'Фантастика 21025-22'. Компиляция. Книги 1-23 - Виталий Хонихоев

расслабиться перед ужином. Конечно, ты можешь выбрать, что ты будешь сперва — ванну, ужин … или меня, хах…

— Увидимся в школе! — выпалила Ая-чан и стремительно упылила вдаль. Я посмотрел ей вслед и улыбнулся.

— И не жалко тебе неокрепшей психики молодой девочки, хах. — откуда-то сзади появилась Майко.

— Ничего, потерпит. Она со своей сестрицей и боссом-девицей мне в школе тоже нервы подъедают.

— О. Школьная любовь бессмысленная и беспощадная. — Майко обняла меня сзади и положила подбородок на плечо: — а ванную я и впрямь набрала. И ужин готов. Так что я не шутила ни капельки, хах.

— Конечно.

— О, да. Майко никогда не шутит. Ой, это я сейчас пошутила? Или нет, хах?

— Я очень благодарен вам за ужин и за все остальное, Майко-сан. Спасибо. — сказал я. Склоняться в поклоне не стал, потому как если тебя обнимает девушка сзади, то поклониться в такой ситуации означает усугубить и без того неловкую ситуацию.

— А ты молодец. — Майко убрала руки и отступила назад. Я обернулся и будто в первый раз увидел ее — в фартуке, едва прикрывающем верхнюю часть бедер, раскрасневшуюся и довольную, с улыбкой на лице.

— Да и вы в грязь лицом не ударили, Майко-сан.

— Ой, пустяки. И, кстати, можешь называть меня просто Майко — в конце концов мы же супруги, не правда ли? — и она подмигнула мне, довольная своей шуткой. Я закатил глаза. Похоже, что я еще пожалею о своей шуточке, Майко явно выжмет из ситуации все, что только сможет — исключительно для увеселения себя любимой. Надо будет свести ее с Иное-сан, то-то будет веселье. Не для меня, конечно, но для этой парочки девиц, обожающих шуточки над бедным мной. Так, сказать синергия в действии.

— Так что, супруг, ванну, ужин или все-таки меня? — продолжила троллить Майко и даже выпятила свою и без того немаленькую грудь, демонстрируя всяческую готовность к исполнению супружеского долга. Я только вздохнул и покачал головой. Нет, правда, я еще долго буду жалеть о том часе, когда мне в непутевую голову пришла дурацкая идея подшутить над Аей-чан.

Подшутить-то подшутил, да вот не учел, что теперь Майко получила такую прекрасную почву для невинных шуточек в стиле «дорогой, я вся горю, возьми меня прямо тут» — при этом, как человек взрослый в голове подростка, я понимал, что никаких шансов у меня нет. И если бы бедный Синдзи-кун действительно поверил бы (а он бы поверил) и начал испытывать надежду (а он бы начал) — то был бы немедленно и с удовольствием приземлен на пятую точку опоры из разряда «ну это же шуточки, Синдзи, ты что всерьез поверил?!». Оставаясь в зоне шутливого флирта, с другой стороны, мне ничего особенного не грозит — и отношения не испорчу с коллегой Нанасэ, и себе нервную систему не надорву тщетными ожиданиями.

— Наверное я выберу ужин. — сказал я, к вящему разочарованию Майко: — а потом ванную. Потому что самое лучше всегда остается на потом, моя дорогая супруга. Да и голова сегодня что-то побаливает… — глаза Майко снова вспыхнули весельем, и она было открыла рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент в дверь постучали.

— А. Ая-чан что-нибудь забыла. — сказал я и потянулся было к двери, но Майко быстрым и ловким движением убрала меня за спину, да так, что я только рот раскрыл. Все было сделано как па в танце — раз, два, и я уже за спиной у Майко, вижу ее собранные в узел на затылке волосы, убранные серебристой заколкой с птицей на конце. Так же плавно Майко перетекла к двери и заглянула в глазок. Сразу же повернулась ко мне.

— Синдзи! Прячься! — крикнула она и в ту же секунду дверь разлетелась вдребезги, словно в нее выстрелили из пушки. Я был отброшен назад, оглушен и на несколько секунд потерял ориентацию в времени и пространстве, перед глазами плыли разноцветные круги. В голове стоял гул, и я помотал ею, пытаясь прийти в себя.

— …льной ублюдок, хах! — услышал я и воспрял духом. Майко жива! Но что произошло и почему мне так холодно? Я огляделся. Наша с Нанасэ комната была залита водой по щиколотку, посредине, спиной ко мне стояла Майко, стояла так, словно была борцом сумо на фестивальном поединке — широко расставив ноги и руки, пригнувшись вниз, готовясь к броску. Напротив Майко стоял какой-то худощавый тип в обычном коричневом костюме и даже в шляпе. Какая-то неправильность в его фигуре, в его осанке, в том как он стоял, как держал себя, как легкие волны воды обтекали его… стоп, что?

Я взглянул на сцену другими глазами. Первое — этот тип явно парачеловек, махоу — как говорят здесь. Маг. Судя по всему — маг воды. Второе — моя милая Майко судя по всему — тоже. Я не видел ее лица, но ее спина бугрилась мышцами, которым позавидовал бы иной бодибилдер, а кожа на шее, ногах и руках стала коричнево-красного цвета, словно терракотовые кирпичи. Конечно, человек может обгореть на солнце до такого состояния или попросту подкраситься, но ведь буквально только что она была нормального цвета. И, да, мышцы у Майко продолжали расти.

— Тебе придется ответить за все. Хах! — в этот момента Майко прыгнула вперед и мне на долю секунды стало жалко тощего типа в шляпе — столько в этом прыжке было животной энергии, первобытной силы, что я даже немного зажмурился, представляя, как она сметет его, воткнет в стену и переломает все кости. Однако Тощий даже не сдвинулся с места. Вода вдруг встала стеной между ним и Майко, словно живая, из воды вырвались жгуты щупалец и схватили ее в воздухе. Майко зарычала и задергалась в захвате, но водяные щупальца держали ее крепко.

— Нет! Отпусти ее! — крикнул я и вскочил на ноги. Тощий повернул свою голову.

— Слышишь? Отпусти ее немедленно! — я стал осторожно подходить к нему. Комната и без того была маленькой, мне стоило сделать пару шагов и я был уже рядом с беснующейся в захвате Майко. Она рычала и пыталась вырваться, перегрызть крепко сжимающие ее жгуты водяных щупалец, но тщетно. Контраст между ней, извивающейся и дергающейся, изрыгающей проклятья и спокойно стоящим Тощим, словно бы показывал, насколько различаются их силы. Он стоял так, словно бы не прикладывал никаких усилий, буднично, не обращая внимания на Майко и ее попытки освободиться. Вокруг нас бушевала вода, вставая стеной и грозя погрести под собой.

— Интересно. — сказал Тощий: — и что ты