Его несносная училка - Марина Дианова

class="p1">- Кто тут собрался сбежать? – Элеонора вклинилась между нами, заставляя разорвать зрительный контакт. – Самое веселье только начинается.

Я никак не отреагировала на замечание бывшей свекрови, переплетая свои пальцы с пальцами Дмитрия.

- Танцевать, - непрекословно заявила я, хотя мой голос тоже оказался довольно хриплым.

Первый танец был танцем «невест». Естественно, самой колоритной парой на паркете оказался Григорий Тимурович с внучкой, но, хочу заметить, что танцевали они очень даже неплохо.

А нас ждал венский вальс. Встав в позицию, я смотрела в глаза Дмитрию и пыталась анализировать свои чувства и эмоции. Почему мои поступки и желания были такими яркими и такими острыми? Я, словно путник изголодавшийся по еде, дорвалась до сладкого и теперь желала вкусить всего и сразу. И судя по всему мужчина рядом не был против.

Я не обращала внимания ни на что. Ни на спешно скрывшегося Артема с Марусей, ни того, с какой желчью на нас смотрел все сплетницы света, ни на вспышки фотокамер, ни на умилительное выражение лица Григория Тимуровича. Все осталось на заднем плане. Был лишь мужчина рядом. Музыка. И его руки на моей талии, что обжигали своими прикосновениями.

- Может все же сбежим? – предложил он, склоняясь к моему уху. Я в ответ смогла лишь кивнуть, принимая приглашение.

7.

Выйдя на улицу и вдохнув свежего воздуха в голове прояснилось. Стало несколько неловко за собственное поведение: ведь Дмитрий Анатольевич просто оказывал мне услугу, за что я ему была благодарна.

- Дмитрий… - начала я, но была перебить взглядом.

- Может все-таки Дмитрия Анатольевича и Альбину Львовну мы оставим до школы? Вроде бы ты отлично справлялась, называя меня просто по имени.

- Хорошо, - я поежилась от ветерка, проникающего под подол юбки. Мужчина, заметив этот жест, подошел ближе и прижал меня к себе.

- Я не могу дозвониться до водителя, - признался он через пару минут. – Сейчас вызову такси.

- Подожди, - я положила свою руку на его, не позволяя набрать номер такси. – Давай зайдем поесть. – неожиданно даже для самой себя предложила я, кивая на вывеску известной закусочной, где продают неплохие сэндвичи.

Мое предложение, пусть и с сомнением, но было принято.

Закусочная встретила нас негромкой музыкой и парой удивленных взглядов: еще бы! Я в вечернем платье, Дима в костюме. Мы наверняка выбивались из привычного контингента этого заведения.

Сделав заказ, мы сели за дальний столик друг напротив друга. Помутнение прошло, я больше не хотела сорваться с цепи как оголодавшая течная кошка, но симпатию к Дмитрию я не могла отрицать.

Неспешный разговор за ужином – вот что такое рецепт настоящего счастья. Мы могли обсуждать все и в тоже время не рассказывая ничего про себя, собирая историю жизни собеседника по крупицам, по случайно оброненным фразам и словам, по смеху над шутками… Все это было как в первый раз на первом свидании.

А потом был он! Молочный коктейль и две трубочки. Странное чувство, когда ты знаешь, что перед тобой взрослый мужчина, директор школы, а ведет себя как ребенок.

Очарование момента пропало с трелью телефона.

Дмитрий, видимо, тоже уже был не рад проснувшемуся водителю, но покорно принял звонок и ответил, что мы скоро будем.

- Устала? – мужчина помог мне сесть в автомобиль, заботливо оправляя подол платья.

- Устала, - согласилась я, устраивая голову на подголовнике.

Дорога стелилась под колеса. Под мерный скрип колес я начала проваливаться в дрему, чувствуя тепло тела рядом. Недолго посопротивлявшись собственным желаниям, я переложила голову на плечо к мужчине. Так стало намного удобнее.

- Приехали, - вывел меня из дремы голос Дмитрия, а так же ласковое поглаживание по голове.

Пара минут ушло на то, чтобы прийти в себя и наконец вылезти из автомобиля.

Двор был непривычно пуст: ни бабулек на скамейках у подъезда, ни вездесущих мамаш с малышней, ни даже давешних школьников – двор был тих.

- Давай я помогу, - Дмитрий помог мне выбраться из автомобиля, чуть поддерживая за талию.

Мы стояли посреди двора и смотрели друг на друга. Никто не решался первым заговорить: да и что говорить? Сказать спасибо за вечер – банально. Сказать, что была рада провести этот вечер вместе – глупо. Пригласить к себе на «чашечку чая» - а не тороплюсь ли я? Но решение пришло неожиданно. Из припаркованного автомобиля неподалеку выбежала взволнованная Мария.

- Альбина Львовна, - закричала она – Альбина Львовна, там… Артем… в него стреляли… он…

- Мария, - перебила я девушку. – Что случилось? По порядку.

- В машине Артем, он ранен, сказал, что в больницу его везти нельзя.

- И? Вы приехали ко мне? – в голосе явно слышались недовольные нотки.

- Да, - она остановилась напротив меня заламывая руки. – Я не знала куда его еще можно было отвезти. В нашей квартире небезопасно.

- И вы привезли его ко мне? – я приподняла бровь, раздражаясь сильней, но тут мне на талию опустилась горячая рука Дмитрия.

- Альбин, - перебил он, поворачиваясь к девушке. – Где Артем?

- В машине… - проблеяла она. Даже в темноте неосвещенного двора была видна ее бледность и синева губ.

Дмитрий, не теряя времени, направился к внедорожнику моего бывшего, а Мария, после недолгого раздумья, побежала за ним. Лишь сейчас я обратила внимание на пятна крови уродовавшие синее платье и отсутствие туфель на ногах. Она босиком бежала ко мне, чтобы просить о помощи?

Пока я предавалась размышлениям, Дмитрий ловко вытащил с заднего сидения шипящего Артема и поддерживая направился ко мне.

- Открывай дверь, - рыкнул он, краснея от натуги. Естественно, ведь Артем был не маленьким мужчиной и если не превосходил, то точно был одного роста с Дмитрием.

Достав из клатча связку ключей, я побежала к подъезду, распахивая металлическую дверь и придерживая, чтобы мужчины могли спокойно пройти. Маруся бежала следом, неся в руках пакет в котором подозрительно звенели бутылки.

Наверное эта поездка в лифте могла стать самой нелепой в моей жизни: Артем кулем висел на плече у Дмитрия, Мария все время старалась отвести взгляд, чтобы не пересекаться со мной, а я только удрученно качала головой.

Дверь в мою обитель долго не хотела поддаваться. С Артема капала кровь на пол, превращая и без того грязный коврик в бессмысленную тряпку. Наконец дверь распахнулась и я смогла пропустить своих