Детективы Столичной полиции. История. Методы. Личный состав (СИ) - Чернов Светозар

Тогда же была осуществлена публикация "Реестра рецидивистов в Англии и Уэльсе за 1869–1876 года", который содержал в алфавитном порядке имена 12 164 человек, с перечислением 21194 приговоров, вынесенных им, а также детальным описанием каждого из преступников и указанием всех известных полиции кличек и фальшивых имен.

Рекордсменкой в этом отношении оказалась Бриджет Кингстри из графства Слайго (Ирландия), имевшая в дополнение к настоящему еще 15 имен и отбывшая наказания по 39 приговорам. Увесистый том, набранный заключенными и отпечатанный в типографии Брикстонской тюрьмы, был переплетен в черную кожу и получил за это прозвище "Черная книга".

Типы женщин-рецидивисток

Рисунок из книги майора Гриффитса "Тайны полиции и преступления"

"Реестр" был разослан по тюрьмам и полициям графств и городов и с тех пор издавался ежегодно. Однако, как указывал Эдмунд Спирман, опубликовавший в 1894 году в журнале "Девятнадцатый век" статью "Известный полиции", печатные реестры не слишком активно использовались для наведения справок, поскольку издание их происходило только раз в год, редко когда раньше сентября, и поэтому, согласно рапорту министерской комиссии (1894), "имя рецидивиста не доступно для полиции в реестрах в течении девяти-двадцати месяцев после его освобождения, хотя это как раз то самое время, когда его, наиболее вероятно, будут разыскивать."

В дополнение к алфавитному реестру в министерстве составлялся и публиковался "Реестр особых примет", в основу которого была положена классификация преступников не по именам, а по приметам, которые имелись на их телах.

В 1890 году комиссары Тюремной комиссии так описывали работу этой системы идентификации:

"Предположим, под арестом находится человек, который сообщает свое имя как Джон Олбери. Он подозревается в том, что он рецидивист, но не может быть идентифицирован под тем именем, которое он сообщает теперь, или под другим именем, под которым он, как подозревается, должен был отбывать срок, ни в одном из томов "Алфавитного реестра".

Тогда этот человек осматривается, и у него находят длинный шрам на правой стороне лица. Вслед за этим обращаются к Разделу 1 (то есть "Голова и лицо") в "Реестре особых примет" и в томе за 1888 год находят записи тех людей, у которых имеется особая примета подобного характера. Эти имена последовательно упомянуты в "Алфавитном реестре" за тот же год, и общее личное описание и другие особые приметы, записанные в каждом случае, сравниваются, в порядке, обозначенном выше, с таковыми приметами человека, требующего установления личности. Их находят большей частью соответствующими Томасу Риду; и, в частности, находят, что идентифицируемый человек имеет, кроме того, вытатуированный корабль на левой руке и кольцо на указательном пальце левой руки, каковые отметки также носит Томас Рид.

Вслед за этим подается запрос начальнику тюрьмы, из которой был освобожден Томас Рид, о фотографии или о помощи какого-нибудь человека, знакомого с ним; и если предполагаемая идентичность таким образом затем подтверждается, могут быть предприняты должным образом необходимые шаги, чтобы доказать это в суде."

Регистрационная форма для одного из разделов "Реестра особых примет" — раздела "Правая рука"

Однако информация в "Реестре особых примет" часто тоже не имела практической ценности, поскольку ее там было то слишком много, то не было вовсе. В одних случаях требующий установления личности человек не имел никаких особых примет, в других, как, например, в случае вытатуированного на указательном пальце левой руки кольца, реестр перечислял имена тридцати человек с подобной приметой, предоставляя озадаченному детективу выбирать между ними.

Недостатки этих реестров заставили Столичную полицию продолжать вести свои собственные записи имен и особых примет осужденных преступников, а начиная с 1887 года и имен всех преступников, освобожденных после отбывания приговора к каторжным работам.

Полицейские реестры велись в организованной в Скотланд-Ярде в 1880 году для помощи и контроля за осужденными, освобожденными из тюрем условно-досрочно по лицензии, Канцелярии по надзору за осужденными (Convict Supervision Office). Ее первым начальником стал хранитель "Черного музея" инспектор Перси Ним. Кроме алфавитного именного реестра и реестра особых примет (а также отдельного реестра фальшивомонетчиков), полиция стала создавать в качестве приложения к ним альбомы с фотографиями.

Канцелярия по надзору за осужденными

Гравюра из газеты "Illustrated London News", 1883

Первые дошедшие до нас снимки преступников относятся к 1843-44 годам и были сделаны в бельгийской тюрьме Форест, хотя сохранились упоминания, что во Франции какие-то тюремные фотографии были сделаны несколькими годами раньше.

В Англии начало изготовления фотографических снимков с преступников относится к 1854 году, когда начальник Бристольской тюрьмы начал делать амбротипические изображения заключенных, которые проходили через его руки, и вскоре его примеру последовали в других местах заключения.

С 1862 года копии фотографий преступников, сделанные начальниками тюрем, стали периодически отправляться в Скотланд-Ярд, где к 1870 году образовали обширную коллекцию под названием "Галерея жуликов". К этому времени подобные галереи были уже во многих городах мира: в Нью-Йорке (с 1858), в Данциге (с 1865), в Москве (с 1867).

В 1871 году принятый парламентом "Закон о предотвращении преступлений" обязал тюремное начальство снимать фотографические портреты с приговоренных и рецидивистов, которые должны были дополнять "Реестр рецидивистов". Впрочем, уже с самого начала эта система стала давать сбои. Так, комиссар Хендерсон в первом же ежегодном рапорте, опубликованном после принятия закона, называл 12 тюрем, не предоставившем полиции требуемых фотографий, в ответ на что начальник одной из этих тюрем написал в "Таймс" письмо, в котором заявлял:

"во-первых, примите какой-нибудь закон, заставляющий преступников сидеть смирно для снятия с них портрета: и во-вторых, пусть правительство оплачивает половину стоимости работы, и не будет никаких проблем."

Тем не менее дело потихоньку двигалось, и уже в "Британском фотографическом альманахе" за 1870–1872 гг. О.Р.Рейландер попытался сформулировать правила изготовления опознавательной фотографии. Однако единой системы выработано не было. Заключенных фотографировали стоя, от головы и до колен, одеты они могли быть как в обычную одежду, так и в серую тюремную робу с желтыми стрелками, в последнем случае на груди имелись также круглые значки с обозначением тюремного крыла, этажа и номера камеры (например, у Оскара Уайльда в Пентонвиллской каторжной тюрьме был номер CIII.3, что означало камеру № 3 на третьем этаже крыла С.

В 1879 году полицейские власти получили возможность обращаться за фотографией любого содержащегося в тюрьме человека, но арестованные, оставленные под стражей для доследования или ожидающие суда, могли быть сфотографированы только с их согласия, и нередки были случаи, когда арестованные удачно сопротивлялись попыткам сделать их портрет.

Новый директор Департамента уголовных расследований Говард Винсент придавал большое значение опознавательным фотографиям и тоже давал советы по их снятию."Фотографии должны делаться, — говорил он, — насколько возможно ближе по времени к освобождению приговоренного или заключенного, и в обычном платье; а лицо должно быть помещено в полупрофиль, так чтобы могла проявиться форма носа."