Разыскивается живым или мертвым. Том 2 - Геннадий Борчанинов

знаете моих соседей, маршал, — проворчал Гиллан. — Трусы и предатели. А один из них и вовсе — мексиканец.

— Зовите всех, мистер Гиллан, — настоял Милтон.

— Джейкоб! Терри! Вы слышали маршала, — проворчал ранчеро, и двое парнишек-подростков бегом отправились за лошадьми.

Батрак остался с хозяином, равнодушно жуя табачную жвачку, его вся эта история с угоном скота, казалось, совершенно не заботила. Меня тоже, но всё-таки нам придётся отправиться в погоню, как только наберётся достаточно желающих. В конце концов, одного сегодня уже ранили, и далеко не факт, что мистер Гиллан останется единственным пострадавшим, а если взять с собой побольше народа, то есть все шансы обойтись без стрельбы и кровопролития. Или выйти из него без потерь.

Милтон прошёлся по двору, поднял одну из стреляных гильз, которых тут было в достатке, осмотрел, бросил обратно в пожухлую траву.

— Сорок пятый, — задумчиво произнёс он.

Калибр, вестимо. Как у танковой пушки. Только здесь калибр измерялся не в миллиметрах, а в дюймах, в долях дюйма. Всё не как у людей.

— Может, рейнджеров позвать? — спросил я.

Техасских, легендарных, тех самых. Серьёзные ребята, на самом деле, настолько круты, что даже Чак Норрис согласился стать почётным рейнджером.

Но маршал Милтон на это предложение только скривился. Мол, сами с усами, справимся и без рейнджеров. Я так и не понял, кроется здесь что-то личное или же он просто не хотел ни с кем делить славу.

Спустя полчаса, за которые я успел несколько раз покурить и напоить Ниггера из местного колодца, соседи наконец-то собрались. Ещё семеро мужчин с револьверами и дробовиками, трусы и предатели по мнению мистера Гиллана.

Сам хозяин ранчо не находил себе места, ходил кругами по двору, теребил бинты и размахивал кольтом с белыми накладками на рукояти, вскочив в седло сразу же, как соседи показались рядом с его землёй.

— Отец, ты же ранен! — один из сыновей попытался его остановить, но мистер Гиллан был непреклонен, желая лично поквитаться с ворами.

— Все готовы? — спросил маршал, тоже взбираясь на жеребца.

Возражений не последовало, но и чёткого ответа тоже, поэтому Милтон волевым решением приказал всем следовать за ним.

Угнанное стадо сумел бы выследить кто угодно, две сотни коров оставляли после себя широкую трассу, так что мы спокойно ехали на рысях, не боясь потерять след. Пыль уже улеглась, но копыта наших коней поднимали её снова, и мы вытянулись в шеренгу, чтобы не мешать друг другу.

Я вновь ехал с винчестером в руках, вглядываясь в горизонт. Двигались мы на юго-восток, вдоль реки, которая пряталась совсем неподалёку, буквально в нескольких сотнях метров отсюда.

Прогноз Гиллана пока не оправдался, через пустошь гнать стадо не решились, ну или мы пока не дошли до того места, где они свернули в пустыню. Ещё одним животрепещущим вопросом было то, уедут они в Мексику или же останутся в Техасе. На мексиканской земле мы формально не имеем права их преследовать, но на это всем было плевать, и многие законники спокойно пересекали границу туда и обратно. Стену здесь ещё никто не построил, хотя многим уже хотелось.

В том, что мы сумеем догнать похитителей, никто даже не сомневался. Всего нас было тринадцать человек, мы с Милтоном, четверо потерпевших и семеро добровольных помощников.

— Чёртова дюжина, — проворчал кто-то из соседских ковбоев, грузный мужик в клетчатой рубахе. — Нехорошее число.

— Надо было кого-то одного оставить, — сказал другой.

— Мистер Гиллан ранен, мог бы и остаться дома. Никакого урона чести не случилось бы, мы же всё понимаем, — сказал высокий ранчеро в плаще-пыльнике.

— К чёрту всё, мне надо вернуть мой скот, — злобно процедил Гиллан. — Богом клянусь, я убью всех этих негодяев на месте.

— Никого вы не убьёте, Гиллан, — холодно произнёс маршал. — Я не позволю никого линчевать.

— Застрелю. И вы мне в этом поможете, — прорычал униженный и оскорблённый скотовод.

— Это уж как получится, — сказал маршал.

Дальше скакали молча, лишь изредка перекидываясь ценными сведениями. Там следы. Повернули сюда. Прошли здесь.

Скот гнали нещадно, зная, что погоня уже в пути. Так, что спустя пару десятков миль мы нашли тушу мёртвого быка, на которого уже слетелись стервятники. Его пристрелили из милосердия, бычок сломал ногу. Двести килограмм отборной говядины теперь обречены были сгнить в пустыне и стать добычей падальщиков, а не превратиться в звонкие доллары, как этого ожидал Гиллан.

Ранчеро грязно выругался и дважды пальнул из револьвера по грифам, взмывшим в воздух, едва мы приблизились. Зато Бродяга подбежал и начал лизать разлившуюся кровь, наверняка ещё тёплую.

— Что вы делаете⁈ — прошипел Милтон.

— Сигнализирует похитителям, что мы уже близко, — проворчал я, обмахиваясь шляпой.

— И пусть! Пусть дрожат от ужаса, зная, что мы идём по следу! — прорычал скотовод.

— Очень сомневаюсь, что так произойдёт, — сказал один из его соседей.

— Чёрт побери, Салливан, никто не спрашивал вашего мнения, — сорвался Гиллан.

Что-то мне подсказывало, что из всех окрестных ранчеро не просто так жертвой выбрали именно Гиллана. Могло произойти так, что никто из соседей не явился бы на зов, и никакой погони не случилось бы. Или похитители так и остались бы в большинстве.

— Плевать, едем дальше, — приказал Милтон. — Ещё одна такая выходка, мистер Гиллан, и мы поворачиваем назад.

— Маршал, вы не посме… — начал скотовод, но я его перебил, не желая выслушивать очередную перепалку.

— Все слышали! Едем дальше! — повторил приказ я.

Задерживаться возле мёртвой туши, которую уже успели поклевать птицы, не хотелось ни на минуту. Сыновья Гиллана тоскливо глядели на мёртвого бычка, папаша ругался и божился без продыху. Неприятно, конечно, даже мне было неприятно глядеть, хотя я всегда равнодушен был к забою скота.

Мы поскакали дальше, всё той же бодрой рысью, и я, оставшийся без обеда, чувствовал, как неприятно сводит пустой желудок. Преследование длилось уже довольно долго, и я был неприятно удивлён, насколько скучным и рутинным оно оказалось. Я ожидал бодрую погоню с пальбой, на взмыленных лошадях, с места в карьер. А мы вместо этого спокойно ехали по следу, с неумолимостью асфальтового катка сокращая отставание.

Впереди снова начало виднеться облако пыли, сначала сливаясь с горизонтом, потом оно начало виднеться отчётливей. Мы и впрямь были уже близко, так что я вновь достал винчестер из кобуры.