Павел I без ретуши - Елена Лелина

Из переписки Екатерины II; комментарий к рисунку великой княгини Марии Федоровны, изобразившей групповой профильный портрет своих детей; 1790 г.:

Господин Александр [великий князь Александр Павлович], как телом, так и сердцем, и умом, и личность редкая по красоте, доброте и смышлености; он жив и обдумчив, скор и рассудителен, с глубокими идеями и замечательной легкостью во всем, что делает; можно бы сказать, что он только то и делал на своем веку; для своих лет он высок и крепок и при этом ловок и проворен; словом, этот мальчик — соединение множества противоположностей, отчего и происходит, что он чрезвычайно всеми любим; его сверстники легко соглашаются с его мнением и охотно за ним следуют. Относительно его я вижу одну только опасность: это женщины; за ним будут бегать, и невозможно, чтобы этого не случилось, потому что у него такая наружность, которая всех увлекает; впрочем, он не знает, что он красавец, и даже до сих пор не очень дорожит своей красотою… никто и не старается сделать из него фата. Для своих лет он очень сведущ; говорит на четырех языках; хорошо знаком со всеобщей историек», охотно читает; никогда не бывает праздным; все удовольствия, свойственные его возрасту, ему нравятся и приходятся по вкусу, если я с ним говорю серьезно, он внимателен, слушает и отвечает одинаково мило; если я заставляю его играть в жмурки — он и на это готов. Вообще все… им одинаково довольны; его наставник Лагарп говорит, что он превосходный юноша; в настоящее время он занимается с ним математикою, которая ему так же легко дается, как и все прочее. Одним словом, представляю вам господина Александра как личность, которую следует отличить от ему подобных, потому что если он не будет иметь успеха, то я уж и не знаю, кто бы мог рассчитывать на успех. Заметьте, что когда господин Александр болен, или прихварывает, или утомлен, что случается не часто, или когда время идет к вечеру, он окружает себя произведениями искусств: забавляется эстампами, медалями и резными камнями.

…господин Константин; его резвость близко подходит к дерзости, у него доброе сердце и много ума, он все делает урывками, и в характере его нет столько последовательности, как у старшего его брата, который обладает этим качеством вполне, но он заставит о себе говорить. Он также болтает на четырех языках; но взамен того, что старший знает по-английски, этот усвоил себе все оттенки языка греческого и говорит братцу; «Что это за дурные французские переводы читаете вы, братец; я читаю подлинники». Увидя в моей комнате Плутарха, он сказал: «Такое-то и такое место переведены очень дурно; я переведу лучше и покажу вам», — и действительно, принес мне несколько отрывков, которые перевел по-своему и на которых написал: переведено Константином. Я чрезвычайно люблю беседу Константина; от природы он очень воинственен и преимущественно любит морское дело… одним словом, это личность радующая.

…девица Александра в течение шести лет нимало не казалась интересною, но года с полтора сделала чрезвычайные успехи; не только стала очень хорошенькою, но приобрела осанку и выросла выше своих лет; она говорит на четырех языках, тщательно пишет и рисует, играет на фортепьяно, поет, танцует, всему учится легко, проявляет в характере большую кротость…

…Елена… будет красавицею в полном смысле этого слова; все ее черты редкой правильности, она стройна, ловка и проворна, грациозна от природы; шалунья и ветреница; сердце у нее доброе, и за веселость она любима всеми сестрами…

…Мария… должна бы родиться мальчиком; оспа совершенно ее испортила, черты ее лица погрубели; она сущий драгун, ничего не боится, все ее наклонности и игры мальчишечьи; не знаю, что из нее выйдет. Любимая ее поза — подбочениться обеими руками. Так она и разгуливает.

…[Екатерина], которой еще только два года…. это толстый белесоватый ребенок, с хорошенькими глазками, который забьется в угол, обложит себя игрушками и целый день болтает, не проранивая слова, достойного быть замеченным.

Из переписки Екатерины II 1795 г.:

…сегодня вечером на одном любительском концерте… будут играть на скрипке великий князь Александр и граф Платон Зубов. Великая княгиня Елизавета [супруга Александра Павловича] и великие княжны Александра и Елена будут петь, Мария, которой девять лет от роду и которая уже окончила у Сарти генерал-бас, так как она отличается необыкновенной любовью к музыке, будет аккомпанировать на клавикордах. Сарти говорит, что она наделена большим талантом к музыке и что вообще она проявляет во всем большой ум и способность и будет разумной девицей… Она любит читать и проводить за чтением по несколько часов в день; при всем том она очень веселая и оживленная и танцует, как ангел. Вообще это довольно милая семья. Тяжелый багаж[25] двинулся в Гатчину три дня тому назад. Баста. Когда кошки нет дома, то мыши пляшут по столам и чувствуют себя счастливыми и довольными.

Путешествие в Европу

Из путевых заметок великой княгини Марии Федоровны:

Сегодня в воскресенье 19 сентября [1781 г.] душа моя была живо взволнована. Сожаления о покидаемых детях, друзьях и отечестве угнетают меня, но сколь утешительно видеть повсюду слезы печали от расставания с нами и чувствовать любовь к себе всех; мы должны оправдать сии чувства нашими делами; слезы мои иссякнут лишь после возвращения.

Из «Записок» Николая Александровича Саблукова:

Она [Екатерина II] вскоре послала сына путешествовать вместе с супругой и отдала самые строгие приказания, дабы не щадить денег, чтобы сделать эту прогулку по Европе столь же блистательной, сколь интересной, как этого только можно достигнуть при помощи влияния на дворы, которые им придется посетить. Путешествовали они инкогнито, под именем графа и графини Северных, и хорошо известно, что остроумие графа, красота графини и обходительность обоих оставили самое благоприятное впечатление в странах, которые они посетили.

Из переписки Иосифа II Австрийского:

Великий князь и великая княгиня соединяют с не совсем обыкновенными талантами и с довольно обширными знаниями желание обозревать и поучаться и в то же время иметь успех и нравиться всей Европе. Так как можно рассчитывать на их скромность и честность, то ничем нельзя более обязать их, как доставляя им возможность осматривать все без подготовки и без прикрас, говорить с ними с полною откровенностью, не скрывать от них недостатков, которые и без того не ускользнули бы от их проницательности, и обращать их внимание на добрые намерения, которыми вы одушевлены, хотя бы они еще и не выразились фактически. Так как они, не столько по характеру, сколько по обстоятельствам, несколько недоверчивы, то нужно заботливо избегать всего, что могло бы иметь вид уловки или играть пред ними комедию.