Из Тени (Dragon Age) - Krilena

пришёл вместе с Люциусом, очевидно, был знаком с выжившим, — рассуждал Каллен, — да и храмовники пришли в Храм из-за него, — заметил он, сожалея, что они так и не узнали о мотивах тех, кто на них напал.

Если бы они смогли поймать или Лорда-Искателя, или Стража, то получилось бы у них выпытать все ответы касательно даже того, что за монстров они привели с собой. Однако, стоило пленнику исчезнуть, как эти двое и оставшиеся красные храмовники вскочили на коней и сбежали. А мёртвых уже было не допросить.

— А значит, он может быть как-то связан со Стражами, которые напали на Её Святейшество…

— Но мы точно не знаем, что это были за люди. Вы же сами сказали, что в видении были только очертания их доспех, — тогда возразила Жозефина, в связи со своей профессией зная не хуже Лелианы, как опасны такие резкие обвинения.

А возможно, женщина, как и все остальные, пыталась всеми силами доказать невиновность Стражей. Ведь люди этого ордена герои, борющиеся с порождениями тьмы и спасающие Тедас от Моров. Зачем им взрывать Храм да ещё вместе с собой?

— Но ведь Лелиана тоже подтвердила, что он Страж, — возразила тогда нетерпеливая Кассандра.

— Я лишь предполагаю, Кассандра, что все странности его тела могут быть связаны со скверной в крови. Потому что он в какой-то степени похож на вурдалака. Такие же белые кожа и глаза, — поясняла Лелиана. — Однако обычно на этом скверна не останавливалась и продолжала и дальше уродовать человека, а вот он внешне не менялся, мы следили за ним три дня.

— Значит, предположения о скверне отметаются?

— Или так, или его организм умеет противостоять её воздействию. Это свойственно Стражам, так мне говорил Айдан. И всё же больше бы нам мог сказать сам орден, однако ответа из Вейсхаупта придётся ждать ещё долго, а Стражи Орлея и Ферелдена исчезли.

— Как это? Просто взяли и исчезли? — удивился Каллен.

— Именно так, командир Каллен. И знать Орлея очень этим обеспокоена. Ходят сплетни, что они собирают силы в крепости Адамант. Однако оттуда не приходило никаких вестей, даже на официальный запрос Императрицы никто не ответил, — разъясняла Жозефина в своей привычной официальной манере.

— И после этого вы будете ещё говорить, что мои обвинения против Стражей поспешны, — буркнула Кассандра.

Их раздумья вновь ни к чему не привели, только пошли по кругу. До сих пор ни одна догадка для упрощения дела не была отброшена или точно подтверждена. А ведь они ещё не вспомнили о существе, которое видели в Тени. Он точно был для них загадкой, как и его мотивы.

Во время всего этого спора Солас покорно стоял в углу, умело изображая интерьер. На совет его позвали лишь за тем, что если речь зайдёт о Бреши или Тени, то не придётся искать этого знатока по всему Убежищу, а спросить сразу. Сейчас же его не замечали, однако сам эльф очень внимательно слушал советников и, кажется, злился. Ведь эти люди уже который раз ходят по кругу со своими догадками. Да, они предполагают, что во всём происходящем замешаны Стражи, тевинтерские сектанты и красный лириум, которым кто-то отравил тех храмовников. И ко всему этому они пытаются хоть как-то приписать выжившего. Однако мужчина не понимал, почему все эти люди в упор не хотят видеть самое интересное касательно сбежавшего пленника. Да демон дери всех этих Стражей, скверну и сектантов! Живой человек появился на Конклаве из разрыва, то есть из Тени! Неужели только он это заметил в первую очередь?!

Солас, конечно, не хотел вмешиваться и привлекать лишнее внимание, однако когда в очередной раз все эти люди начали перебирать не такие уж и важные сейчас факты, он не выдержал.

— Хм, позволите? — вмешался эльф, пока очередные размышления не перешли в спор.

Четверо советников тут же обернулись и взглянули на эльфа-тихоню, кажется, только сейчас вспомнив, что он тут вообще был.

— Да, Солас, говори, — кивнула Лелиана, надеясь, что хоть, может, знаток Тени поможет им сойти с этой мёртвой точки в обсуждении.

— Я хотел бы обратить ваше внимание на то, как именно выживший оказался в Храме. Как мне кажется, это сейчас наиболее важно для понимания этого человека, — учтиво заговорил Солас и вскоре встал у стола наравне с советниками.

— Насколько помню, ты выразил предположение о том, что тогда Тень смогла каким-то образом перенести этого человека в Храм.

— Да. По принципу эльфийского элувиана, — подтвердил эльф слова Каллена кивком, однако в тот же момент стал гораздо серьёзнее. — Однако теперь, имея возможность несколько дней подумать, я решил, что всё гораздо… сложнее, — от его пугающего тона советники даже переглянулись. А Солас сделал паузу прежде чем продолжить, видимо, пытался подобрать правильные слова, чтобы не выглядеть идиотом после того, что скажет. — В момент ослабления Завесы мы отчётливо видели, что создался именно разрыв, который напрямую связан с Тенью. И поэтому я с уверенностью заявляю, что выживший появился именно из Тени.

— Это невозможно, если он, конечно, не демон, — воспротивилась Кассандра.

— Об этом я тоже подумал в первую очередь. Он может быть одержимым или демоном, принявшим форму человека. Однако есть одно «но». Демоны не могут прийти из разрыва сразу в чужой форме, даже если они завладели сомниари… По крайней мере я не слышал о подобных случаях.

— Храмовникам подобное тоже не встречалось, — подтвердил Каллен. — Тем более этот маг одержимым не был.

— Поэтому я и делаю предположение, что из Тени появился именно… человек.

— Хочешь сказать, что он находился в Тени физически? Но такого быть не может. Тень недоступна для людей, — говорила и хмурилась Кассандра, а вместе с ней и остальные советники, еле сдерживаясь, чтобы не обозвать эльфа недобрым словом.

Однако несмотря на всю абсурдность, которую он говорил, Солас не отказывался от своих слов, а, наоборот, совершенно серьёзно продолжил. Даже больше — настолько серьёзным он никогда ещё не был.

— Именно поэтому я прошу вас со всей серьёзностью отнестись к моим словам. Поскольку истории известен лишь один случай, когда люди смогли войти в Тень физически.

— Древние тевинтерские магистры?

— Да.

В тот момент ставка командования погрузилась в полную тишину. Советники с ужасом переглядывались между собой, искав поддержку друг у друга. Очевидно, каждый из них хотел обвинить эльфа в безумии. Он точно в недавнее время головой не обо что не ударялся?

Однако стоит им только посмотреть на него, полностью уверенного в своих словах, неколеблющегося от возможного унижения, так все слова тут же улетучивались с языка. Эльф не шутит.