Награда для чемпиона - Кейтлин Крюс

Папарацци отреагировали на это взрывом смеха. Потом Иван уже не слышал их вопросов. Он видел только Миранду, смотрящую в объективы камер, и не сомневался, что ее взгляд обращен к нему. Он читал в ее темно-зеленых глазах вызов. Так смотрят друг на друга противники перед боем.

Ее дерзкая и немного самодовольная улыбка, какой он никогда раньше у нее не видел, показалась ему знакомой. Он был потрясен, когда осознал, что это копия его собственной улыбки. Очевидно, Миранда взяла ее на вооружение во Франции. Он испытал одновременно восхищение и ярость из-за того, что она использовала его оружие против него самого. Не имело значения, что он намеревался обойтись с ней еще хуже.

«Варвар был у ворот», — спокойно произнесла Миранда, дав всему миру понять, что по-прежнему считает его неандертальцем. Иван стиснул зубы, чтобы не выругаться. «И я его впустила», — добавила она, небрежно пожав плечами.

Ярость, клокотавшая внутри него, породила расчет и бесконечное терпение, как было перед каждым боем. Именно эти качества помогали ему побеждать самых грозных противников.

Он сдержит слово, которое дал самому себе. Он заставит ее кричать в экстазе его имя и получит огромное удовольствие от ее капитуляции.

Затем он жестоко ее бросит и не будет испытывать никаких сожалений.

Выйдя из здания терминала в Лос-Анджелесе, Миранда словно наткнулась на стену из горячего и сухого июньского воздуха. Повсеместные пальмы тянулись к голубому небу, к океану спускались золотисто-коричневые холмы.

Миранда была настроена решительно. За десять дней, проведенных без Ивана, она решила, что ее поездка во Францию была катастрофой, в которой по большей части она сама была виновата. Она потеряла голову. Позволила ситуации стать сложной и запутанной.

Это деловое соглашение, а не сказка. Сказки предназначены для мечтательных маленьких девочек, а не для взрослых женщин.

— Думаете, с вашей стороны было умно объявить мне войну? — спросил ее Иван во время их телефонного разговора несколько дней назад. Он позвонил ей после того, как увидел интервью, которое она дала папарацци, разбившим лагерь рядом с ее домом в Нью-Йорке. После того как она решила вернуть ту часть себя, которую отдала ему.

— Вы непобежденный чемпион на ринге и супергерой на киноэкране, — холодно ответила она, — но в нашем с вами личном поединке у нас ничья.

— Это потому, что я еще не начал с вами бороться, Миранда.

Чем бы ни занимался Иван, он не мог не бороться. Она знала его лучше, чем хотела, и так много о нем думала, что он являлся ей во сне. Ее эротические фантазии воплощались в виде таких ярких чувственных образов, что она просыпалась среди ночи, тяжело дыша и дрожа от возбуждения. Иногда они перемешивались с образами из ее привычных кошмаров.

«Все это не имеет значения», — мысленно сказала она себе, когда шофер Ивана гнал автомобиль по шоссе, идущему вдоль тихоокеанского побережья. Они проехали мимо курортов Венис и Санта-Моника, которые она много раз видела по телевизору, и вскоре оказались в легендарном Малибу.

Ее нисколько не удивил тот факт, что Иван жил в доме, стоящем на краю отвесного каменистого берега, о который внизу бились волны. Место было таким же суровым и неприступным, как и человек.

«Я пропала», — подумала она, когда они, проехав по частной дороге, обрамленной пальмами и яркими бугенвиллеями, остановились перед приземистым домом со стеклянными стенами.

Высадив ее, шофер поехал к отдельно стоящей постройке, в которой, по-видимому, был гараж. Миранда огляделась по сторонам. С океана дул легкий бриз, ослабляя жару. В соленом воздухе витали запахи розмарина и эвкалипта.

Она провела эти десять дней в своей квартире на Манхэттене, пытаясь изложить на бумаге свой французский опыт. Описать время, проведенное рядом с таким мужчиной, как Иван Коровин, с помощью сухого профессионального языка. Написать чертову книгу, чтобы все ее мучения оказались ненапрасными.

Вместо этого она, уставившись в одну точку, вспоминала, как от его прикосновений по ее телу пробегали электрические импульсы. Как его темные глаза смотрели на нее с обещанием.

Она была неосмотрительна. Ей с самого начала следовало ожидать, что она не сможет оставаться равнодушной к их физическим контактам. Если бы она этого ожидала, его воздействие на нее не было бы таким сильным. Теперь у нее есть опыт, и она не повторит прошлых ошибок. Даже несмотря на свои чувства к нему.

Неожиданно воздух вокруг нее наэлектризовался. Волоски у нее на загривке встали дыбом, по спине пробежала мелкая дрожь. Повернув голову, она увидела его.

Глава 9

Иван стоял в дверном проеме, скрестив руки на своей широкой загорелой груди. На нем не было ничего, кроме свободных черных брюк, сидящих низко на бедрах. Его темные глаза смотрели на нее так же, как в ее эротических снах. У нее закружилась голова, в низу живота разлился расплавленный огонь.

К своему разочарованию, Миранда осознала, что за прошедшие десять дней ничего не изменилось. Что этот мужчина прочно обосновался в ее сердце и мыслях и разрушает ее. Что для этого ему нужно просто смотреть на нее как сейчас.

Его твердо очерченный рот изогнулся, но Миранда была не настолько глупа, чтобы принять это за улыбку.

Он выставил вперед руку, согнул указательный палец и поманил ее к себе.

— Вы думаете, что я к вам побегу? — спросила Миранда, не сдвинувшись с места. Она едва осмеливалась дышать и боялась, что ноги сами понесут ее к нему.

— Если хотите, можете ползти.

Миранда напомнила себе, что она сильная и смелая. Что он всего лишь человек, а не чудовище, которым она всегда его считала. Что он может контролировать ситуацию лишь настолько, насколько она ему это позволяет.

— У меня был долгий перелет, — сказала она, проведя ладонями по своему черному сарафану, надеясь таким образом скрыть свое волнение. Судя по тому, как Иван смотрел на ее руки, эффект получился прямо противоположным. — Я хочу чего-нибудь выпить и прилечь. У меня нет на это сил.

— На это? — весело спросил он.

— На ваши игры.

Темные глаза Ивана сузились. Он неподвижно стоял перед ней, выжидая.

Миранда заставила себя пойти к нему. Она сказала себе, что у нее нет причин испытывать страх.

«Ты это сделаешь! Ты не можешь контролировать его, но ты можешь контролировать себя».

Когда она подошла к Ивану, он взял ее за локоть:

— Миранда.

Одного его прикосновения оказалось достаточно, чтобы ее решимость улетучилась. Чтобы остатки здравого смысла сгорели в огне желания.