Сбежавшая жена. Летающая аптека Эдельвеи - Ирина Манаева

- Не надо, - прижимаю руки к груди, чувствуя, как платье, разорванное до самого копчика, предательски сползает вниз. По спине гуляет ветер, проникающий сквозь щели в стенах, и мурашки мигом покрывают кожу. Только больше от страха.

Локк искажает лицо, недоверчиво смотря на меня.

- Отпусти его, - прошу, не требую. Я всё ещё здесь среди нескольких орков, и моя судьба в их руках. Не могу приказывать, потому что я здесь никто.

Он поднимает руку, и Краг застывает, не усиливая нажима на чужое горло. Чуть отпускает железную палку, чтобы Юст набрал воздуха.

- Ты хоть представляешь, что он мог с тобой сделать? – интересуется у меня Локк, и Эдель призывает убить орка, который касался нас. Желает, чтобы эта зеленая мерзость ответила за обращение с высокородной эйрой. Кажется, смерть она бы перенесла проще, нежели надругательство.

- Да, понимаю, - киваю, смотря прямо в глаза вождю. Он действительно выделяется среди остальных, хотя бы своей внешностью, которая куда приятнее, чем у его воинов.

- И желаешь оставить ему жизнь? – усмехается, а я вижу, что рана на груди, которую я так старательно бинтовала, снова кровит. Из-за меня. Он пришёл сюда, чтобы спасти меня!

Молча киваю, и в глазах лучится уверенность. Возможно, когда-нибудь пожалею о своём решении, но не могу представить, что стану причиной чьей-то смерти.

- Слышал, Юст, - Локк толкает его носком сапога, будто его не слышно без этого движения, - девчонка решила сохранить тебе жизнь.

Орки переглядываются, будто не веря собственным ушам, а потом, как только Локк первым принимается смеяться, следуют за ним. Словно это неимоверно смешная новость. Слышатся похрюкивания, булькающие звуки и что-то неимоверное, что я и описать не в силах.

Краг всё ещё смотрит на вождя, которого называет нэром, и я понимаю, что это обращение к великопоставленному орку. Одно его движение и ему подчинятся, но он не сводит взгляда с меня.

- Уверена ли ты, маленькая ведьма, что он достоин этого?

- Да, - отвечаю, - как и то, что тебе следует срочно отправиться в постель.

Глава 26

Идти через отряд орков приходится не в лучшем виде. Ума не приложу, где теперь раздобыть платье, учитывая, что это было заговорённым. Соорудить наряд из тряпок, которые попадаются то тут, то там можно, как делают остальные. Только я привыкла шить больных, а не костюмы.

«Как только мы уберёмся отсюда, ты отправишься на поиски дикого тана», - рычит во мне Эдель. – «Я не намерена погибнуть в ненавистных Мёртвых землях потому, что у тебя совершенно нет мозгов! Пора разделиться!»

Просто игнорирую её, будто не различаю слов, а она продолжает причитать.

«Ты меня слышишь?» - испуганно спрашивает спустя минуту, а потом почти кричит. – «Немедленно отзовись! Ты слышишь меня?!»

Хочется ответить, как в мультфильме: слышу, слышу – не кричи. Только место неподходящее. Мало того, что меня признали ведьмой, так ещё и припечатают клеймо сумасшедшей, если стану говорить с собой.

Вижу злое лицо Лютеции, смотрящей на меня свысока. Кажется, даже успела сменить платье, потому как последний раз, когда мы виделись, у неё было тёмно-бордовое, да и вид теперь куда более живой, нежели после родов. Её коричневый корсет и песочное платье с пока ещё белыми манжетами оттеняют добротные сапоги из кожи. Я бы от таких не отказалась, пока что приходится щеголять в выданных Луфрой разодранных тапках.

Догадываться о том, какую функцию выполняет здесь любовница дракона, можно было без труда. Вряд ли она владеет сведениями государственной важности, которые несёт в Орвиг. Скорее всего, она обменяла свою жизнь на услуги другого рода.

«Мерзкая потас…ха», - бьётся внутри мысль от Эдель. – «Знал бы её дорогой Ульбиг, который поставил фейри без роду и без племени выше истиной по крови, где теперь эта шл…! Жаль не видит собственными глазами, как она предаёт его снова и снова. И с кем, вы подумайте?! С мерзкими орками».

Признаться, мне хотелось, чтобы она замолчала. И в этот момент я готова была сделать всё, что угодно, лишь бы голос в моей голове утих.

Что касается фейри, то она вышла на тропу войны. Я так и не могла понять, почему она поступила так с той, кто помог ей, кто пытался спасти её ребёнка и спас! Только говорить по душам теперь ни с кем намерена не была.

Под взглядами малочисленных поселенцев и орков я снова отправляюськ небольшому домику, в котором Локк нашёл пристанище. Маленький сероглазый эльф, которому я недавно помогла с конъюнктивитом, подносит мне тряпку, по всей видимости служившую некогда шторой, и я накидываю её на плечи, подобно шали, потрепав его по голове и получив порцию улыбки без двух молочных зубов.

Всё, как у людей, если не считать кончиков заострённых ушей.

Локк, потративший на борьбу все силы, снова выглядит не очень хорошо, только на сей раз у изголовья сидит Лютеция, поглаживая его по волосам и сверля меня взглядом.

- Почему нельзя было приказать кому-то другому оттащить Юста? – задаю вопрос, осторожно снимая повязки, чтобы посмотреть, как поживают раны.

- Потому что нэр должен показать свою силу! Иначе они перестанут бояться.

Раны разошлись. Придётся провести ещё один сеанс драконьей терапии, от которой, признаться, у меня после немного кружилась голова. Лечение магией не проходит бесследно. И, если пациенту становится лучше, то лекарь, наоборот, теряет часть энергии, которую следует потом обязательно чем-то восполнить.

Эдель рассказывала, что дома использовала специальные чаи, в состав которых входили тонизирующие травы, позволяющие поддерживать баланс магии. Ко всему прочему сюда добавлялся сон и хорошее качественное питание. Ничего нового, всё, как и в нашем мире. За одним исключением: там нет магии.

Вспышкой проносится картинка, в которой мой муж обнимает за плечи соседку, что держит на руках мальчика, и я кошусь на руки фейри. Надо же, ещё недавно она клялась в любви другому. Могу ли я презирать её за то, что она выбрала жизнь?

«Я бы выбрала смерть!» - добавляет масла в огонь Эдель, пока я переключаюсь на врачебный осмотр, пытаясь подавить в себе возникающее непреодолимое чувство ненависти к женщине, которой некогда помогла. Чем она отплатила мне? Сперва ударила палкой по лицу, а