Меч Шаннары - Терри Брукс

Флик нахмурился, припоминая, как во время прошлого их визита в Лих Менион ухитрился на несколько дней заплутать их в лесу, в жуткой чаще которого им угрожали волки и мучил голод. Только благодаря везению спасли они тогда свои жизни.

— Старина Флик не забыл Черные Дубы, — рассмеялся Менион, заметив его мрачное выражение лица. — Так вот, Флик, в этот раз мы подготовимся получше. Эта местность опасна, но никто не знает ее лучше меня. И там за нами уже никто не сможет проследить. Но все же не следует никому говорить, куда мы собираемся. Скажем, что просто отправляемся в дальний охотничий поход. У моего отца и так полно своих дел — он не будет даже скучать без меня. Он привык к тому, что меня подолгу нет дома, даже по несколько недель.

Он сделал паузу и взглянул на Шеа, чтобы убедиться, не забыл ли он что-то. Юноша усмехнулся, глядя на нескрываемое оживление горца.

— Менион, я знал, что мы можем на тебя рассчитывать. Хорошо, что ты будешь с нами.

Флик всем своим видом выразил отвращение; и Менион, поймав его взгляд, не сумел удержаться от маленькой шутки в его сторону.

— Думаю, нам стоит обсудить и то, что в итоге достанется мне, — неожиданно заявил он. — То есть, что именно я получу, если доставлю вас в Кулхейвен живыми и невредимыми?

— Что ты получишь? — в ту же секунду взорвался Флик. — А почему это ты должен что-то‡

— Все в порядке, — быстро прервал его горец. — Я забыл про тебя, старина Флик, но тебе незачем волноваться; я вовсе не намерен претендовать на твою долю.

— О чем ты говоришь, хитрец? — взъярился Флик. — У меня и в мыслях не было никакой‡

— Хватит! — Шеа подался вперед, его лицо покраснело. — Если мы собираемся путешествовать вместе, так продолжаться не может. Менион, ты должен прекратить дразнить моего брата; и ты, Флик, должен раз и навсегда забыть о своих беспочвенных подозрениях в отношении Мениона. Мы все-таки должны верить друг другу — и мы должны быть друзьями!

Менион застенчиво опустил глаза, а Флик раздосадовано закусил губу. Шеа сидел молча, ожидая, пока злость покинет его.

— Хорошая речь, — мгновение спустя признал Менион. — Флик, вот моя рука. Давай заключим временное перемирие — ради Шеа.

Флик посмотрел на протянутую руку горца, затем медленно пожал ее.

— Ты легко складываешь слова, Менион. Надеюсь, в этот раз ты говоришь серьезно.

Горец ответил на упрек улыбкой.

— Перемирие, Флик.

Он выпустил руку юноши и опорожнил свой стакан с вином. Он знал, что ни в чем не убедил Флика.

За окнами сгущалась тьма, и все трое спешили составить окончательные планы и отправиться спать. Вскоре они решили, что выступят в путь ранним утром следующего дня. Менион организовал сбор легкого походного снаряжения, куда вошли рюкзаки, охотничьи плащи, провизия и оружие. Он достал карту местности к востоку от Лиха, но карта оказалась скудной и неточной, так как эти земли были почти не изучены. Низины Клета, тянущиеся на востоке от холмов до самых Черных Дубов, представляли собой одно мрачное и опасное болото — однако на карте на этом месте было лишь белое пятно с надписью. Черные Дубы были обозначены четко, огромный густой лес, тянущийся на юг от Радужного озера, подобно огромной стене стоящий между Лихом и Анаром. Менион вкратце обсудил с друзьями свое знание местности и погодных условий в это время года. Но, подобно карте, его сведения оказались лишь урывочными. В основном путешественники могли только предполагать, что может встретиться им в пути, а неизвестное могло быть наиболее опасным.

К полуночи, завершив приготовления к путешествию к лесам Анара, все трое разошлись по спальням. В комнате, отведенной им с Фликом, Шеа устало лег в мягкую постель и некоторое время всматривался во тьму за раскрытым окном. Ночной мрак сгустился, небо превратилось в тяжелую черную пелену, мрачно нависшую над туманными холмами. Исчезла дневная жара, унесенная на восток прохладным ночным ветерком, и в спящем городе воцарились покой и одиночество. Флик в соседней постели уже спал, дыша глубоко и ровно. Шеа задумчиво посмотрел на него. Его голова отяжелела, а тело устало от усилий, приложенных по пути в Лих, но он еще бодрствовал. Только теперь он начинал понимать всю трудность своего положения. Путь, пройденный до встречи с Менионом, был лишь первым шагом в путешествии, которое вполне могло продлиться несколько лет. Даже если они благополучно доберутся до Анара, раньше или позже им снова придется бежать — в этом Шеа был совершенно уверен. Охота будет продолжаться, пока не погибнет Повелитель Колдунов — или пока не умрет Шеа. До этого момента ему не суждено вернуться в Дол, домой, к отцу, которого покинул, и где бы он ни находился, в безопасности он не будет вплоть до того момента, пока его не отыщет крылатый охотник.

Правда ужасала. В ночной тишине Шеа Омсфорд остался наедине со своим страхом, борясь с растущим глубоко внутри него сгустком обессиливающего ужаса. Ему потребовалось много времени, чтобы уснуть.

Следующий день выдался тусклым и пасмурным, сырой воздух пронизывал тело до костей. Сочтя погоду лишенной какого-либо тепла и удобства, Шеа и двое его спутников двинулись на восток, через туманные холмы Лиха, медленно спускаясь к унылым равнинам, лежащим у них под ногами. В полном молчании они тесной группой шагали по узким тропам, замысловато вьющимся вокруг серых массивных камней и бесформенных зарослей сохнущего кустарника. Первым шел Менион, его внимательный взгляд легко обнаруживал зачастую еле заметные признаки тропы; он шагал размашисто и легко, почти грациозно двигаясь по все более неровной местности. За его спиной болтался маленький рюкзак, к которому он прикрепил огромный ясеневый лук и колчан со стрелами. Помимо этого, на его спине под рюкзаком, прикрепленный к телу кожаной перевязью, висел древний меч

— меч, по праву рождения принадлежащий принцу Лиха. Его холодная серая сталь тускло блестела в слабом свете; Шеа, идущий в нескольких шагах позади, невольно задумался, не похож ли он чем-то на сказочный Меч Шаннары. Удивленно приподняв эльфийские брови, он попытался проникнуть взглядом в бесконечный полумрак впереди. Казалось, здесь не было ничего живого. Это была мертвая земля, принадлежащая мертвым, а живущие лишь вторгались в чужие владения. Мысль оказалась не особенно бодрящей; он слабо усмехнулся про себя и постарался думать о чем-нибудь другом. Последним в цепочке шел Флик, на его широкой спине покачивался рюкзак с провизией, которой им предстояло питаться до тех пор, пока они не оставят позади низины Клета и зловещие Черные Дубы. Когда они доберутся до этих мест — если им удастся туда добраться — им придется покупать или выменивать еду у редких обитателей лежащих дальше земель, или, в самом крайнем случае, начать питаться плодами самой земли, но Флик подобную перспективу вовсе не одобрял. Хотя теперь, когда Менион стал искренне заинтересован в том, чтобы помочь им в этом путешествии, Флик чувствовал себя более уверенно, все же он еще не до конца убедился в правдивости слов горца. События их последнего путешествия были еще свежи в его памяти, и ему больше не хотелось участвовать в подобных леденящих кровь приключениях.