Криминальные истории - Эрл Гарднер

— Я понимаю, — кивнула Виргиния.

— Теперь, принимая во внимание создавшуюся ситуацию и мои разъяснения, не хотите ли вы изменить свой рассказ? — спросил Мейсон.

— Я не могу изменить его, — ответила Виргиния.

— Потому что вы хотите придерживаться его?

— Потому что я не могу его изменить.

— Хорошо, — заключил Мейсон. — Из этого я буду исходить и сделаю все, что могу. Успокойтесь.

Адвокат вышел из комнаты.

Глава XVIII

Джерри Касуэлл, помощник окружного прокурора, выступавший от имени прокуратуры в деле по обвинению Виргинии Бакстер в наркобизнесе и твердо уверенный в том, что справедливость во время первого процесса была попрана, упросил управление окружного прокурора поручить ему вести дело «Народ штата Калифорния против Виргинии Бакстер» во время предварительных слушаний.

Он приступил к выполнению своих обязанностей с особым рвением и полный решимости, что на этот раз он не позволит Перри Мейсону получить какие-либо преимущества за счет своей сообразительности и способности быстро мыслить.

В качестве первого свидетеля был вызван Джордж Иган.

Шофер занял свидетельское место, назвал свое имя, указал адрес и род занятий.

— Скажите, что вы делали в среду вечером? — спросил Касуэлл.

— Я возил на автомобиле Лоретту Трент. Мы ездили в Вентуру и возвращались домой по прибрежному шоссе.

— Знали ли вы, куда вы едите?

— Госпожа Трент сказала, что мы свернем к мотелю, расположенному в горах у озера. Дорогу она обещала показать.

— Она сказала вам, по какой дороге вы поедете?

— Нет, но она обещала предупредить о съезде с основной дороги.

— Знаком ли вам мотель под названием «Сент-Рест» и дорога к нему?

— Да, сэр. Поворот к нему примерно в 300 ярдах от кафе «Си-Крест».

— Когда вы в среду вечером приближались к этому повороту, что случилось?

— Госпожа Трент попросила меня немного снизить скорость.

— А потом?

— Я понял, конечно, что она собиралась…

— Ограничьтесь ответом на заданный вопрос, — прервал Игана Касуэлл. — Здесь не нужно ваших рассуждений. Что же случилось?

— Сзади появился свет фар. Я не знаю, как это выразить без того, чтобы не сказать о том, что я думал. Я готовился сделать левый поворот, и я…

— Никого не интересует, что вы готовились сделать. Говорите о том, что вы сделали.

— Я резко подал машину вправо настолько, насколько это было можно, чтобы машина могла обогнать нас слева.

— Машина обогнала вас?

— Да, но не в обычной манере.

— Что же случилось?

— Она резко повернула и ударила в переднюю часть моей машины. Затем ее водитель вывернул руль, задняя часть машины пошла вправо и еще раз ударила в переднюю часть машины, на которой мы ехали. Машина сошла с дороги и потеряла управление.

— Что случилось дальше?

— Работая рулем, я пытался удержать машину на дороге, но понял, что не сумею этого сделать. Я крикнул Лоретте Трент, чтобы она открыла дверь и прыгала. Сам я тоже открыл дверь и выпрыгнул.

— Что произошло потом?

— Я не знаю, что случилось сразу после этого.

— Вы потеряли сознание?

— Да.

— Вы знаете, когда вы пришли в себя?

— Нет, не знаю. Я не знаю точного времени. Не помню, когда произошел этот инцидент. На часы я посмотрел значительно позднее. Я был подавлен и возбужден, плохо себя чувствовал. Страшно болела голова и тошнило.

— Как долго, по вашему мнению, вы были без сознания?

— Возражаю как против некомпетентного, несущественного и не относящегося к делу вопроса, который не вытекает из предыдущего допроса. Прокурор требует заключения свидетеля, — заявил Мейсон.

— Возражение принято, — постановил судья Грейсон.

— Если позволит суд, хочу сказать, — начал Касуэлл, — что есть определенные возможности установить, как долго человек находился без сознания. По некоторым косвенным признакам.

— Тогда пусть свидетель и говорит о косвенных признаках, а не о своих выводах.

— Хорошо, — согласился Касуэлл. — Когда вы пришли в себя, где вы оказались?

— Я лежал распростертым на земле вниз лицом.

— Далеко ли от дороги вы лежали?

— Точного расстояния я не знаю. Возможно, в десяти футах.

— Кто был там?

— Надо мной склонился полицейский из дорожной патрульной службы.

— Он помог вам встать на ноги?

— Не сразу. Сначала он перевернул меня. Затем дал какое-то стимулирующее лекарство и спросил, могу ли я пошевелить пальцами ног. Я смог. Затем рук. Я тоже смог. После этого он попросил меня осторожно подвигать ногами, затем руками. Потом помог мне сесть, затем встать.

— Сколько времени прошло после того, как вы пришли в сознание, до того, как встали на ноги?

— Пару минут.

— После этого вы стали искать машину Трент?

— Да.

— Вы увидели ее?

— Нет, она исчезла.

— Вы рассказали полицейскому, что произошло?

— Прошло какое-то время до того, как я пришел в себя. Сначала я ничего не понимал.

— Что случилось потом?

— Я услышал звуки сирены. Подошла машина технической помощи. Затем подъехала еще одна машина. На глубине 25 футов ныряльщики обнаружили машину Трент. Машина лежала носом вниз на правом боку. Двери с левой стороны открыты. В машине никого не оказалось.

— Откуда вы знаете, что в машине никого не было?

— При мне машину подняли на поверхность. Я подошел и заглянул внутрь.

— Теперь, с разрешения суда, — сказал Касуэлл, — я хотел бы временно отпустить данного свидетеля, с тем чтобы допросить другого. Однако я понимаю, что, когда он начнет давать показания, возможно, возникнут возражения в том плане, что не установлен состав преступления. Я хотел бы заявить уважаемому суду, что мы готовы ответить на эти возражения, что в данном случае состав преступления означает человека, против которого совершено преступление, а не тело жертвы.

В судебной практике имеется немало примеров, когда убийцы преследовались по суду и наказывались, хотя тела их жертв не были обнаружены. Требуется подтвердить состав преступления косвенными доказательствами, как и любой другой факт этого дела, и…

— Нет необходимости повторять здесь элементарные положения уголовного права, — сказал судья Грейсон. — Если господин Мейсон не настаивает на доказательстве состава преступления, он просто решил почесть на лаврах.

Мейсон поднялся и, улыбаясь, сказал:

— Наоборот, ваша честь, защита считает, что представленные доказательства достаточно убедительно свидетельствуют о смерти госпожи Трент. Мы не собираемся поднимать вопрос о… составе преступления по причине отсутствия тела. Однако суд, очевидно, будет иметь в виду, что состав преступления означает не просто доказательство смерти, а доказательство смерти, вызванной преступными методами. А пока создается впечатление, что смерть Лоретты Трент явилась следствием несчастного случая.

— Поэтому я и хочу отпустить этого свидетеля и вызвать другого, — сказал Касуэлл. — Используя показания этого свидетеля, я намереваюсь доказать, что было совершено преступление.

— Хорошо, — сказал судья Грейсон. — Однако защита имеет право подвергнуть этого свидетеля перекрестному допросу по существу данных им показаний.

— Мы подождем с перекрестным допросом, — ответил Мейсон.

— Хорошо. Вызывайте своего следующего свидетеля, — определил судья Грейсон.

— Вызываю лейтенанта Трагга, — объявил Касуэлл.

Подошедший к свидетельскому месту лейтенант Трагг был приведен к присяге.

— Вы были в тюрьме, когда туда привезли подсудимую и допрашивали ее?

— Да, сэр.

— Вы беседовали с подсудимой?

— Беседовал, сэр.

— Вы информировали обвиняемую о ее конституционных правах?

— Да.

— Что она рассказала в свое оправдание?

— Она заявила, что ей позвонила Лоретта Трент и попросила встретиться в мотеле «Сент-Рест». Она уехала туда и якобы находилась в мотеле значительно больше часа. Ее охватило беспокойство, поэтому она позвонила Перри Мейсону, который приехал к ней в мотель. После они вместе с обвиняемой пошли посмотреть ее машину.

— Что они обнаружили?

— Машина оказалась поврежденной. Была разбита фара, погнут бампер.

— Высказал ли Мейсон какие-либо соображения? — спросил, ликуя, Касуэлл.

— Обвиняемая сказала, что Мейсон велел ей сесть в машину, выехать с территории мотеля, развернуться и затем через въездные ворота возвратиться назад. Затем Мейсон сел в свою машину и столкнулся с машиной обвиняемой, с тем чтобы…

— Минутку, — прервал Трагга Мейсон. — Я возражаю против того, чтобы свидетель делал выводы. Пусть он излагает факты.

— Я спрашивал свидетеля о том, что ему рассказала обвиняемая, — объяснил Касуэлл. — Разве обвиняемая не объяснила, с какой целью это было сделано?