Твёрдая не сказка о царе Салтане и прочих персонажах - Константин Владимирович Утолин

позволяли имитировать их действия в разных боевых условиях. Что увеличивало реалистичность разыгрываемых сценариев.

При отработке моделей боя сильно помогло присутствие на «Звёздном огне» среди страт-аналитиков одного из самых сильных математиков Атлантиды. Уже в 25 лет он стал мастер-исследователем Эддубы сакральной математики и в начале полномасштабной войны с фаэтами добровольно попросил отправить его в действующие части космофлота. Обосновав это тем, что он сформулировал новую концепцию ведения боевых действий и её совершенствование требует «обкатки» моделей непосредственно на реальных данных, поступающих в реальном же режиме времени. Просьбу удовлетворили и разместили учёного на флагманском сфероиде, оснащенном самыми мощными вычислительными мощностями и являвшемся центром сбора информация с театра военных действий.

И вот теперь математик смог продемонстрировать эффективность своих разработок в полной мере. Его модель совместной атаки-защиты крупномасштабных агентов в многомерных средах как многопопуляционной многомерной стохастической игры со средним полем (MPHD-MFG) с использованием базовой вариационной первично-двойственной структуры (MFGS) позволила значительно снизить частоту сеансов связи между ведущими боевые действия кораблями, сложность расчётов эволюций кораблей и схем ведения огня. Это позволяло сохранять взаимодействие в условиях активных помех и полей подавления связи, а также рассчитывать схемы ведения боевых действий быстрее, или использовать для этого меньшие вычислительные мощности.

Основываясь на этом подходе, соединённые в единой сети гибридного интеллекта аналитики эскадры и ситинты кораблей провели интегративный эксперимент, в котором аналитически показали эффективность предложенного алгоритма совместной атаки-защиты за счет быстрой сходимости остаточных ошибок уравнения Вихе-Суатр-Тура78. Эксперимент показал, что имеющееся и даже большее количество кораблей при поддержке автономных дронов может избегать препятствий и ламинарно развивать свое поведение в атаке и защите, минимизируя потребление энергии79.

К всеобщему сожалению имитационные модели показали, что к моменту возвращения эскадры в Солнечную систему наиболее вероятно, что сложится патовая ситуация. Небольшой, но хорошо вооружённый и энергетически насыщенный флот кораблей-невидимок нанесёт несколько ударов по Земле, а на поверхности Марса уже будут действовать диверсионные групп фаэтов. Вражеские корабли на две трети уничтожили оборонительные системы или Фобоса, или Деймоса в зависимости от выбранного фаэтами направления главного удара. А нападения на Землю заставили часть 2го резервного флота вернуться к Земле для усиления её обороны.

В свою очередь корабли 1-го и 2-го ударных флотов Атлантиды периодически наносили удары по спутникам Фаэтона, а порой и по самому Фаэтону, действуя по тактике «ужалил-улетел» в стратегии «тысячи кровоточащих порезов». В целом ситуация была патовой. Склонить чашу весов на ту, или другую сторону могли либо новые технологии, например, позволяющие гарантированно обнаруживать и поражать фаэтские корабли-невидимки, или возникновение ощутимого численного перевеса на каком-то из направлений ведения боевых действий. Салтан оценивал, что если они успеют вернуться вовремя, то появление их пусть небольшой, но весьма мощной эскадры может оказаться для фаэтов очень неприятной неожиданностью, а может даже, если повезёт, и той самой «последней соломинкой, которая ломает спину верблюда…».

Спустя неделю таких симуляций были сформированы три наиболее вероятные модели развития событий в Солнечной системе на момент возвращения туда эскадры. А также выработан порядок действий эскадры Салтана. Время отдыха для членов экипажей прошло. Салтан дал приказ ежедневно отрабатывать действия эскадры в условиях каждой из разработанных моделей. Чтобы появление пропавшей эскадры при любом развитии событий стало бы для фаэтов неприятным сюрпризом.

Уверенности в успешном возращении добавлял тот факт, что экипажи кораблей личной эскадры Детерминатора состояли наполовину из лучших выпускников технитов космофлота и эфебатов космодесанта. Спустя год службы на кораблях личной эскадры им предстояло занять средние командные должности в боевых частях. Вторую же половину составляли сменяющиеся раз в три месяца ветераны с реальным боевым опытом. Так что каждый крейсер мог не только действовать в группе, а и сам мог нанести врагу значительный урон.

В минуты отдыха правитель Атлантиды иногда вспоминал Латону. Чем больше времени проходило, тем лучше он понимал, что девушка ему понравилась. Однажды ему даже приснилось, что он с ней занимался сексом. Причём сон был весьма реалистичным. Он потом специально анализировал, чем этот сон мог быть вызван. Потому что речь шла не о любви с первого взгляда – для этого он слишком хорошо контролировал свою психофизиологию – а значит причиной такого сна было что-то иное. Найти её на доступных уровнях своей сущности он не смог. Однако в ходе этого самоисследования понял, что он получил бы удовольствие от продолжения общения с этой девушкой. Вопрос в том, насколько сильно она изменится за 9 месяцев полной изоляции от людей? И не посчитает ли, что это именно он обрёк её на это? Что, впрочем, было правдой. И он уже начинал думать, что решение было слишком радикальным. Но кто мог предположить, что он вернётся на Землю не через пару-тройку недель, а через 8-9 месяцев?

Спустя ещё неделю энергетики доложили, что через два дня корабли смогут совершить первый подпространственный прыжок. Они возвращались домой!

Через 9 месяцев в точке, расположенной на прямой, перпендикулярной плоскости эклиптики Солнечной системы и проходящей через Фаэтон, в четверти астрономической единицы от него вышли из подпространства девять кораблей эскадры Салтана с полностью заряженными накопителями энергии и антивещества и уже «разогретыми» оружейными системами. Задействовав все имеющиеся средства маскировки и включив гравидвигатели на минимальную тягу, корабли легли в дрейф, сохраняя положение строго над Фаэтоном. Сканирование пространства вне плоскости эклиптики велось фаэтами не так тщательно. Это позволяло рассчитывать на то, что их появление какое-то время останется незамеченным. Но рано или поздно их могут обнаружить и тогда элемент внезапности будет утерян.

Сам Салтан, передав командование эскадрой адмиралу Ардису, под охраной своих морф-воинов и киберов проводил все время в центральной рубке управления около голографических экранов (нейроинтерфейс он от корабельной сети отключил). Согласно анализу оперативно-тактической обстановки, в пространстве боевых действий сложилась ситуация, наиболее близкая к созданной ими во время симуляций модели номер два. Ещё раз перепроверив собранные приборами пассивного наблюдения данные и убедившись, что первичный анализ верен, адмирал Ардис отдал приказ и эскадра на форсаже с предельным для гравикомпенсаторов ускорением 500 м/с2 «упала» к Фаэтону по кривой сближения, чтобы на половине дистанции начать столь же интенсивное торможение и через 5 часов выйти к планете80.

В точке выхода эскадры из подпространства остался закрытый по высшей степени маскировки небольшой одноместный кораблик-гемеродром. После ухода эскадры на ближайшую к Земле станцию квантовой связи с гемеродрома ушла нейрограмма, закрытая личным квантовым криптографическим ключом Детерминатора81.

Передав сообщение, гемеродром на форсаже направился курсом к Земле. И пилот в встроенном прямо в мозг нейроморфном чип-симбионте, и ботовой