось странное выражение, и он спросил: «Это фирменные конверты и бумага библиотеки Сэксона?» Я ответил, что да. «Очень интересно! — сказал он. — В это место нелегко проникнуть, верно? Я заключил с моим другом пари, что смогу получить доступ в библиотеку Сэксона, и сделал это! А теперь мне нужно доказательство… Ах да! — Он подобрал со стола лист бумаги и конверт. — Будьте хорошим парнем и позвольте мне взять их. Это послужит доказательством. Тысяча благодарностей, мистер Крэбб!» И он убежал, прежде чем я успел что-нибудь сказать!

Инспектор слушал эту замечательную историю разинув рот.

— И вы позволили ему уйти? — рявкнул он, когда библиотекарь умолк.

— Так вот как он заполучил конверт и бумагу, — медленно произнесла Пейшнс.

— Дорогая моя, — сказал Лейн, — нам больше незачем отнимать у мистера Крэбба драгоценное время. Мистер Крэбб, вы можете описать вашего необыкновенного посетителя?

— Да. Высокий, худощавый, средних лет, похож на англичанина.

— Господи! — хрипло сказал инспектор. — Пэтти, да ведь это…

— Прошу вас, инспектор. Когда именно приходил этот человек? В какой день?

— Дайте подумать… Четыре, пять… около семи недель назад. Да, теперь я припоминаю. Это было рано утром в понедельник 6 мая.

— 6 мая! — воскликнула Пейшнс. — Папа, мистер Лейн, вы слышали это?

— Я тоже слышал, Пэт, — сердито сказал мистер Роу. — В ваших устах это звучит как мартовские иды[52]. Странно!

Блестящие глазки Крэбба скользили от одного к другому — в них светилось злобное веселье.

— Значит, — пробормотал Лейн, — высокий худой англичанин средних лет пришел к вам 6 мая и с помощью довольно неуклюжей уловки заполучил экземпляр бланка библиотеки и конверт… Отлично, мистер Крэбб, мы прогрессируем. Еще один вопрос, и, думаю, это все. Он назвал вам свое имя?

Крэбб с усмешкой посмотрел на него:

— Разумеется, назвал. — Подойдя к столу боком, как пожилой краб, библиотекарь порылся в ящиках и протянул Лейну визитную карточку. Пейшнс быстро встала, и все четверо прочитали отпечатанное на карточке имя: «Д-р Алес». Ни адреса, ни телефона не было.

— Доктор Алес! — Пейшнс нахмурилась.

— Доктор Алес! — буркнул инспектор.

— Доктор Алес! — промолвил Роу.

— Доктор Алес! — с усмешкой кивнул Крэбб.

— Доктор Алес, — произнес старый джентльмен, уставясь на карточку. — Господи, неужели… Пейшнс, инспектор, Гордон, вы знаете, кто такой доктор Алес?

— Мне это имя абсолютно незнакомо, — ответила Пейшнс.

— Никогда о нем не слышал, — сказал инспектор.

— Мне оно что-то напоминает, — задумчиво отозвался Роу.

— Я знал. Гордон, что это заденет струну в памяти ученого. Он…

Крэбб сделал гротескный жест, как дрессированная обезьяна. Очки в золотой оправе соскользнули с переносицы.

— Я могу сказать вам, кто такой доктор Алес, — сказал он, скривив губы.

— Вот как? — быстро откликнулся Лейн.

— Я имею в виду, кто он на самом деле, где он и так далее! — хихикнул Крэбб. — Отличная шутка!

— Ради бога, кто же он? — нетерпеливо спросил инспектор.

— Я узнал его в тот же миг, как увидел в музее. Заметили, как он отвел взгляд? Негодяй понял, что я его узнал! Человек, который приходил сюда семь недель назад и оставил эту карточку, — Хэмнет Седлар!

Глава 14

За ленчем в отдельном кабинете ресторана одного из отелей в центре города они пытались привести в порядок свои разрозненные мысли. Ироническое и торжествующее заявление Крэбба ошеломило их. Хэмнет Седлар был таинственным доктором Алесом! Час назад Крэбб проводил их к выходу, и они бросили последний взгляд на его тощую угловатую фигуру, обрамленную ионическим[53] дверным проемом дома Сэксонов, в экстазе потирающую руки. Его склоненная набок голова словно говорила: «Старый Крэбб далеко не дурак, верно? Ваш достойный доктор Седлар и доктор Алес — одно и то же лицо!» Во всем его облике ощущался какой-то странный, сугубо личный триумф, похожий на жестокое удовольствие толпы, наблюдающей за линчеванием.

Гордон Роу, который, несмотря на занятость, умудрился присоединиться к маленькой группе, в машине вел себя более чем скромно, глядя на солнце, проникающее через окошко лимузина и играющее в волосах Пейшнс.