Рожденные смертью - Ирина Крупеникова

Он вышел на антресоль.

— Я отключил! — крикнул Лис снизу.

— Молодец.

Ворон быстро спустился по лестнице.

— Позвони Туру, — продолжал он на ходу. — Скажи, все в норме. Пусть не волнуется.

— Ворон, а что случилось?

— Потом объясню.

Лис приоткрыл рот. Он-то ожидал обычное «отвяжись» или «заткнись».

Успешно завершив операцию по заметанию следов, Ворон несколько минут молча созерцал пустой экран. События неохотно выстраивались в памяти, и под каким бы углом зрения ни рассматривал их Владимир Полозов, вывод следовал один и тот же: взломщика выслеживали. Ему подставили искусную ловушку, и великолепный программист, хакер экстракласса едва не попался в силки из-за собственной халатности, развязанной любопытством. На секунду Ворон все-таки допустил мысль о рукоделии призраков. Получилось следующее: некий насквозь положительный дух стукнул по мозгам дежурного администратора таможни, тот отвлекся от «веселых картинок» в Интернете и вдруг решил посмотреть, нет ли кого-то постороннего в его сети. Следующим шагом тот же фантомный доброжелатель рванул в серверную наглого хакера и устроил бардак в компьютере, после чего сервер отказался принимать команды хозяина. И на закуску сообразительный покойник посетил питерского провайдера, чтобы не позволить преступнику исправить положение. В центральный офис коммерческого банка он, видимо, долететь не успел.

Ворон поморщился, как от зубной боли. Одно дело, если подобную чушь изливает Лис, и совсем другое обнаружить ее в собственной голове.

— Сам виноват, — вслух подытожил он.

— Ворон.

— Чего топчешься на пороге? Заходи.

Владимир Полозов подтолкнул младшему брату компьютерное кресло.

— Курить будешь? — Лис протянул ему пачку сигарет и зажигалку.

Искренне тронутый заботой, Ворон благодарно улыбнулся.

— Спасибо.

— Тур на операции, — доложил Лис, присаживаясь. — Мне сказали — надолго.

— Будем надеяться, он ничего не заметил.

— А что у тебя произошло?

— Хотел проверить, куда вляпался вчера. И чуть не завяз по уши. За мной следили в сети. Но не волнуйся, я вывернулся.

Лис покосился на компьютеры.

— Ты меня поэтому послал машины выключить?

Ворон кивнул.

— Опять сбой был? — не унимался Лис.

Брат испытующе посмотрел на юношу.

— Соображаешь шустро, — и вдруг помимо своего желания задал вопрос в лоб. — Блазеня учуял?

В серверной повисла тишина. Ворон мысленно обругал себя за глупый вопрос, а Лис притаился, не понимая, в шутку или всерьез оборачивается разговор.

Ворон выдохнул дым и отвернулся к экранам.

— Ладно, не отвечай, — буркнул он. — Я это так, для профилактики.

— Брат, призрак в доме был, — набравшись смелости, заявил Лис. — Пахло озоном. Так же, как в спортзале.

— Хорошо, — Ворон продолжал делать вид, что занят аппаратурой. — А что говорит Кикимора?

Опять образовалась пауза. Он краем глаза следил за Лисом. Юноша сидел неподвижно, низко опустив на грудь рыжую голову.

— Нет больше Кикиморы, — глухо произнес он, почувствовав на себе ожидающий взгляд.

— Это почему же?

— Потому что я должен был похоронить ее имя вечера! До того, как прошло трое суток с момента гибели тела! — взорвался парень. — А я даже этого не смог сделать для нее.

Он вскочил.

— Лучше бы я бегал лисом до конца своих дней. Как пророчил отец. Бегал бы по лесам и никогда бы не приближался к вашему дому!

Лис бросился к дверям. Но Ворон среагировал моментально: метнулся наперерез и ухватил за плечи.

— Братишка, что с тобой? Каким еще лисом по лесам?

— А ты не помнишь? Совсем не помнишь? — юноша попытался вырваться. — Три года назад, поздней осенью! Тур нашел старого подстрелянного лиса у ворот. Вы спорили тогда — взять в дом или добить от греха подальше. Ведь бешенство можно подцепить, лисы — они такие: грязные!

— Брат, опомнись!

Ворон с силой встряхнул его и заглянул в глаза. А у самого мелькнуло: без валерьянки не обойтись.

— Я-то помню, — Лис гордо поднял голову. — Но это всё, что я могу. Жить с памятью и страдать от того, что никто вокруг не желает меня слышать. Я шел за вами через свой Переход. Я принял жестокие условия отца, показавшего мне этот Переход, но я не верил, что отец прав. Он говорил, в этом мире больше нет места тому, что ушло за порог. Теперь я вижу сам: этот мир довольствуется только собой, и те, кто самовлюбленно объявили себя хозяевами природы, никогда не увидят ни откуда пришли в эту природу, ни куда уйдут после смерти. Поэтому их существование жалко и коротко, поэтому они — игрушки во властвующих руках. Не заложные, но заложники собственного рассудка!

Ворон хотел сказать — успокойся, но вместо этого крепко обнял младшего брата. Юношеские плечи в его объятьях напряглись. Лис больше не вырывался, но и не делал шага навстречу.

— Малыш, всё, что ты говоришь слишком необычно, — начал Ворон и подумал: «Я общаюсь с ним как с чокнутым!». На сердце засвербело. — Лис, послушай меня… — следующая попытка не обещала ничего кардинально нового.

— Оставь меня в покое, — тихо сказал Лис. — Я решил: мне нужно уйти. Мой последний шанс — мой первый реальный шанс — упущен навсегда. Я знаю имена, которые вручил вам отец. Но клянусь, покинув этот дом, я отдам их обратно, Памяти Земной.

Ворон выпустил брата и отступил на шаг. Буря мыслей и идей носилась вокруг одного единственного вопроса: что делать с парнем? Поддержать игру? Игру ли?

— Значит, сдаешься? — вырвалось у него.

Лис вздрогнул.

Подействовало. Ворон продолжал.

— Признаешь победу пахнущего озоном? А ты не думал, что именно он не дает тебе услышать Кикимору?

Настороженность ярко-карих глаз сменилась плохо скрываемым волнением.

— Вот что, братец, — Ворон пошел ва-банк. — Сегодня утром Тур похоронил имя девчонки. Теперь она и ее прежняя память разделены навсегда. Не имею понятия, где сейчас носит нашу Кикимору, но, по-моему, сдавать позиции после первого выигранного сражения просто глупо.

— Ты издеваешься, что ли? — запинаясь, спросил Лис.

— Дурень ты, — Ворон вошел в роль и досаду разыгрывать даже не пришлось. — Шел бы спать, а то зерна от плевел уже не отличаешь.

— Не вздумай на меня давить своим взглядом! — Лис отскочил.

— Была нужда!

— У тебя глаза горят, как у Огненного Полоза!

Парень испуганно попятился к двери.

Ворон непроизвольно глянул в монитор. В черном поле экрана действительно что-то блеснуло. Светильник?